Гости к Долоховым заявились на следующий день. Два аврора, чиновники министерства и Дамблдор, непонятно зачем приведенный с ними. Том как раз зашел к Долоховым на ланч, принес букет для Наты. К тому же нужно было обсудить с Татьяной как правильно замаскировать приготовление к ритуалу. Том уже подключил к проблеме Вальбургиевых рыцарей. Кого-то использовал, не рассказывая причин, кто-то был посвящен в тайну. Натали смотрела на них с некоторым ужасом. Она понимала, что за жизнь отца будет уплачено чьей-то жизнью… и ее моральные принципы, непоколебимые до этого времени, дали трещину.
— У ворот гости, — прервала их разговор Татьяна. — Впускать?
— Конечно, вам ведь нечего скрывать, — качнул головой Том. — Вот только… Знаю, что дарить кольцо положено лишь на помолвку. Но… это артефакт.
Он выложил на стол колечко, с тревогой смотря на женщин.
— Я смогу найти Натали, оно защищает от первого удара. И немного защищает разум. Напора не выдержит, но уже не удастся прочитать мысли, смотря в глаза.
— Нона, пальчик порежь. И признай своим, — Татьяна метнула пораженный взгляд на Тома. — А я пойду встречать гостей.
Гости прошли в коридор, топая и громко разговаривая. Татьяна смотрела на них несколько высокомерно, отчего чиновник растерял часть своей бравады, авроры притихли, а вот Дамблдор стал улыбаться еще радостнее. Том вышел из гостиной как раз к началу разговора.
— Поступили сведения, — говорил чиновник, — что в вашем доме находится больной драконьей оспой. Так же поступили сведения, что вы готовите запрещенный ритуал. Мы получили соответствующие бумаги для обыска дома.
— Я просмотрю, — Том протянул руку за бумагами. — Мистер Долохов с сыном отбыли по делам семьи. Я так понимаю, подозрение в болезни связанно именно с его резким отъездом? Обыскивать дом можно лишь в присутствии трех независимых свидетелей, я сейчас напишу мистеру Малфою и мистеру Лестрейнджу, чтобы они оказали нам услугу.
— Том, мы ведь понимаем, что обыск — лишь выполнение министерского приказа, — мягко проговорил профессор Дамблдор.
— При всем уважении, профессор, — чуть скривился Том, пролистывая заверенные бумаги, — но учитель попросил меня присмотреть за его семьей. И я считаю, что все должно быть строго по правилам.
И еще, со свидетелями у бравых авроров не получится прикарманить семейное серебро и рукописные книги. Том был уверен, что они еще и что-нибудь подкинуть могут. Поэтому он, заклинанием скопировав министерские бумаги, пригласил незваных гостей в гостиную. Чай не предлагали.
Абраксас и Элдрич прибыли довольно быстро. Они были старше Тома на два года, к тому же не работали в министерстве, поэтому считались подходящими свидетелями с «обвиняемой» стороны. Третьим свидетелем стал Дамблдор, который тоже не числился в министерстве, и чье пребывание здесь все еще было неясным.
Дом и сад обошли чуть больше, чем за час. Понятное дело, в доме не было никаких запрещенных предметов. Все запрещенное, если оно и оставалось, хранилось в том самом домике, принадлежащем дальним родственникам Долоховых. А то немногое, что оставалось, Том увез к Реддлам, хорошенько запечатав ящик.
Они вновь вернулись в холл, чиновник присел за небольшой письменный стол, оформляя бумаги. И тогда разума Тома коснулись. Осторожно проверили защиту и чуть усилили нажим.
— Профессор! Влезать в чужой разум как минимум неприлично. Хоть и недоказуемо перед законом.
Дамблдор несколько опешил, встретившись взглядом с Томом. Реддла затопила брезгливость и злость, вторжение в разум всегда невероятно злило Тома, особенно если вторгается Дамблдор.
— Я… — начал было Дамбдлор.
— Лишь хотели проверить, где именно находится Алексей Долохов? — поморщился Том. — У граждан этой страны все еще есть право оставлять в секрете семейные проблемы. Даже если при этом их подозревают в чем-то противозаконном.
