символами.
— Ну, пока Неви здесь, — заметила девушка. — То она, по факту, на стороне Годфри. Так что пусть пользуются этим символом.
Молодые люди подошли к выходу. Свернув направо, они прошли через фойе и вышли через двойные двери на улицу. Перед зданием кафедры целителей имелась небольшая площадь. С другой стороны площади находится трёхэтажный корпус учебных аудиторий градуаты и мрачное здание-куб Инвестигатории.
Эта площадь была излюбленным местом нахождения учеников между занятиями. Конечно, в тёплое время года. Здесь были высажены луизании — невысокие деревья с густыми и раскидистыми кронами. Эти деревья ещё называют древесными розами, потому что её цветки сильно схожи по внешнему виду с розами.
Под деревьями имелись лавки, где и сидели ученики. А где много молодых людей, там и гомон. Брачные игры, смех.
— Странно, — произнёс Амедей. — Меня, обычно, раздражают толпы…
— Да-да, особенно толпы всяких девиц, — ехидно вставила Беллатрикс.
— Это другое, — ничуть не смутился парень. — Так вот. Почему-то здесь, наоборот, меня такой пейзаж настраивает на умиротворяющий лад. Только при виде всех этих будущих магов начинают пролетать мысли о государстве.
Они пошли вдоль здания кафедры целителей.
— Что ты думаешь, насчёт… праздника? — спросила Беллатрикс.
Причём, с плохо скрытым небрежением.
— Провести игры — это логичный ход, — ответил Амедей. — Плебс нужно отвлечь от ситуации в королевстве. Но мне это кажется… Лечением симптомов.
— Простое решение, — чуть нахмурилась девушка.
— Да, — кивнул Амедей. — А простые решения — это почти всегда лучшее решение среди худших. Похоже, Годфри не собирается идти на компромисс. О, какой персонаж.
Прямо им навстречу шёл мужчина. А нет, парень. В чёрном костюме. Среди засилья синего цвета он был, как пятно. При этом ещё и весьма смазливой внешности.
С непокрытой головой, он ещё и на трость опирался. И костюм был не очень по моде, но в стиле.
— Имперец? — спросил Амедей.
— У него кольцо мага, — заметила Белли.
— Хм, да, — кивнул Амедей. — Но всего лишь сталь.
Тем временем, незнакомец подошёл к ним.
— Прошу прощения, — обратился он к брату и сестре. — Мне нужна кафедра целителей. Я правильно иду?
— Да, это кафедра целителей, — Амедей сделал жест в сторону здания.
— Покорно благодарю, — парень склонил голову.
Он прошёл мимо, а Беллатрикс пару мгновений спустя посмотрела вслед.
— Хм, — задумчиво произнесла девушка. — Я бы хотела узнать, кто это.
— Неужели, сестра моя, и вашу чёрствую душу тронула весна? — ехидно спросил Амедей.
Девушка перевела взгляд на брата. Это взгляд был… Будто Белли смотрела сквозь.
— Понял, понял, — тут же ответил парень. — Ты что-то почувствовала?
— И не могу разобраться, что именно, — заметила Беллатрикс.
* * *
Энтони вошёл в помещение, куда его направили ученицы, которых он встретил в коридоре сего здания. И попал он в интересное место.
Посреди помещения стоял большой железный стол. Причём, на нём имелись ремни. Да-да, которыми можно к этому самому столу привязать. И вообще, столик сильно походил на… разделочный. Или операционный, если учитывать обстановку.
Вокруг стола, буквой «П» стояли столы. У окна противоположному входу находился длинный стол, надо полагать, учительский. И прям ностальгией резануло, за учительским столом, на стене, висела чёрная доска. И на ней белым было что-то написано.
Госпожа Неви обнаружилась здесь. Она стояла у стола, склонившись, читая что-то в большой книге.
— Госпожа Неви, — заговорил Энтони.
Женщина вскинула голову. Увидев Кольера, Неви распрямилась. На её губах появилась улыбка.
— Энсин Кольер, — произнесла женщина. — Итак. Вы всё же решили получить систематическое образование?
Энтони, подойдя к даме, склонил голову.
— Прошу простить, — улыбнулся он в ответ. — Но моё мнение только укрепилось.
По лицу Неви промелькнула хмурость.
— А ты сюда приехал из Арианы? — с подозрением спросила она.
— Не собираюсь лукавить, — ответил Энтони. — Хотя меня и просили… Скажем так, подойти извилисто, я отвечу прямо. Мне докинули обязанности курьера.
— Понятно, — вздохнула Неви. — Ну, и? Где письмо?
— Тут, — Энтони коснулся головы. — Её величество просила вас покинуть на время Тарквенон, во избежание угроз лично вам и особенно вашим ученикам.
— И всё-то о моих учениках заботятся, — процедила Неви. — Прямо-таки душа болит о молодом поколении. Это всё?
— Ну, да, — кивнул Энтони. — А вот моё дело займёт куда больше времени, леди Неви.
Энтони открыл Карман. На это целительница подняла брови.
— Артефакт, — улыбнулся Энтони, показывая кольцо.
Парень достал из кармана толстую тетрадь.
— Это результаты эксперимента, который мы проводили в лагере, — произнёс Энтони. — Один из ваших учеников, Френсис Дэстрей, участвовал в нём. И это он описал процесс… м-м, более наукообразно. А помогал ему в этом Инграм Ламьен.
— Так, — с интересом произнесла Неви.
Принимая тетрадь.
— Если коротко, — продолжил Кольер. — Эксперимент проводился не только на мне. В нём участвовал ещё один маг в полной мере, с самого начала, и ещё несколько были подключены позже. Результат — увеличение согласованности физического тела и археума, как следствие, увеличение уровня владения. А сюда, в столицу, леди Неви, я прибыл с просьбой. Кроме вас, я очень бы хотел представить эту нашу работу господин Винтеру. Потому что в основе лежат его наработки. Возможно, если бы он взглянул и выслушал меня, то смог бы подсказать какие-то важные нюансы…
Глава 4
Тарквенон. Район Айленд Ноледж
Особняк Ранделла Нейтана.
16 сентября 1034 года, вторник. Утро
Беллатрикс никогда этого не говорила, но ей очень нравился дом отца на острове. В нём не было никакого пафоса. Это был просто дом. Конечно, со всеми положенными удобствами, включая центральное отопление и освещение. Но самое главное, отец установил в своём доме правила, что слуги не должны попадаться на глаза, когда хозяин дома. Никто, разумеется, не прячется, просто отец сильно не любит, когда в момент размышлений его отвлекают. Поэтому, в кабинете, библиотеке, спальне и мастерской слуги появляются только тогда, когда их позовут.
Амедей к этому был абсолютно равнодушен, но брат всегда был более открытым человеком. А вот Беллатрикс время от времени прямо-таки необходимо побыть в одиночестве. И дом отца в ноттарии для этого подходил идеально. Поэтому девушка и любила
