самых простых и очевидных решений, какие вы когда-либо принимали, – уволить этого Тайлера Лэнга. Я ведь прав?
Хотя Крейгу было больно от того, что он увидел и услышал на записи, он не хотел этого показывать. Он ловил на себе взгляды, но не хотел доставлять Патову удовольствие эмоциональной реакцией. Кроме того, независимо от его личных чувств, он знал: Тайлер Лэнг слыл одним из лучших и самых креативных программистов под его началом. Он мог бы назвать пять-шесть сотрудников в своем подразделении, кого лучше уволил бы вместо Тайлера. Хотя он понятия не имел, почему его друг не высказал ему в лицо свои сомнения по поводу стиля управления или специфики программы, и был задет враждебностью, он все еще объективно считал Лэнга ценным сотрудником как отдела, так и компании в целом.
Патов повернулся к нему лицом.
– Прежде чем я официально порекомендую присутствующим здесь джентльменам уволить мистера Лэнга, боюсь, мне нужно ваше одобрение как главы его подразделения.
Крейг чувствовал, как вокруг него все туже закручивается паутина. Сначала нелепое «собеседование». Теперь ему предстояло решить на ходу, увольнять Тайлера или нет. Судя по всему, Патов сознательно устроил эту демонстрацию, чтобы потом сослаться на те или иные публичные действия Крейга, вот так ирония, в патовой ситуации. Решение по «делу» Тайлера могло быть использовано против него в любом случае, и хотя он понятия не имел, зачем Патову понадобилось так подставлять его, почему консультант должен испытывать к нему какую-то враждебность, у него закрадывалось подозрение, что он находится в списке приоритетных жертв этого человека.
И Крейг решил идти сложным путем до конца.
– Тайлер – хороший работник.
Патов нажал клавишу на своем ноутбуке, и видео запустилось снова.
– Что я могу сказать о Крейге Хорне? Да он мудак…
Кадр застыл на презрительной гримасе сотрудника.
– Он нам нужен, – невозмутимо гнул свое Крейг.
Консультант пожал плечами.
– Оно, конечно, вам виднее… Но нам придется где-то сократить штат. Если вы хотите оставить мистера Лэнга, придется найти еще одно место для сокращения. – Тут он весь так и засиял. – Думаю, по этому поводу мы проведем еще одно исследование менеджмента!
Крейг понятия не имел, что имеется в виду, но не собирался доставлять консультанту удовольствие, признаваясь в этом.
– Что ж, решено, – сказал он.
Мэтьюз и другие члены его команды закивали, будто китайские болванчики.
Патов улыбнулся.
– Отлично. Всем спасибо.
Мэтьюз встал.
– Спасибо, что пришли, – полным официоза тоном изрек генеральный директор. – И спасибо за твой личный вклад, Крейг. Мы все его ценим.
Крейга явно хотели уволить… но с какими-то очень уж отягчающими театральными обстоятельствами. Мэтьюз всегда был точен и пунктуален, организован вплоть до мелочей, но такой вот фарс, с единственным стулом напротив шеренги руководителей, был не очень-то в его духе. Похоже, опять-таки Патов подсуетился, организовав этот показ возможностей, и когда Крейг встал и вышел, слыша, как консультант говорит о Бобе Таннере, следующем в очереди на вызов сотруднике, то подумал, не окажутся ли все остальные руководители подразделений перед тем же выбором, что и он.
– …Не будет ли вам теперь неловко работать с ним? – поинтересовалась Люпа, когда он рассказал ей, что произошло на встрече. – В том смысле, что… вы все еще его босс. Разве это не сделает ваши отношения, ну… странными?
– Немного, – признал Крейг. – Теперь определенно будет сложнее судить объективно. Но, возможно, у меня и раньше с этим были проблемки – мы все-таки дружили. А теперь мой друг за что-то назвал меня мудаком за спиной.
– И как вы намерены поступить?
Крейг покачал головой.
– Я не знаю. Я просто думаю, что нам двоим будет трудно работать вместе. Мне будет тяжело. Раньше мне нравился Тайлер. Теперь он кажется двуличной крысой.
– Как полагаете, вы приняли правильное решение?
– Он первоклассный программист. А моя работа – бороться за свою команду.
Люпа улыбнулась.
– Приятно слышать.
– Я же говорил тебе, – успокоил он ее. – Пока я здесь, ты здесь.
– Это тоже приятно. О, кстати, мне нужно сегодня пораньше пообедать. И нам всем нужно взвеситься и внести по десять баксов. Тот, кто сбросит больше всего веса, получит деньги. Это новый корпоративный конкурс от Патова.
Он посмотрел на нее с укором.
– Других я могу понять, но зачем ты это делаешь? Ты же худая!
– У меня начинает появляться животик. Хочу пресечь это в зародыше.
– Ты не выиграешь в этом идиотском соревновании, сама знаешь. Но другие женщины будут тебя ненавидеть. Кое-кому там нужно сбросить столько же, сколько весишь ты.
Она засмеялась.
– Я понимаю. Но это хороший стимул.
– Что ж, ступай – и возвращайся с победой.
– Спасибо, мистер Хорн.
Крейг провел остаток утра, почти ничего не делая, в основном глазея в окно и думая об изменениях, грядущих в «КомПроде». Раньше он всегда наблюдал за корпоративными сокращениями и реструктуризацией со стороны, но другое дело – быть в центре событий. Пусть даже у него и не было бы столь серьезных претензий к консультанту, он все еще не был уверен, что согласился бы с тем, что «КомПрод» нужно подвергнуть радикальным преобразованиям. Да, за компанией числилась пара-тройка неудач, но дело ведь не в структуре и не в штате. Уже по предложениям команды было ясно: если сместить акцент с офисного программного обеспечения на видеоигры, финансовая ситуация, вероятно, разрешилась бы сама собой. Но Мэтьюз и другие руководители, запаниковав после провала слияния, стали смотреть не на производимую продукцию, а на менеджмент – и, похоже, вверили судьбу компании в руки каких-то мошенников, потрошащих компании изнутри.
Не могло быть и речи о том, чтобы это все окончилось добром.
День стоял пасмурный, и серость неба на улице отражала сплин, ощутимый здесь, в кабинете. Внизу, на территории «кампуса», он увидел женщину с коробкой в двух руках, понуро бредущую от фасада здания к парковке. Интересно, ее уволили? Крейг сомневался в этом – следующий руководитель отдела, вероятно, как раз сейчас шел в конференц-зал; времени на увольнение просто не было. Но в траурной походке определенно считывалось некое дурное знамение. Крейг смотрел, как дама в деловом наряде одиноко идет по дорожке и скрывается из виду.
В обед он снова пересекся с Филом и рассказал об утренней встрече.
– Патов макнул меня в то же дерьмо, – сказал Фил. – Пытался заставить меня уволить Айзека Моралеса.
– Ты, надеюсь, не пошел у него на поводу?
– Еще бы! Правда, мне никаких видео с оскорблениями не показывали. – Фил покачал головой. – Что за дела? Я думал, вы с Тайлером – большие друзья.
– Я
