– Жить хочешь? – Поинтересовалась у него ехидно. Успокаивать его? Да бесполезно сейчас. Он ни в кого и ни во что не верит. Даже в себя. Да и я не в настроении сопли подтирать. Пойдём другим путём.
– Да. – Он кивнул, поморщившись от боли…
– Уверен?
– Да, говорю же тебе, – сказал он зло, а потом, посмотрев на меня, тише добавил, – извини-те.
– Значит, так! Два раза я не повторяю, запоминай. Я тебя купила. Хочешь жить, будешь это делать так, как я тебе говорю. Понял?
– Понял. – Удивительно, даже не спорит. А что тогда перед этим было? Душу излить решил?
– Будешь послушным, будут бонусы, как этот… – Я показала наши селфи с Мелисой и в довершение короткую видюшку от сестры, которая его добила, – и он заплакал... А вот такого поворота я не ожидала.
– Только ничего не делай сестре, – я всё сделаю. – С выпученными глазами дёргаясь как под разрядами тока закричал он и тут же спохватился, изобразив из себя пример послушания.
Теперь взгляд парня был совем другим. Я видела, что он действительно, всё сделает. Может и правда, стоит ненадолго побыть тем, кого он во мне видит?
– У меня есть условия.
– Сказал же, что всё сделаю, – процедил сквозь зубы парень и снова осёкся. Ну и пусть страдает дальше, если так нравится, – успокаивать не буду.
– Первое, называть тебя буду Филька. Второе, никаких пакостей, диверсий и пререканий. Я тебе не та компашка бандитов с кулаками. У меня более действенные и безотказные способы. Третье, делаешь только то, что я скажу и только в рамках закона этой страны.
– А людей покупать в рамках закона? – Снова вырвался гонор из парня.
– А позволять им умирать на улице или провоцировать других на убийство в рамках закона? Думаю, мы друг друга поняли. – Этот, точно кого угодно до ручки доведет. Этого парня нужно не от бандитов спасать, а от самого себя, потихоньку вправляя мозги. Похоже, визит к Мелисе оттягивается на очень неопределённое время. Предупреждал же меня Неугомонный. Что-то мне подсказывает, что я не Фильку спасла, а его от главной головной боли избавила.
– Сестра…, с ней точно ничего не будет? – Решается спросить он мне в спину, когда я уже почти вышла. Пришлось вернуться. – Я специально несколько лет к ней не ходил. Думал, хоть так вы все от неё отстанете.
– Как ты уже понял я видела твою сестру. Она очень хороший ребёнок, который полдетства провёл в интернате. Как ты думаешь, она заслуживает, наконец, нормальной жизни и нормального разумного брата? Я думаю, да, а ты?
– Что ты имеешь в виду? Есть шанс её оттуда забрать, и вы её не труните?
– Всё зависит только от тебя.
– Что я должен сделать? Я же вам для чего-то нужен? Я всё сделаю, только помогите ей, госпожа… – Так резко? Такое раболепие во взгляде… Всё! Входит в образ! Воспитание не позволяет, а то бы так и плюнула ему в лицо… Этот парень явно не может без крайностей: или мстит, или пресмыкается. Но пусть уж лучше второе. Понемногу, надеюсь, исправлю. Только потому, что Мелису жалко.
– Так, где договор? – Нет, всё же немного попробую успокоить. – Мне он нужен, чтобы защитить твою жизнь и сестру. Ты мне недёшево обошёлся, как понимаешь.
– У моего друга. Он должен был его отнести куда нужно. Только он тут ни при чём. – Поспешил добавить Филя.
– Бред. И каким образом и когда он бы узнал, что уже нужно? Если бы не я, ты бы уже просрочился там, в канавке. Ты хоть это понимаешь?
Настроение ни к чёрту… С каждой фразой Фильки у меня всё больше ломилась голова от абсурдности ситуации в целом и глупости Филиппа.
Записала контакты его друга. Раз взялась – решу и эту проблему. А потом пусть валит... Или нет, пусть отработает: я хочу видеть, что не зря трачу силы на человека.
– Хорошо, Филя. Каждый день будешь получать список дел. Будешь выполнять строго и чётко по пунктам. И ещё, тупарь мне в окружении не нужен, поэтому тебе придётся завершить образование. – Да-да удивляйся, мальчик, я всё про тебя знаю. Чувствую сейчас себя старше его лет на двадцать. Как он выживал? Он реально на всё ведётся.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Да, госпожа…
– Помнишь, когда день рождения твоей сестры?
