Голавль — рыба проточных вод. Он редко встречается в закрытых озерах и почти никогда не живет в прудах. Его раздолье — реки, обильные омутами и перекатами. На перекатах он охотится, в омутах отдыхает. Часто он обитает в глубоких подбережинах, заросших сверху такими густыми кустами, что к ним не подберется и самый отчаянный рыболов. Он любит держаться вблизи свай и плотов, в нижних омутах мельниц, под шлюзами, плотинами и мостами. Но, несмотря на осторожность, его все же влекут места, населенные человеком. Ведь около человека всегда найдется какой-нибудь дополнительный корм.
Ужение голавлей требует мастерства; не тех, конечно, десятисантиметровых голавликов, которые по недостатку жизненного опыта попадаются вместе с прочей мелюзгой, а рыб настоящих — граммов, скажем, от пятисот и выше. Кстати, известно ли вам, что встречаются голавли в восемь килограммов весом?
Есть в конце нашей среднерусской весны короткий период, когда выудить голавля довольно легко. Это время вылета майского жука. Тут рыболову нельзя зевать: майский жук — существо нежное, и его поведение целиком зависит от погоды. Выстоит тихий день с теплой вечерней зарей — и кучно полетят в сумерках жуки. А подует северный ветер или зарядит холодный дождь — жук не вылетит. Значит, не выйдет на кормежку и голавль. Зато, если погода устоялась, надо поторапливаться рыболову на речку. Там, на берегу, станет он около журчащей струйки переката, бросит на затравку в воду десятка два жуков, а одного, зацепив на крючок, пустит следом на длинной лесе без поплавка и грузила туда, где теряет силы стремительный поток и клочья белой пены как бы нехотя поворачивают обратно. И, если есть поблизости голавль, разойдется на воде широкий круг, сильный щелчок отдастся в руку, держащую комель удилища, натянется леса, и хищник вывернется на поверхность… Подсачек! Да что же вы смотрите?! Скорее подсачек!!
Опытом рыбацких поколений установлено, что голавль — рыба всеядная. Окунь, например, не пропустит малька, но на хлеб не возьмет. Язь не проплывет мимо горошины, но отвернется от пиявки. Пескарь соблазнится мотылем, но отвергнет кузнечика. А голавль схватит все.
Знаете ли вы, что в Москве-реке рыболовы в старину с успехом — да еще с каким! — ловили голавлей у стоков водочного завода на ягоды, вымоченные в спирте?.. Всеядная, всеядная рыба голавль!
Но все-таки лучшая приманка для голавля — это выползок.
Выползок — червячный исполин, достигающий иногда тридцати — сорока сантиметров в длину и сантиметра в диаметре. Водятся выползки в земле на глубинах, достигающих двух метров, и покидают свои лабиринты в летние ночи, особенно после теплого дождя. Они осторожны и вылезают из своих убежищ только наполовину, предусмотрительно оставляя хвост в норе. Но рыболов изучил их повадки. Дождавшись теплой ночи, он захватывает с собой фонарик и небольшой холщовый мешок и, тихо шагая по земле, идет собирать выползков. Наведя на червяка луч света, он быстро хватает его за голову и некоторое время держит неподвижно. Если хвост червя находится в это время в норе, упрямец расширяет его и сопротивляется довольно сильно. Потянуть червя в этот момент — значит оборвать ему хвост, а какой толк в червяке без хвоста? Но спустя минуту выползок слабеет, и его легко вытянуть из норки.
Места, где живут выползки, обнаруживаются по небольшим кучкам взрыхленной земли под деревьями в садах, парках, на опушках лиственных лесов. Днем искать выползков — занятие бесполезное.
А в летнюю пору голавлей ловят «нахлыстом» на все, что прыгает и летает: на кобылку, шмеля, бабочку, стрекозу, муху. Похолодает немного — опять и черви, и пиявки, и рак, и лягушка. Очень любит голавль мясо речных ракушек. С жадностью бросается он на некрупных рыбок: пескарей, ельчиков, уклеек. И на зелень он берет, и на хлеб, и на зерна. Берет прекрасно, надо только сообразоваться с сезоном. Даже зимой, подо льдом, можно соблазнить голавля черным тараканом. Надо разнообразить приманки и выведать, что ему в данный момент окажется «по душе».
Как и всякую крупную рыбу, голавля лучше всего ловить на зорях. Ловят его и ночью. В середине лета он отлично берет в полуденные часы на мелких песчаных и каменистых перекатах, если поблизости есть сучья и коряги. К осени голавль скатывается в ямы.
Добычливая ловля голавля требует тонкой снасти. Голавль достаточно «подозрителен», и на толстую, грубую лесу его не поймаешь.
…Был у меня когда-то юный друг. Он ходил в форменной фуражке, застиранной до последней степени зеленоватой гимнастерке и таких же брюках и с неизменным ремешком от «нагана». К ремешку был прицеплен щербатый перочинный ножик. Целые дни Вася просиживал около речки у деревенского мостика, где водились крупные голавли. Заботясь о прочности снасти, рыболов пытался изловить голавля на толстенную лесу из домашнего суровья, походившую на упаковочную веревку.
— Вась! — говорил я, подходя к нему и свешиваясь с перил. — Ну чего мучаешься? Сколько раз было сказано — сплети волосяную! Ведь от твоего каната все голавли давно разбежались.
— Поймаю! Неправда! Рыба — она тут!.. — хрипел Вася, круто поднимая голову и яростно кося на меня карим глазом. — Гляди! — Он вытаскивал удочку и бросал в воду несколько скатанных хлебных шариков.
И вдруг будто неведомый лифт поднимал со дна стаю крупных головастых рыб. Они врассыпную бросались на хлеб, быстро пожирали его и немедленно исчезали.
— Должны взять! — тужился Вася. — Снасть добрая!..
Кажется, за целое лето он не испытал ни одной поклевки.
Судьба, удивительная и прихотливая, столкнула нас много лет спустя в ином месте. Мы узнали друг друга и крепко обнялись. На нем опять была форменная фуражка, а на плечах сверкали генеральские погоны.
— Как сейчас все помню! — была одна из его первых фраз. — Упрям был, сознаюсь. А как ты уехал, надрал я хвост у колхозного жеребца, сплел-таки леску. Вот, брат, когда пошел у меня голавль!..
В наше время тонких синтетических лесок голавли чаще, чем раньше, стали попадаться на удочку рыболова. Но и на самую тончайшую жилку не возьмет голавль, если рыболов не сумеет замаскироваться во время ловли.
Лучшая маскировка при ловле голавля — это забрести в воду. Закон здесь старый: глубже зайдешь — меньше тебя опасается рыба. Сколько широко разинутых ртов, круглых, точно пуговицы, глаз наблюдали мы как-то в разгар купанья на| одном из днепровских пляжей! Сельский паренек не торопясь зашел по грудь в воду, взмахнул эластичным рябиновым удилищем и одного за другим вытянул двенадцать отличных голавлей… Это посреди купальщиков-то! Ловил он «нахлыстом», на «коника», как очень образно называют на Украине молодых кузнечиков, забрасывая от себя приманку совсем недалеко, на каких-нибудь четыре-пять метров.