— Том, он пытался проникнуть в разум? — вспылил Малфой. — Это противозаконно! Нужно написать жалобу…
— О, мой дорогой друг, — поморщился Том, — проникновение в разум не оставляет следов, особенно если легилимент достаточно искусен для подобной операции без использования палочки. Поэтому наш профессор и не стесняется пользоваться этой лазейкой в законе.
Дамблдор на несколько секунд потерял свой образ добродушного профессора, даже черты лица, кажется, заострились. Но тут же сделал покаянный вид, пробормотал что-то про необходимость убедиться в невиновности Долоховых. Но бумаги были подписаны и проверяющие наконец покинули дом Долоховых.
— Виски? — ровным голосом поинтересовалась Татьяна.
— Было бы не плохо, — кивнул пораженный Малфой. — Быть может, стоит организовать такую же проверку нашему профессору?
— Не стоит, — устало выдохнул Том. — У него точно дома нет ничего противозаконного. Но теперь я уверен, что он связан с Гриндевальдом.
— Почему? — удивился Элдрич Лестрейндж.
— Потому что Алексей подписал требование. Англия написала Гриндевальду официальную ноту протеста. В качестве ответчика, если потребуется вызов на дуэль, письмо подписал мой учитель. На это место претендовал Дамблдор. Он до сих пор второй в списке.
Быть может, для кого-то все доводы Тома покажутся надуманными, высосанными из пальца, но он был уверен. Их профессор как-то связан с Гриндевальдом. Дамблдор всегда не нравился Тому. С того самого момента, как залез в его разум. И Том почувствовал. Взыграла, видимо, кровь: проявились таланты предка. Дамблдор был талантливым педагогом, тонким психологом. Том часто видел, как тот тонко манипулирует своими львятами, добиваясь нужной реакции.
— Абраксас! — Натали позвала Малфоя, с которым не так уж часто общалась.
— Да? — он присел рядом с ней на диван, пока Том и Элдрич склонились над расчетами в другой части комнаты.
— Я знаю, что вы ищете подарок для Тома, — девушка чуть запнулась, подбирая слова. — Знаете про медальон Слизерина?
— А кто не знает? Считалось, что он хранится в семье Мраксов.
— Ты ведь дружен с этим… ну, владельцем лавки в Лютном.
— Бэрк? Да, мой отец часто выкупает у него некоторые книги.
— Спроси у него насчет медальона, — твердо попросила Натали.
— Откуда такие сведения? Вещь редкая, дорогая, о продаже столь ценных реликвий обычно известно в определенных кругах.
— Когда мы с Тони посещали Тома, его дядя… он как-то кричал, чтобы Том вернул медальон. Вроде бы его унесла его мама. По рассказам, она бедствовала. А куда продаст медальон покинутая женщина?
— В Горбин и Бэрк, — выдохнул Абраксас. — Думаешь, он там?
— Быть может, его продали особому покупателю. Думаю, тебе и такие люди известны.
— Если его выкупили тайно, то это Хэпзиба Смит. Как думаешь, сколько будет стоит сварить зелье молодости?
— Зачем? — удивилась Натали.
— Если медальон у этой женщины, то выкупить его можно лишь бартером. А эта старая дева, как говорят, давно хочет вернуть утраченную молодость.
— Семья мамы — зельевары… как ты понимаешь, из тех, кто варит вовсе не бодроперцовое зелье.
— Я все разузнаю. Думаю, к дню рождения мы сможем получить потрясающий подарок для Тома.
Натали как всегда мягко улыбнулась. Абраксас же впервые увидел в этой мягкой девушке что-то слизеринское. Внимание к мелочам, понимание значения связей, умение привязывать людей. Выкупить медальон будет непросто, да и невероятно дорого. Молодильное зелье варится из редких ингредиентов. Придется у Тома выкупать яд василиска и как-то объяснять его необходимость. Но такой подарок стоит любых хлопот.
========== Глава 10. Воскресение. ==========
К ритуалу готовились хоть и в спешке, но со всей тщательностью. Том никогда не делал ничего настолько сложного, поэтому не мог избавиться от волнения. Весь словно на иголках. Для него самым сложным было не лезть в этот процесс. Нужно было каждый день появляться в Министерстве, водить Натали в магические рестораны, посещать знакомых и друзей. Одним словом, Долоховы и Том тщательно изображали, что у них все в абсолютном порядке.
