2.2
Она почувствовала, как чужие руки осторожно касаются ее тела, подхватывают и отрывают от постели, пропитанной чужим потом. Крепко зажмурившись, девушка погрузилась в темноту, из которой теперь не было выхода. Сердце, будто раненое животное, билось так слабо, что каждый новый удар казался ей последним, и это было единственное, на чем она могла сосредоточиться, напрочь оторвавшись от окружающей ее обстановки. Рядом кто-то громко извергал поток ругательств, но Рия не разбирала ни слов, ни тонких всхлипов чуть поодаль. Сейчас ей было абсолютно плевать на все происходящее и единственное, чего она действительно желала - чтобы все это поскорее закочилось.
Уткнувшись в чужую шею, она вдыхала аромат перечной мяты, табака и алкоголя. А перед глазами, словно обжигающее клеймо, до сих пор стояли картинки, в которых мелькало обезумевшее лицо гостя, готового разорвать ее на части, только бы получить желаемое. Рие по прежнему было трудно дышать, все еще удерживая фантомной болью на груди тот неподъемный груз, придавивший ее к кровати. Где-то там, на краю сознания, она отчаянно молилась о том, чтобы этот кошмар не повторился вновь. Хотя бы не сейчас, когда внутри таиться отчаянное желание прекратить эту жизнь. Ей хотелось всего одну, короткую передышку, чтобы прийти в себя, забыть тот инцидент с гостем и немного поспать. И когда звуки шагов, смешавшиеся с музыкой и ропотом десятка голосов, наконец остались где-то позади, отрезаемые грохотом захлопнувшейся двери, девушка наконец пересилила себя и открыла глаза.
Пугливо, словно мышь из-за угла, она разглядывала острый подбородок и бешено играющие желваки, выхватила взглядом часть хозяйского кабинета, в котором уже было не так давно и стоило мужчине резко склониться вниз и небрежно опустить ее на нечто мягкое, как она вновь трусливо зажмурилась, лишь бы не выдать себя прямо сейчас. Отчего-то ей казалось, что он привел ее к себе не просто так. Вдруг решит воспользоваться ее телом сам, по своему усмотрению? Эти мысли вновь вывели ее на панику, в какой-то миг достигнув финальной точки и заставив смириться с происходящим. Рано или поздно ей все равно придется подстроиться, лечь под незнакомого мужчину, а потом и смиренно принять то, что ее работой станет ублажение чужих потребностей. Если кончено она не решит закончить эти страдания своими же руками…
Удаляющиеся шаги, блуждающие по комнате, звон бокала и тяжелый вздох. Рия, не смея дышать, вновь приоткрыла веки, выхватив темный силуэт хозяина поодаль. Он стоял прямо напротив горящего камина, спиной к ней и в какой-то миг она даже потеряла счет времени. Широкие плечи, вырисовывались четкой линией, нервно подрагивали, и плотные жгуты мышц перекатывались под тонкой белой тканью рубашки. Сейчас но походил на оживший угольный рисунок на досчатом полу…
- Спишь? - неожиданно прогремел голос мужчины, застав сердце Рии вновь забиться израненной птичкой.
Она крепко сомкнула веки, надеясь спрятаться во тьме и отчаянно желая, чтобы он ничего не понял. Только вот у хозяина, как оказалось, были свои методы по пробуждению обморочных девиц… Он приближался тихо, словно ступал по льду, но его выдавал неумолимо нарастающий скрип старых половиц.
Всего на краткий миг наступила глухая тишина, и девушка неожиданно вздрогнула, стоило чужим пальцам коснуться ее подбородка. Она все еще не была уверена, понял ли он? Но касания неотвратимо нарастали, перышком пройдясь по ее скуле, очертив линию губ, скользнув к шее, остановившись прямо на бешено колотящейся венке. Она старалась не дышать, но ее предательски бросило в жар, распаляя изнутри тот самый жидкий огонь, от которого так безжалостно кружит голову. Неожиданно ей послышался легкий смешок.
- Идиотка… - горячий шепот коснулся ее виска и она услышала, как тяжело он втянул в себя воздух, словно пытался вобрать весь исходящий от нее аромат.
Теперь он дышал тяжело, будто каждый новый вдох давался ему с непомерным трудом. Сухая ладонь легла на плечо девушки, переместившись на глубокий вырез накидки. Он аккуратно отодвинул край ткани, вырисовывая большим пальцем очертания ее груди, слегка надавив на выступающий бугорок и вновь потянул носом, будто с трудом сдерживал себя от чего-то. Сквозь мутное, до смерти перепуганное сознание, она догадывалась, зачем он делает все это. И в какой-то миг в ее голове возникла совершенно безрассудная идея, граничащая с убийственным безумством. Его касания не вызывали в ней ужаса или отвращения - скорее непонятный трепет и тянущую боль внизу живота. Но, если бы ей и пришлось отдать кому-то свою первую ночь, то пусть это будет не за деньги, а просто потому, что она так захотела…
Движимая непонятным желанием и резко распахнув веки, Рия столкнулась с темным взглядом хозяина, чье лицо оказалось всего в паре сантиметров от ее, бледного и испуганного. Не моргая, она пристально взирала на него, пытаясь докопаться, понять и решиться на нечто, полностью выходящее за ее собственные рамки. А ведь его рука уже лежала на ее бедре, нежно поглаживая и медленно спускаясь ниже.
Не помня саму себя от удушающего страха, она собрала все силы воедино и вскинула руки, обхватив шею мужчины. От неожиданности он вздрогнул, удивленно вскинув брови. Сама Рия, словно хватаясь за последнюю соломинку, сцепила ладони в замок, окончательно приняв для себя это сложное, волнующее решение и, не дожидаясь, когда хозяин отстраниться от нее в гневе, она дернулась вперед, припав к его губам. Вяжущий привкус алкоголя коснулся ее языка и томительная секунда, которая показалась ей вечностью, заставила сердце выпрыгнуть из груди. Она боялась, что хозяин отбросит ее руки, в порыве злости ударит или все же решит отправить несчастную на растерзание гостям, за то, что так легко накинула на него петлю принуждения. Но, он резко прижал Рию к себе с такой силой, что выбил последний воздух из ее легких. Чужой язык, словно таран, проник в ее рот с непобедимой властностью, исследуя, скользя по зубам, будто показывая свою силу в этом уничтожающем поцелуе. Пальцы хозяина впивались в ее кожу, царапали и причиняли сладостную боль. Пусть эта ночь окажется незабываемой хотя бы для нее…
