становилось только хуже.
— Как я могу быть уверен, что она действительно с вами? — бросил я в рацию. Затем, переведя взор на демона, добавил уже только для него, усилив слова даром: — Вы меня там что, совсем за идиота держите? У кого Настя в итоге? Говори правду!
— Я лишь гонец, господин… — пробормотал тёмный жалобным голосом. Он принялся рассыпаться в клятвах, уверяя, что не знает ничего больше. Для того чтобы иметь возможность мне врать, он был слишком слаб.
Но ответом на мой вопрос стал внезапно прозвучавший из рации голос Воронцовой, который я тут же безошибочно узнал:
— Лёша… это всё Витя! Он…
Голос Насти прервался, а следом вновь заговорил мужчина:
— Покинь территорию дворца, Алексей Михайлович. Тебе же лучше будет.
Я застыл. Воздух вокруг внезапно стал тяжёлым, давящим, словно в зимнем саду резко стало в два раза холоднее. Снег под ногами показался чересчур глубоким, а звуки беготни гвардейцев на периферии слуха исчезли, оставив только тишину. Пальцы непроизвольно сжались в кулак.
Глава 6
— Перейти всем на резервную частоту! — прозвучала по рации команда одного из имперских командиров. В голосе офицера звучала едва скрываемая нотка гнева.
Очевидно, осознание того, что переговоры гвардейцев всё это время прослушивались, никого из охраны дворца не оставило равнодушным. Можно было только представить, какая в их эфире сейчас начнётся буря.
Мысли после короткой беседы с князем Наумовым, а я предполагаю, это был именно он, немного сбились. Покрутив головой по сторонам, для начала решил, что стоит вернуться в штаб и получить новые настройки радиостанции. Обойтись можно вполне и без неё, но лучше так не делать.
Возвращаясь по заснеженной дорожке зимнего сада в штаб, я, едва спустившись по лестнице вниз, почувствовал повисшее в воздухе напряжение. Молчаливые и собранные гвардейцы уткнулись в свои приборы и мониторы, одарив меня лишь беглыми взглядами. Тишину нарушали приглушённые переговоры из дальнего угла, где находился радист.
В центре комнаты, за массивным столом, по-прежнему сидел принц. Его локти упирались в столешницу, а пальцы едва заметно постукивали по её поверхности. Лицо отражало смесь усталости и сосредоточенности, взгляд был прикован к одному из мониторов. Романов очевидно был человеком, привыкшим к контролю, и сейчас, судя по сжатым губам, он был раздражён происходящим.
Я молча передал радиостанцию одному из офицеров, прежде чем остановился в нескольких шагах от принца. Он сразу заметил моё присутствие и поднял взгляд.
— Есть предположения как это могло произойти? — произнёс принц, вновь вернув взгляд к монитору.
— Вариантов много, — неспешно ответил я, поведя плечом. — Сняли с одного из убитых перед воротами гвардейцев. Впрочем, какой-нибудь демон мог извернуться и вытащить станцию и с живого бойца, например, прямо во время схватки. А может, это произошло и того раньше, пока я сидел в ваших казематах. Тут на момент моего выхода столько тёмных летало, что удивляться нечему. Я бы на вашем месте в целом поразмышлял над тем, где они ещё теоретически могли нагадить, и всё перепроверил.
Принц нахмурился, уголки его губ дрогнули, но затем, как ни странно, его лицо немного расслабилось и Романов заметно выдохнул.
— Сам что планируешь делать? — задал он вопрос, выдержав небольшую паузу.
— Совмещать поставленные задачи, — ответил я после короткого размышления и перевёл взгляд на офицера, который подошёл ко мне с радиостанцией в руках.
Приняв из рук гвардейца прибор, я коротко кивнул в знак благодарности. Принц за всем этим проследил взглядом и произнёс:
— Будем надеяться, что эту частоту не слушают. Удачи.
— Благодарю.
Коротко кивнув Романову, я развернулся на месте и вышел наружу. Морозный воздух ударил в лицо, заставив меня на мгновение прикрыть глаза и глубже вдохнуть, позволяя холоду вернуть ясность мыслям.
«Я готов. Перенеси меня в их лагерь», — мысленно обратился я к Кали.
Бесовка, неожиданно, ответила не сразу. Секунд на десять повисла тишина, после которой в голове прозвучал настороженный голос Кали:
«Господин, даже если вас не смущает, что эта история является откровенной ловушкой, вынуждена сообщить, что мы сталкиваемся с препятствиями. Демоны патрулируют лес, и прорваться незамеченными не получится. А насколько я понимаю, от этого может зависеть жизнь девушки».
На этих словах я невольно удивился — надо же как воспитал… Кали из всех подчинённых демонов чувствовала и знала меня лучше всех. И сейчас она отлично понимала, что за жизнь Воронцовой я переживаю и понапрасну рисковать буду не готов.
— Ну не могли же они выставить такое плотное кольцо бесов, что прям никак нельзя проскочить? Откуда столько ресурсов? — стиснув зубы, произнёс я вслух.
Кали с ответом вновь немного помедлила.
«Хм… Насчёт „кольца“ я, честно говоря, не очень уверена. Мы это ещё не проверяли — не было такой задачи. Можно попробовать сделать круг и зайти им в тыл, но это займёт больше времени».
«Полетели», — без долгих раздумий бросил я, направляясь вглубь сада.
Снег скрипел под ногами, а морозный воздух слегка щипал кожу. Если даже мне холодно, то чего уж говорить об остальных?
В следующую секунду мир дрогнул, а затем мутная и мрачная картинка стала быстро мелькать перед глазами.
* * *
Императорский кабинет был залит мягким тёплым светом, который подчёркивал изысканность резных панелей стен и тёмного дерева массивного стола. Перед лицом монарха висел экран, разбитый на полтора десятка секторов, где отображались лица князей и высокопоставленных военных. Голос Романова звучал уверенно, сдержанно и властно, отражая серьёзность момента.
— Начинаем, господа. Жду ваших докладов, — произнёс государь, слегка откинувшись в кресле и устремив взгляд в глазок направленной на него камеры.
Экран ожил. Слегка увеличился квадрат с изображением князя Меншикова. Высокий мужчина с проницательным взглядом коротко кивнул, начав свой доклад:
— Ваше Императорское Величество, совместными усилиями моих вассалов и войск князя Долгорукова мы надёжно блокировали все подступы к столице с юго-востока. Ключевые маршруты перекрыты, мобильные отряды постоянно патрулируют местность. Было несколько хороших попыток прорыва, которые мы успешно отразили, но за последние два часа никаких серьёзных атак со стороны мятежников более зафиксировано не было, — коротко прочистив горло, Меншиков добавил: — Тем не менее, мы готовы к битве в любой момент.
Император слегка наклонил голову, выслушивая доклад с каменным выражением лица. Он не перебивал, давая возможность завершить речь, прежде чем его взгляд переместился на следующий сектор экрана.
— Павел Игоревич? — обратился он, выделяя из
