осознать это можно только значительно позже, когда благословенные дни далеко позади.
Притом в детстве ты полностью бесправен и вынужден делать то, что говорят другие, пусть они и действуют из лучших побуждений. Неужели это и есть высшее счастье?
Когда же появляются свои дети или возникает необходимость заботиться о старших родственниках – все, ты уже не свой собственный и не можешь позволить себе многое из того, что делал раньше. Не пойдешь без крайней нужды на серьезные шаги – разрыв отношений, ссору с начальником, конфликт с соседом. Сто раз подумаешь, на что лучше потратить деньги, при этом твои собственные желания окажутся на последнем месте.
Получается, есть небольшой отрезок, когда ты уже не ребенок, но еще не взрослый настолько, чтобы нести за кого-то ответственность. Именно это – лучшее время в жизни, а вовсе не детство. У одного оно совсем короткое, у другого, наоборот, растягивается до бесконечности. А когда наконец захочешь сам о ком-то позаботиться, окажется, что желающих нет.
Оставаться вечным ребенком приятно. Но можно слишком заиграться. Хорошо, что у него не будет такой возможности…
Глава 9
На разные голоса
Что там надо подписать, Елисей толком не понял, да и не особо вникал, если честно. Может, за границу собрались и от него разрешение на выезд требуется – такое раньше бывало. Время для отпуска, конечно, неподходящее – середина осени. Но он актуального графика школьных каникул не знал, тот постоянно менялся, поэтому не стал возражать. Не с учебы же Василиса сдернула сына в выпускном классе? Ярик вроде в одиннадцатом? Ну да, ему семнадцать, вот и согласие обоих родителей нужно. Скоро не потребуется…
Хотя нет, о чем это он? Василиса же в английской школе работает, какой ей отпуск? У учителей он всегда летом… Ладно, чего зря голову ломать, встретится и спросит.
То, что позвонила не Василиса, его не очень удивило – они в последний раз странно поговорили. Поэтому попросила сына или тот сам вызвался. Ему-то какая разница?
Ярик явился с другом, поэтому Елисей даже не сразу узнал его и слегка напрягся, когда к нему подвалили какие-то парни. Услышал смущенное «Привет», вежливое «Здравствуйте», и до него наконец дошло…
– Да не ссы ты, – пытался поддержать его Игорь.
Яр чувствовал себя странно: будто спит наяву. Или, наоборот, бодрствует во сне. Ну не могло этого происходить в реальности! В последний момент случится какая-нибудь лажа, и все сорвется. Стеклов передумает, папаша откажется, кирпич на голову упадет…
Он поднял глаза и посмотрел в ясное октябрьское небо сквозь колышущуюся от ветра позолоченную листву. День выдался теплым и солнечным, но даже это казалось ему плохим знаком. Значит, все точно пойдет через ж… Лучше бы тучи висели и дождь лил – тогда бы не так обидно было.
С отцом они встретились возле бизнес-центра, в котором находился офис музыкального лейбла.
– Привет, – выдавил Яр, когда тот вылез из машины и подошел к ним.
Назвать его папой он опять не смог, хотя долго тренировался про себя. Смотрел на совершенно чужого мужика и удивлялся: это его отец? Мать говорит, очень похожи, прямо как две капли. Неужели и он таким когда-нибудь станет? Ну на фиг…
Тот тем временем тоже поднял голову, удивленно скользя взглядом по уходящим в небо многоэтажным стеклянным стенам.
– Нам сюда? – недоверчиво осведомился отец. – Я думал, к нотариусу идем…
Яр беспомощно оглянулся на друга, и тот уверенно шагнул вперед.
– Здравствуйте, Елисей Глебович, – с готовностью затараторил он, словно всю ночь репетировал. – Я Игорь, рад знакомству. Ярослав о вас много рассказывал…
Яр поморщился: Игоря часто заносило, вот как сейчас. Какое, на фиг, «много»? Пару дней назад впервые о нем услышал. Он с опаской взглянул на отца – лицо вроде уже не такое напряженное. Работают приемчики? Ну Игорек…
– Дело в том, что Ярославу предложила подписать контракт крупная звукозаписывающая компания, – разливался соловьем дружок.
Вертлявый темноволосый парень выглядел полной противоположностью сына и вызывал смутное беспокойство – чересчур гладко говорил и излишне суетился, хотя и старался держаться по-взрослому. На фоне растерянного молчаливого Ярика это особенно бросалось в глаза.
– Вы, конечно, знаете, что он музыкант. Прекрасно поет и сам пишет песни, выступает с концертами…
Елисей с сомнением взглянул на опустившего глаза сына. Музыкант, пишет и поет? Василиса что-то говорила про музыкальную школу, присылала фотки с отчетных концертов. Там стоял хор одинаково одетых детей, и он даже не пытался найти среди них своего. Но, кажется, этот парень ведет речь о чем-то другом…
– Какой контракт? – наконец уточнил он, привычно выделяя главное из сумбурной речи.
– Давайте войдем, – предложил Игорь. – На нас уже пропуска заказаны. У вас ведь документ с собой? Там все подробно расскажут…
Он повернулся к крутящимся стеклянным дверям, но Елисей не двинулся с места.
– Никуда я не пойду, пока вы не объясните, что тут происходит…
В этот момент Яр отчетливо осознал: все, звездец. Идея Игоря оказалась никуда не годной, с самого начала было ясно. Но он почему-то повелся… Почему-почему! Неужели непонятно?
– Контракт на раскрутку и продвижение, – без прежнего энтузиазма вещал Игорь – видимо, тоже понял, что они лоханулись по-крупному. Но продолжал, еще на что-то надеясь: – Выведут его на большую сцену, звездой на всю страну сделают…
– Каким образом? – недоверчиво хмыкнул отец.
– Ну, каким… – отозвался друг упавшим голосом, однако старательно перечислил: – Бабки в него вложат, имидж продумают, материал подберут. Потом клип снимут, обеспечат просмотры в интернете, на ТВ и радио пропихнут…
Яр слушал и не верил: неужели это может произойти именно с ним? Вернее, не может, если сейчас все сорвется. А если явится почти через год, запросто окажется, что он уже никому не нужен, нашли другого…
– Звучит прекрасно, – кивнул отец. – Но я не услышал главного: мнения матери.
Ну и кого они хотели обмануть? Зря он надеялся, что папаше пофиг и тот согласится не глядя. Все-таки докопался…
– Василиса Андреевна уже подписала, – не моргнув глазом, заявил Игорь. – Просто нужно разрешение обоих законных представителей. Сами понимаете, организация серьезная…
Елисей молчал вытянул из кармана телефон и набрал номер. Аппарат абонента выключен… Совсем забыл о времени – у Василисы сейчас уроки. Это у него график свободный, кодить можно из дома когда угодно. А мальчики, получается, школу прогуливают?..
Он прервал вызов и перевел взгляд на приятелей – парни смотрели на него испуганно-умоляющими глазами мемных котиков. Дружочки-пирожочки, горе-предприниматели… Неужели всерьез надеялись его развести?
Как там себя отцы-то ведут? Вспомнив своего
