В центре этого небольшого леса лоснилось глубокое озеро, которое никогда, даже самым жарким летом, не высыхало.
Ивы низко склонялись к воде.
Маленькие чирикающие птахи копошились в ветвях, то и дело подлетая к озеру, чтобы поймать водомерок или водяных жуков.
Тила остановилась перед этим чудом природы.
Ей казалось, будто русалки, в существовании которых она не сомневалась, смотрят на нее из темной глубины, заманивая к себе.
Так они пленили Хиласа, сказочного царя из ее детских книг.
Вслух девушка ничего не промолвила, и они поехали дальше.
Теперь они оказались в зарослях цветущих кустарников.
Потревоженные бабочки пестрым вихрем закружились над ними. Пчелы, собирающие нектар, жужжали где-то рядом.
Все вокруг воспевало земную жизнь.
Всадницы выехали из зарослей и замерли, очарованные удивительной синевой.
Огромное попе колокольчиков расстилалось перед ними.
Каждый год Тила приезжала сюда, чтобы полюбоваться этим волшебством.
Неброские полевые цветы казались ей более совершенными, нежели заботливо взращенные садовые розы.
Девушка остановила своего жеребца и оглянулась.
Мэри-Ли даже не посмотрела на нее, всецело поглощенная первозданной красотой.
А вот и опушка леса.
Подъехав к ручейку. Тила напоила лошадей и повернула обратно.
Так же молча продолжали они свой путь.
Лишь когда Колокопьчиковый лес остался позади и солнце вовсю засияло над головой, девушка вопросительно взглянула на Мэри-Ли.
— Это было необыкновенно! Как в сказке!
Мне кажется, я даже видела фей, они кружились вместе с бабочками.
Тила улыбнулась:
— По-моему, я тоже их видела.
— А еще я видела маленьких разноцветных птичек на озере.
— Я тоже, — кивнула Тила. — А что ты думаешь о самом озере?
— А это волшебное озеро? — спросила Мэри-Ли.
— Да, оно очень, очень волшебное, особенно для меня, — убежденно произнесла девушка.
— А почему?
— Вообще все леса и озера волшебные, — ответила Тила, — а это особенно.
И пока они ехали обратно, она рассказала девочке про Хиласа, которого русалки заманили в озеро и не выпускали на волю.
Мэри-Ли с интересом слушала эту историю.
— А как же он дышал, если он человек? — недоумевала она.
— Я полагаю, русалки научили его жить без воздуха, — объяснила Тила.
Какое-то время Мэри-Ли раздумывала, а потом серьезно сказала:
— Мне кажется, папа решил бы, что он утонул.
— Ну не порть мою историю! — понарошку рассердилась Тила. — Мне приятнее думать, что он все еще там и плавает вместе с русалками.
И вновь наступила тишина.
Было интересно наблюдать за напряженным мыслительным процессом Мэри-Ли.
Наконец она изрекла:
— Папа говорит, сказок не бывает.
Тила была поражена столь откровенным прагматизмом.
«Что же, интересно, американские бизнесмены рассказывают своим детям вместо сказок?!»— иронически усмехнулась она.
— А и верю в сказки, — молвила девушка. — По, конечно, они никогда не явятся перед людьми, которые в них не верят.
— А если я поверю, то увижу их? — спросила Мэри-Ли.
Тила кивнула.
— Не всегда можно увидеть только глазами, — наставляла она малышку. — Иногда сердцем увидишь гораздо больше. Доверься ему, и оно подскажет тебе, что перед тобой — правда или ложь.
— Я хочу увидеть сказку, — потребовала Мэри-Ли.
— Сказочные вещи исчезнут навсегда, если ты захочешь, чтоб они были как камни на дороге, которые всегда можно поднять, — ответила Тила. — Ты слышала про Сказочное золото?
Девочка задумалась на миг.
— Нет, наверное, не слышала.
Тила рассказала ей, что Сказочное золото можно увидеть, но оно исчезнет, как только ты захочешь дотронуться до него.
Мэри-Ли это сообщение очень развеселило, и она заливисто рассмеялась.
— Папе это не понравилось бы. У него очень, очень много золота, и он бы рассердился, если б оно исчезло.
— Если б у нас было Сказочное золото, мы бы смогли купить то, о чем говорим все это утре, — продолжала Тила. — Русалок, фей, бабочек и, конечно, лесных троллей, обитающих под деревьями.
Мэри-Ли эти слова привели в восторг.
— А расскажите мне про троллей, — попросила она.
Тила поведала ей истории, которые знала с детства.
Она объяснила, что трепли — это маленькие человечки, которые работают под землей и вылезают наверх только по ночам.
Девочка была заинтригована.
— Покажите мне их Ну хотя бы одного! — взмолилась она.
Они как раз проезжали мимо того места, где всегда было много грибов.
Типе часто приходилось брать их здесь, чтобы миссис Коблинс мота что-нибудь приготовить.
Вот и сейчас ома заметила несколько шляпок, которые почему-то окружили крупный полевой цветок.
Мэри-Ли решила, что это поганки, на которых сидели феи.
— Может, они и были здесь прошлой ночью, — сказала Тила, — но в следующий раз мы обязательно найдем место, где они живут.
— Расскажите мне еще что-нибудь про них, — стала просить девочка.
— Я расскажу позже, а сейчас нам пора возвращаться к завтраку, — ответила Тила. — Может, мы еще покатаемся сегодня днем. Тогда я покажу тебе другой лес. Там растут большие ели, и я уверена, там тоже много всего интересного!
— Мне так понравилась наша прогулка! — воскликнула Мэри-Ли.
В эту минуту Тила заметила скачущего вдалеке всадника.
— Это папа! — радостно закричала Мэри-Ли.
Она пришпорила свою лошадь и поскакала к нему; Тила помчалась за ней.
Она не предполагала, что мистер Викхэм тоже решит прокатиться перед завтраком, так как была уверена, что Роби и Патрик заночевали в Ставерли, а утром отправились показывать мистеру Викхэму остальную часть поместья, которую только начали приводить в порядок.
— Раз Викхэм платит, — сказал Роби сестре, — я могу позволить себе то, что всегда хотел сделать, но мешало отсутствие денег.
— Будь осторожнее! — предупредила она. — Может статься, потратив огромные средства на реставрацию дома, он не захочет платить и за земли.
— Я не думаю, что он захочет уподобиться королю, чей дворец утопает в роскоши, в то время как все остальное гибнет и рушится.
Брат говорил так убежденно, что Тила не посмела возразить.
Но все же она считала, Роби должен посвятить этого американца в свои планы.
Было бы ошибкой просто представить ему счет, не учитывая его мнения по поводу перестройки поместья.
Тила переживала, что им придется платить за все работы самим — из денег, которые мистер Викхэм будет вносить за аренду.
Поэтому она приняла решение не тратить, а хранить эти деньги.
Им понадобится каждое пенни после того, как мистер Викхэм вернется в Америку.
