полетел выбитый клинок.
Умар оценил.
– Погоди, так же пальцы и сломать можно?
– Если ударить сильнее – да. Или сменить направление. – Далина чуть изогнула кисть, показывая, как прошел бы удар.
Умар оценил. У него пальцы просто ныли. А могла бы и покалечить… Странно осознавать себя человеком, которого пожалели!
– Даша, ты где так драться научилась?
Это был самый паршивый вопрос. А правда – где? Но и на него Далина знала ответ. Придумала. Благо такое не проверишь.
– Мать, когда я маленькая была, полы в спортивном зале мыла. А меня с собой таскала, ну и я училась. Талант был, а с учителями повезло.
– А, вот как. Бывает.
Далина кивнула.
– Я это умею. Рада, что ничего не забыла.
Она умеет…
Умела ее кровь, ее память алой драконицы. Тело Даши было просто основой, на которую все это хорошо легло и подстраивало сейчас под себя. Но кому это важно?
– Будешь ходить тренироваться?
– Буду, – кивнула Далина. – Но мне нужны деньги. Говорят, тут будет турнир?
Мужчины молча переглянулись. Первым нарушил молчание Умар:
– Турниры у нас регулярно бывают. Ты хочешь участвовать?
Далина кивнула:
– Хочу. Это возможно?
Мужчины переглянулись еще раз.
– Пошли-ка в кабинет, – решил Умар. – Ребята, спасибо, дальше мы с Дашей сами поговорим.
Спорить никто не стал. Видимо, полеты носом в пол стимулируют мозговую деятельность и пробуждают вежливость.
В кабинете Бероев устроился в кресле и кивнул девушке на второе:
– Садись. Поговорим.
Далина осмотрела кресло и устроилась на подлокотнике. Умар ухмыльнулся:
– Поняла?
– Из него так просто не выберешься. Не хочу драться, но и подставляться тоже.
– Расскажешь о себе?
Это было самое слабое место ее плана. Или наоборот?
– Петрова Дарья Валентиновна, двадцать один год. Окончила кулинарный техникум.
– Это все?
– Практически, – потерла лоб Далина. – Деньги нужны, а другим способом я их заработать, наверное, не смогу.
– Ты и в ММА их заработать, наверное, не сможешь, – кивнул Умар. – Подумай сама, у тебя какой вес? И с кем ты собираешься драться?
Далина не поняла. Вес? А что не так? Ну да, она легкая, но справится практически с кем угодно. У нее за плечами больше семидесяти лет сражений. Это такой опыт, который людям и не снился. И драконья кровь. Для нее все происходящее не драка, а избиение младенцев. Она даже десятой части своих навыков не продемонстрировала, а ведь могла и по точкам бить. Попади удачно – и у человека на нее рука не поднимется, в буквальном смысле. А если еще душевнее попасть – вообще отсохнет.
– С кем угодно.
– Да тебя с этим самым кем угодно не поставят. Только равный вес. А еще надо, чтобы с тобой согласились драться. Ты пока никто и ничто. Кто о тебе знает?
Это Далина понимала.
– Плохо, – покачала она головой.
Умар смотрел на нее задумчиво.
– Тебе очень деньги нужны?
– Очень, – не стала врать Далина.
– Могу пока взять тебя на ставку тренера. Хусейн, Махмуд, Рустам – парни молчать не будут, да и ты за себя можешь постоять. Справишься.
– А ставка тренера какая?
Сумма и график работы порадовали. Но…
– С чего такая щедрость?
– Отработаешь.
– Чем и как отработаю?
Умар сощурился:
– Есть условия?
– У меня дети, – отозвалась Далина. Костю она уже подсознательно воспринимала как своего. Это с Дашей у них разница в возрасте крохотная, а с драконицей-то намного больше. – Я их под удар не поставлю.
– У тебя? Дети?
Ошарашенный взгляд мужчины искренне позабавил драконицу.
– Двое. Потому мне и нужны деньги.
– Хм… ладно! Я буду предлагать, а ты сама решишь, от чего отказаться. Так договоримся?
– Да.
– Сможешь фехтование преподавать? Стойки, удары? Хорошего специалиста найти сложно, а ты можешь, я вижу.
Далина кивнула:
– Смогу.
– И, может, курсы самообороны на тебя повешу.
– Не стоит.
– Почему? Ты вон какая… и от нас троих вполне успешно защищалась. Даже от четверых.
– У меня школа ориентирована на другое. Я не защищаюсь, я убиваю, – спокойно объяснила Далина. – Меня учили вывести противника из строя так, чтобы он потом не встал. С вами-то я дурака валяла. А самооборона на другое рассчитана.
– Ну да, если кого покалечишь, засудят, – согласился Умар.
Ответом ему был короткий кивок.
– Я могу научить, но не тому.
– Ладно. Тогда пока оставим фехтование. А насчет самообороны подумай: если учить не убивать врага, а что-то вроде ударить и бежать?
– Не знаю. Надо думать, – качнула головой Далина. – Для меня это напрасная трата времени.
Напрасная? И где же у нас учат убивать? В спортзалах? Но и отказываться от такого интересного специалиста тоже не хотелось. Сейчас возьмет, потом, не торопясь, посмотрит, что подобрал.
– Думай. И завтра к девяти утра приходи оформляться на работу.
– Спасибо.
– Не за что.
Когда за девушкой закрылась дверь, Умар какое-то время наблюдал за ней в окно. Через зал Даша прошла абсолютно спокойно. Так двигается человек, полностью уверенный в себе. Плечи развернуты, голова поднята, движения плавные. И не скажешь, что она совсем недавно провела несколько схваток, а потом еще и с ним разговаривала. А силу своего воздействия Бероев знал. У него даже сильные мужики потели, дергались и нервничали, а тут никакой реакции, хоть он и пытался давить. Женщина была спокойна. Абсолютно.
Дверь стукнула, в кабинет зашел Хусейн.
– Брат, что это за баба такая?
Он и правда был братом. Пусть и троюродным, но по меркам Умара – близкая родня.
– Понравилась?
– Нет. Баба должна быть ух, – Хусейн показал руками, насколько Даша не дотягивает до его параметров красоты. – Но дерется как шайтан!
– Она у нас работать будет.
– Кем?
– Фехтование будет вести, общее и частное. Сам знаешь, спрос есть, а вот предложений мало. Надо потом уточнить: вдруг она и ножевой бой сможет? Холодняк для нее привычен.
– И все?
– А что?
Хусейн пожал плечами.
– Необычная она. Понимаешь?
Умар понимал.
И реакции у нее неправильные, и движения странные, и характера вводные – не те! Девчонка с такими характеристиками не может быть одета как нищенка. И вид у нее запущенный, это-то сразу бросается в глаза. Из Золушки не сделаешь принцессу, зола въедается.
А тут…
Что-то неправильное. Не то. Словно в тягучую восточную музыку врывается выстрел. Или взрыв. Вроде тоже звук, но не то!
– И что?
– Как бы за ней чего плохого не потянулось. Кто ее родители? Чем они в девяностые занимались?
Умар сощурился.
– Думаешь? А ведь возможно!
Сложное было время. Фильм «Леон», кстати, Умар
