подражания? Злость одолевала, но я не подала виду.
— Что ж, сейчас танцовщица из меня так себе, но спасибо.
Кровообращение в пальцах, кажется, остановилось.
Джунипер уверенно мотнула головой, встряхнув кудряшками:
— Просто у вас травма. Вернетесь уже в следующем сезоне.
Отпустив мою руку, она вступила с ветром в борьбу за волосы, но проиграла.
— Спасибо, ты очень любезна. — сказала я. Ну почему племянница Хадсона оказалась самым милым ребенком на свете, а? — Наверное, ты тоже танцуешь? Учишься у миссис Мэдлин?
— Не совсем.
Она закусила обветренную губу. Я взглянула на Хадсона и тут же пожалела. Его взгляд проникал под многолетнюю броню, скрывавшую меня от мира. Защиты рушились, как береговые укрепления под тяжестью волны, и мне это совсем не понравилось. Какая бы нить ни связывала нас много лет назад — дружба или нечто большее, — теперь она истончилась, но никуда не исчезла, вездесущая и неизменная, как законы физики. Пора перерезать ее и покончить с этим. Забыть с концами.
— Кажется, нам предстоит неловкий разговор. — Хадсон смотрел на меня так, словно хотел запомнить все в деталях на случай, если мы видимся в последний раз.
— То есть до этого он неловким не был? — Я изогнула бровь.
— Справедливо. — По губам негодяя скользнула улыбка, и он похлопал Джунипер по плечу. — Давай спрашивай. Я сдержал клятву и привел тебя сюда, но она не согласится, если не попросишь.
Джунипер смотрела на него снизу вверх с таким же доверием, какое некогда питала к нему и я. Это тронуло меня и встревожило. Меня-то он предал.
— Итак, Джунипер, — сказала я, покрепче запахнув полотенце и присев на корточки, чтобы мы оказались лицом к лицу. — О чем ты хотела меня спросить?
Мы встретились взглядами. Медные искорки блеснули на солнце, и девочка глубоко вздохнула:
— Я хочу, чтобы вы убедили мою маму, что не все балерины ужасны.
Вот, значит, как.
— Что, прости?
— Она считает их всех избалованными, порочными и злобными, — выдала Джунипер, сопровождая кивком каждое оскорбительное слово. — Думает, если я займусь балетом, то стану заносчивой фифой с расстройством пищевого поведения, как девочки, которые приезжают на балетный конкурс, — выпалила она, и ее щеки порозовели. — Только не думайте, вас я фифой не считаю! Я знаю, что вы не фифа.
— Хм-м… Спасибо?
Я медленно выпрямилась. У меня самой заныло сердце оттого, что сейчас я разобью сердце этой девочке.
— Послушай, Джунипер, я бы с удовольствием помогла тебе переубедить маму, честное слово. Я уверена, что она замечательная и очень тебя любит, но у меня не та фамилия, чтобы о чем-то твою маму просить, если за десять лет ситуация не изменилась кардинально. Дело в том, что она… недолюбливает Руссо.
Кэролайн ненавидела всех нас, особенно мою маму.
— Нет, ей не нравится только твоя младшая сестра, — затараторила Джунипер. — Ева. К тебе у нее претензий нет.
Хадсон застонал, на секунду прикрыв глаза.
— Что ж, приятно слышать. — Я поджала губы и поборола внезапное желание рассмеяться. Такого со мной не случалось уже несколько месяцев. — Ева у нас и правда на любителя. Во всяком случае, боюсь, с такими просьбами надо обращаться не ко мне. Лучше попроси балерину из местных: она поможет тебе переубедить маму. А тебе, видимо, нужно полотенце.
Последняя фраза была адресована Хадсону. Я отступила на шаг, собираясь повернуть к дому. С минуты на минуту вернется со своей встречи Энн и будет психовать, если узнает, что я плавала одна и без гидрокостюма.
— Я привык… — начал он.
— Нет, как раз к вам! — крикнула Джунипер, в панике повысив голос, и вырвалась из рук Хадсона. — Она больше никого и слушать не станет! Не только потому, что вы лучше всех и самая милая! Если вы скажете ей, что я должна танцевать, она меня отпустит! Ей придется!
С каждым словом она все больше распалялась и почти уже сорвалась на крик.
— Это не в моей власти, — мягко сказала я.
— Да выслушайте меня! — умоляла она. — Хоть кто-нибудь меня выслушает?
Боль расцвела в груди. Сколько раз мне самой хотелось прокричать те же слова?
— Джунипер, — ласково произнес Хадсон, но девочка вздернула подбородок и направилась ко мне.
— Я слушаю, — заверила я ее. — Почему ты так уверена, что твою маму волнует мое мнение?
Джунипер сглотнула и оглянулась на Хадсона. Тот, похоже, растерялся не меньше моего. А потом Джунипер уставила на меня свои большие карие глаза, расправила плечи и произнесла:
— Потому что ты моя биологическая мать.
Глава шестая. Алли
Све4уЯрко:Генетика у этой семьи невероятная. @СестрыРуссо4, вы в пуантах родились, не иначе!
Биологическая кто?
Я уставилась на Джунипер, затем слегка подалась к ней. Уверена, я ослышалась.
— Не поняла.
— Я посмотрела все твои видео, — сбивчиво выпалила она. — Мы двигаемся одинаково. Мы похожи. Волосы и глаза одинакового цвета, даже родимое пятно на одном и том же месте!
Джунипер повернулась ко мне спиной и приподняла волосы, чтобы показать «поцелуй ангела» на шее.
Такой же, как у меня.
Кутаясь в полотенце, я посмотрела на Хадсона. Он между тем глядел на племянницу, будто у нее выросла вторая голова. Кажется, для него это тоже стало новостью.
— Джунипер… — начала я.
— Не говори, что это не так! — взмолилась она и прикусила дрожащую нижнюю губу. — Ты моя мама. Я в этом уверена. Поэтому я так люблю балет. Это у меня… у нас в крови.
Ее глаза наполнились слезами. Господи, она вот-вот расплачется… И я сейчас вот так запросто ее разочарую?
— Просто я…
— У нас одинаковые улыбки и одинаковые руки, — перебила она, повернув ко мне ладони. — Я понимаю, что наверняка тебя удивила и мне не стоило на тебя набрасываться, но ты мой последний шанс.
— Но я никогда… — снова начала я.
— Слушай, я тебе докажу! — сказала она, сняла рюкзак и бросила его на газон. — Я сдавала анализ ДНК, и тебе тоже нужно.
— Что-что ты сделала?
Хадсон подошел и свирепо уставился на племянницу.
— Сдала анализ ДНК, говорю же.
Она наморщила лоб, словно только мы тут не понимали, что происходит, дядя сверлил ее взглядом, но это обстоятельство она оставила без внимания.
— А мама знает? — осведомился он. — Как ты его сдала?
— Заказала онлайн и… — начала она.
— Дай угадаю: накинула пару лет к своему настоящему возрасту? — договорил он, скрестив руки на груди. — Это тебе не «Секондз», Джунипер.
— Если бы компании действительно не хотели, чтобы дети нарушали правила, обойти их было бы гораздо сложнее, — возразила она, скрестив руки на груди точь-в-точь как Хадсон. —