– Да. Седьмого июля, госпожа.
Он что проходил курсы примерного раба? Или он из этих? Где только нахватался? Да, мне, собственно, без разницы. Человека я из него в любом случае сделаю.
– Я пообещала ей встречу с тобой. А где и как вы встретитесь, зависит только от тебя, понял? – Возможно, он уловил двойной смысл фразы, поэтому нервно сглотнул.
– Да, госпожа.
– Анна.
– Да, госпожа Анна. – Тьфу, ненормальный! Всё по-своему перекручивает. Назовёт госпожой при ком-нибудь со всем своим раболепием, и как его поймут? Ладно, прорвёмся.
У самого порога я обернулась и встретилась уже не с враждебным или раболепным, а просто с грустным взглядом. Неужели шестерёнки со скрипом сдвинулись?
– И запомни, Филя… Смерть от безысходности – глупо. Смерть – и есть безысходность. Именно в этом случае ты уже не будешь в силах хоть на что-то повлиять. Только живя, ты можешь защитить сестру и действительно ей помочь и если будешь послушным мальчиком, у тебя всё получится.
Уже закрывая дверь, я услышала тихое – Спасибо.
Глава 7
Аня
Я зашла в кабинет Андрея. В нём никого не было, и я просто упала на кресло напротив стола. Дааа… не было проблем... А там мама с папой ждут… Так хочется побыть в любви и покое под защитой своего дома.
– Ты чего такая кислая? От счастья же почти летала, что парень нормальным оказался.
– Нормальным?! Он – ненормальный! – Произнесла я по отдельности каждое слово.
– В смысле?
– Он больной псих! Не отвязывайте его пока…
– Ты в порядке? Да что там произошло? – Видимо, я реально измотана от разговора, раз даже Андрей так забеспокоился. – Выглядишь измотанной. – Подтвердил он мои мысли.
– Андрюююхааа… – протянула я гласные, – поехали со мной к другу?
– Какому?
– Вот адрес. Остальное расскажу по дороге.
Андрей завершил какие-то дела, и мы поехали по указанному адресу. На мой рассказ Андрей негодовал так же, как и я до этого.
На мой вопрос Андрею: почему Филька так просто мене выложил всю эту информацию, при том, что до этого упорно несколько лет молчал, Андрей ответил, что люди только что побывавшие на грани жизни и смерти, часто пытаются выговориться. А он только что очнулся от лечебного сна. Однако, это явление временное и буквально завтра Филька вполне может закрыться ото всех или вернуться в привычное для себя состояние, а, может, и вовсе переосмыслить жизненные ценности.
Мы бурно обсуждали и прикидывали варианты развития событий. Андрей знал явно больше меня о предполагаемых последствиях для Филиппа, и услышанное меня не порадовало.
– Нет! Ну то, что просто не будет, если это связано с тобой, я и так должен был догадаться… Ну на кой ты его купила? Продай. Пусть другие мучаются…
– Ты это сейчас так шутить пытаешься, да?
– Пытаюсь. – Вздохнул Андрей с какой-то немного печальной улыбкой. – Столько проблем. И ты их все за него решать собралась?
– Ну, должна же я следить за своей собственностью. – Наигранно уверенно, с нотками задора, ответила другу. – Извини, что тебя гружу. Обещанный миллион за лечение тебе переведу сегодня. Скажешь на какой счёт.
– Ты чего сразу о деньгах?
– Пора закрыть этот вопрос. – Пожала я плечами. – Подъехали?
– Похоже на то.
Нам открыл на удивление интеллигентный, аккуратно одетый парень в узких прямоугольных очках. Его брюки и облегающая торс темно-серая водолазка только дополняли образ этакого домашнего интеллектуала. Как только мы представились и объяснили, что решаем проблему его друга, он моментально оживился. Оказывается, они с Филиппом уже довольно долго не контактировали и друг начал волноваться. В ответ на наш рассказ он рассказал о том, что долго уговаривал Филиппа одуматься, но повлиять на него так и не сумел. Он был очень огорчён тем, что его лучший школьный друг так от него отстранился. Мало того, в последнее время отказывался даже от встреч, а после того как парень узнал, что Филька буквально побирается и предложил ему у него пожить, Филипп и вовсе испугался и отказался, по его словам, боясь накликать на друга беду.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
