мальчик все еще невинный. От него исходили такая сила и страсть – никто не остался равнодушным, включая ее саму. Хорошо, что она вовремя пресекла это безобразие. Нечего с юных лет развращать ребенка легкими деньгами и порочными желаниями. Успеется…
Занятия вокалом Василису тоже удивили. Окончив музыкалку, Ярик больше не рвался развиваться в этом направлении. Правда, судя по выступлению на концерте, научился всему сам… Интересно, как ему удалось: интуитивно дошел или кто-то помогал? Где он репетировал – там же в клубе? Она не помнила никаких домашних песнопений: в его комнате пришлось сделать звукоизоляцию, но она бы все равно услышала…
А сопровождение? На сцене не было музыкантов, значит, шла минусовая фонограмма. Кто и за чей счет ее записал? Вряд ли в клубе есть своя студия. Или взяли готовые записи, если он исполняет не только свои песни? Но она раньше не слышала ни одной из тех, что прозвучали на концерте.
Василиса попыталась припомнить слова и поискать в интернете, вдруг он их где-то выложил. Однако не смогла воспроизвести ни строчки – даже той единственной песни, стихи к которой он дал ей почитать. Совсем с головой плохо. Не повезло Ярику с наследственностью…
К счастью, не надеясь на память, она успела переслать стихотворение на свой аккаунт, пока сидела за его ноутбуком. Теперь можно без спешки и волнения оценить творчество сына. Пустыня, сандалии, песок, шелк волос на щеке – это мы помним. А дальше?
Если сможешь поднять ты больные глаза,
Ткнуться взглядом в расшатанный крест,
То сомкнутся вдали небеса и земля…
Иисус, ты еще не воскрес?..
Если муки твои – за спасенье цена,
То, конечно, ты можешь прощать.
Если будет искуплена чья-то вина,
Разве стоит от боли кричать?
Посмотри на меня, мой нечаянный брат,
Ведь все сделал я, как ты хотел,
Почему же теперь я бреду наугад,
А твой путь ослепительно светл?
Почему на закате так трудно дышать?
Вязнут ноги в застывшем песке.
Но сегодня, мой брат, сам я буду решать…
Прядь волос на холодном виске,
И дрожащие пальцы веревку сожмут,
И затихнут вдали голоса,
И еще один крест к небесам вознесут,
Но его не заметит толпа.
Василиса откинулась на спинку кресла и закусила губу, только сейчас осознав, что она прочитала. В присутствии сына слишком волновалась и была неспособна на адекватный анализ…
Что творится в голове у ее мальчика, если он пишет такие стихи? Почему его волнует евангельская история, притом в такой необычной трактовке? Откуда взялся взгляд именно с точки зрения Иуды?
Не он первый, конечно. Про Иуду многие писали – не только Булгаков в «Мастере и Маргарите». Есть рассказ Леонида Андреева, потом был роман братьев Стругацких… И это то, что из отечественного сразу вспомнила. Из зарубежного первым делом приходит на ум рок-опера «Иисус Христос – суперзвезда». Видимо, ею ребенок и вдохновлялся: образ Иуды очень схожий. Надо выбрать момент и аккуратно расспросить, когда Ярик будет в подходящем настроении…
Так ни до чего не додумавшись, Василиса зашла в интернет и посмотрела расценки на услуги студий звукозаписи – весьма недешевое удовольствие. Тоже Елисей помогал в обход нее? Переводил деньги и ей, и сыну одновременно? Но с чего вдруг? Похоже, пора им встретиться – не станешь же задавать подобные вопросы по телефону. А глядя ей в глаза, он не отвертится… Василиса попыталась вспомнить, когда они виделись последний раз, и не смогла. Кажется, несколько лет прошло…
Ярик порывался после девятого класса уйти из школы и в музыкальный колледж поступить, но она эту дурь быстро пресекла. Хочется тебе петь или играть – да пожалуйста, на здоровье! Только сначала нормальную специальность получи, которая тебя кормить будет. А музыкой можно заниматься в свободное время – никто не против, даже за, очень хорошо, когда есть хобби.
Что за профессия такая – музыкант? Звездами становятся единицы, а остальные чем занимаются? По клубам, домам культуры и другим непонятным залам выступают. И вечная зависимость: пригласят – не пригласят, сегодня есть работа, завтра нет. Постоянный призрак невостребованности, творческие кризисы и прочая мутная чушь.
Зато каждый считает, что достоин большего. Именно он, непризнанный гений, несправедливо прозябает в неизвестности, в то время как на сцене блистают блатные бездарности. Но его звездный час обязательно настанет, надо только подождать… Не поработать, не приложить усилия, а просто подождать, когда за тобой придут.
И за Яриком действительно пришли, но слишком рано. Ее мальчик еще не готов. Он совсем ребенок! Василиса понимала, что не сможет опекать и контролировать сына вечно, но пока это в ее силах, она не отпустит его в свободное плавание. Осталось чуть больше полугода до совершеннолетия, и до тех пор ее никто не переубедит.
Там, где музыка, обязательно рядом алкоголь, наркотики, ненадежные друзья, случайные женщины, и не только они… Нет уж, хватит с нас Игоря!
Притом выступления Ярику слишком дорого обходятся и вытягивают последние силы, она сама видела. Нельзя каждый раз так выкладываться и буквально раздавать себя, иначе долго не продержишься. Не для того она своего мальчика растила, всю себя ему посвятила. Тренер по фитнесу, педагог по вокалу…
Ладно, пусть поет. Может развлекаться, пока других забот нет. Когда в институт поступит, времени на всякую ерунду не останется. А пока пусть. Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не вешалось…
Ярик слишком торопится, хочет поскорее стать взрослым. А вот она никогда не хотела. И сейчас не хочет, да приходится…
Телефон завибрировал, принимая сообщение. От Ярика! Сердце екнуло и заколотилось, отдаваясь в висках и запястьях. Он редко звонил ей, обычно пользовался мессенджером, когда надо было о чем-то предупредить. Но это если задерживался, а не едва шагнув за порог. Значит, что-то случилось!
Василиса открыла сообщение и удивилась: какой-то файл. Развернула его, и руки затряслись так, что она едва не выронила телефон…
* * *
Есть люди, которым всегда везет. Все им дается легко и играючи, получается с первого раза, будто само собой. Они порхают по жизни, собирая цветы и снимая сливки, оставляя позади и далеко внизу жалких неудачников и никчемных лузеров.
Но никто не видит, какой ценой им это достается. Не замечает того, что скрывается за кадром. Грязные секреты старательно прячут
