Договор, не договор, однако же сегодня хороший денек для того, чтобы умереть… если, конечно, Брокс отыщет своих врагов.
Присев, чтобы получше изучить след, ветеран понял, что предположение Гаскала наиболее вероятно. Два следа вели в узкий перевал, в то время как драконий просто исчез. Однако если орки столкнутся с теми, кто так некстати сюда пришел, зверюга, несомненно, вернется.
Не дав его товарищу понять его настоящих намерений, старый воин поднялся:
— Идем.
С оружием наготове, они быстрым шагом пошли к перевалу. Брокс фыркнул, когда посмотрел наверх. Определенно слишком узко для дракона, даже не выросшего в полный рост. Где же зверь?
Пройдя чуть дальше вглубь, они услышали чудовищный вой зверя. Оба орка взглянули друг на друга, но не замедлили шаг. Настоящий воин не повернет после первого же намека на опасность.
Они прошли еще глубже. Тени играли в какую-то игру, казалось, что вокруг них затаились неизвестные твари. Дыхание Брокса становилось тяжелее, но он старался сохранить темп Гаскала. Топор в его руке резко потяжелел.
И крик, человеческий крик, отдался эхом совсем недалеко.
— Брокс… — начал юный орк.
И в этот момент он увидел чудовищное видение, огненный образ, не похожий ни на что виденное ими раньше.
Оно наполнило перевал, переливаясь прямо сквозь камень. Оно не выглядело живым, но, тем не менее, двигалось, будто с особой целью. Звуки беспорядочные, звуки хаотичные наполнили орочьи головы. И когда Брокс взглянул в центр этой штуки, он почувствовал, что смотрит в Вечность.
Орков непросто напугать, но чудовищность и несомненная магическая природа этого видения ошеломила обоих воинов. Брокс и Гаскал замерли перед ним, сознавая, что простое оружие вряд ли сможет повернуть это вспять.
Брокс жаждал героической смерти, но не такой. В этом не было ни капли благородства. Нечто, казалось, способно было заглотить его и не заметить, как будто он был не больше комара.
И поэтому он решил.
— Гаскал! Живей! Беги!
Однако сам Брокс не смог последовать своему приказу. Он развернулся, да, но поскользнулся, как неуклюжий ребенок на скользком льду. Громадный орк повалился на землю, ударившись головой. Оружие выскочило из рук и отлетело слишком далеко.
Гаскал, не заметивший того, что случилось с его товарищем, побежал — но не назад, а в сторону, к впадине в одной из стен. Он поймал в ловушку сам себя, уверенный в защите твердого камня.
Все еще стараясь прийти в себя, Брокс понял ошибку Гаскала. Поднявшись на колени, он закричал:
— Не сюда! Убегай!..
Но какофония звуков заглушила его предупреждение. Устрашающая аномалия двигалась вперед… и Брокс с ужасом видел, как она самым краем зацепила Гаскала.
Тысяча воплей слетели с языка раненого орка Гаскала — он старел и молодел одновременно. Его глаза вспучились, а тело покрылось рябью, будто вода. Он растягивался и сжимался…
И с последним ужасным криком, юный орк съежился сам в себя, сжимаясь все больше и больше… пока совсем не исчез.
— Во имя Орды, — выдохнул, вставая, Брокс. Он, не отрываясь, смотрел в то место, где только что стоял Гаскал, все еще продолжая надеяться, что его спутник чудом появится невредимый.
Но аномалия двигалась дальше, так что у Брокса оставалось лишь несколько секунд, чтобы его не поглотило то же чудовищное нечто.
Брокс развернулся, инстинктивно схватил топор и побежал. Он не чувствовал в этом позора. Ни один орк не мог сражаться с этим. Умри он той же смертью, что и Гаскал, это было бы лишь бесполезным жестом.
Но как бы быстро орк ни бежал, огненное видение двигалось быстрей. Оглушенный бесчисленными звуками и голосами, Брокс заскрежетал зубами. Он знал, что не опередит это, не сможет, но он продолжал пытаться…
Он успел сделать еще лишь два шага, как оно поглотило его целиком.
Каждая косточка, каждый мускул, каждый нерв в теле Краса кричали. Только по этой причине дракон-маг очнулся от черной бездны беспамятства.
Что произошло? Он точно не знал. Минуту он пытался дотянуться до Ронина, и затем как-то, хоть он и не был рядом с аномалией, она поглотила и его тоже. Его ментальная связь с человеческим чародеем буквально потащила Краса за ним.
И вновь изображения вспыхнули в его одурманенном разуме. Пейзажи, существа, артефакты. Крас был свидетелем времени в его конечном аспекте — вся Вечность в "сейчас".
Аспекте? Это слово вызвало другое страшное видение, которое он благополучно забыл до этого мига. В центре хаотичного водоворота времени Крас мельком увидел то, что разбило его надежды.
Там, в центре неистовства, он увидел Ноздорму, великого Аспекта Времени… попавшего в ловушку, как муха в паутину.
Ноздорму был там во всем своем ужасающем великолепии — гигантский дракон не из плоти, а из золотых песков вечности. Его сверкающие, подобные драгоценным камням глаза, глаза цвета солнца, были широко распахнуты, но даже не сдвинулись, чтобы взглянуть на незначительную фигуру Краса. Великий дракон пребывал в муках как битвы, так и агонии; даже в ловушке он сражался за то, чтобы удержать вместе все, абсолютно все.
Ноздорму был как жертвой, так и спасителем. Попав в ловушку времени, он удерживал его, не давая рассыпаться на крупицы. Если бы не Аспект, ткань реальности разорвалась бы там и тогда. И мир, который знал Крас, исчез бы навсегда. Он бы просто никогда не существовал.
Новая волна боли начала терзать Краса. Он кричал на древнем языке драконов, на мгновение потеряв над собой контроль. Однако вместе с болью пришло понимание того, что он все еще жив. Это заставляло его сражаться за свое сознание…
Он открыл глаза.
Первым, что он увидел, были деревья. Высокие, пышные деревья закрыли собой почти все небо. Лес в расцвете жизни. Пели птицы, а другие создания шуршали и суетились в подлеске. Смутно Крас заметил, что было солнечно и тихо, по небу медленно плыли облака.
Такая спокойная земля; дракон-маг едва не решил, что умер и попал в лучший мир. Но затем уже не такие прекрасные звуки, больше похожие на ругательство, привлекли его внимание. Крас посмотрел налево.
Ронин потирал затылок, силясь подняться. Рыжеволосый человек очутился всего в нескольких сантиметрах от своего бывшего наставника. Чародей выплюнул траву и грязь, затем поморгал. По чистой случайности он встретился взглядом с Красом.
— Что?.. — только и спросил он.
Крас попытался заговорить, но вместо этого из его рта вырвалось болезненное карканье. Он сглотнул и попытался снова.
— Я… не знаю. Ты… ты не ушибся?
Согнув руки и ноги, Ронин поморщился.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
