Для большинства нынешних украинских граждан размежевание с Россией и русской культурой есть отказ от того, что составляло духовный их облик. В этой связи то, что случилось с населением Украины, – его «волеизъявление» на референдуме 1991 года – можно квалифицировать как массовую «продажу душ дьяволу». И то, что это постыдное деяние не было вознаграждено историей, и материального благополучия, которое большинство живущих на Украине надеялось обрести ценою продажи души, они в итоге не получили, свидетельствует, что «е щэ правда в свити».
(1996)
* * *
НЕРАЗРЫВНОСТЬ. Дополнительным доказательством неразрывности России и Украины, доказательством того, что все мы представляем собою единый организм и друг без друга не можем существовать, является то, что мы не можем до сих пор поделить между собой нашу землю, нашу веру, нашу историю и наших великих людей: святых, князей, писателей, ученых… В разорванном состоянии нынешняя Россия остается без всего начала своей истории, на протяжении которого были сформированы ключевые национальные коды, Украина же вообще остается почти без всего.
(2007)
* * *
НОВЕЙШАЯ КОЛОНИЗАЦИЯ. Для русского и русскоязычного населения Украины, составляющего не менее половины всех ее жителей, всегда были характерны духовная незаполненность, пустота. Всю жизнь разговаривая на русском языке, эти люди в массе своей совершенно не подозревали о духовных богатствах тысячелетней культуры, стоящей за этим языком. Когда их стали вынуждать поменять их язык и культуру на нечто другое, они безропотно согласились, оттого что были не затронуты этой культурой, – так что, по сути, им и не пришлось ничем жертвовать (если не считать некоторых неудобств «бытового плана», неизбежно сопровождающих всякую «смену вывесок»).
По этой причине количественно ничтожная часть нынешних граждан Украины, включающая население трех областей Галиции и кучку «национально-свидомых» киевских «интеллектуалов», которая имела хоть и примитивную, но собственную идеологию, состоящую из самохвальства и завистливой враждебности ко всему русскому, легко смогла подчинить себе всю эту огромную пустоту, наполнив ее своей идеологией.
Мало кого из русских на Украине (а также тех, кто говорят по-русски, но считаются украинцами) сколько-нибудь покоробило, когда им объявили, что отныне они должны быть «щырымы украйинцямы», а потому привычный для них набор символов нужно заменить новым, и то место в их сознании, которое раньше занимали Петр І, Екатерина ІІ, Ленин, Пушкин, Гоголь, Толстой и другие, теперь следует освободить для Мазепы, Петлюры, Винниченко и прочих. Спустя три месяца после такого уведомления они пошли на референдум и подтвердили, что не имеют ничего против.
Их колонизовали как дикарей, не знающих письменности.
Их даже не смутило то, что в качестве главного внешнеполитического врага для них выставили страну – хранительницу языка, на котором они говорят, и культуры, к которой они вроде бы принадлежат.
Все они, по сути, продали свою духовную родину, а заодно и свою душу, за золото гетмана Полуботка, которым их поманили и которое будто бы ждет их в английских банках, обещая обеспечить жизнь «как в Европе».
Любопытно и то, что все это происходило под лозунгами освобождения от многовекового «московского рабства», то есть они почему-то вообразили, что теперь-то они не будут рабами…
(1997)
* * *
НЕ ПОДУМАЛИ. Проживающие на Украине советские граждане на протяжении многих лет копили свои деньги на сберкнижках, потом однажды, в 1991 году, сходили на референдум и, не думая о последствиях, упразднили то государство, которому они доверили свои сбережения.
И теперь, спустя много лет, эти незадачливые вкладчики вынуждены раз за разом попадаться на удочку тех хитрых украинских политиков, которые обещают им вернуть их сбережения, упраздненные вместе с упраздненной ими страной.
(2008)
* * *
БЕЗ ПРАВА НА ОШИБКУ. В 1991 году наш народ «правдами и неправдами» подбили проголосовать за государственное отделение Украины от остальной России.
Однако сегодня, когда результаты «эксперимента» стали для всех очевидными и когда большинство тогдашних «волеизъявителей» либо глубоко раскаиваются в своем «волеизъявлении», либо искренне не помнят, как они могли за подобное голосовать, сама возможность всенародного пересмотра этого решения возводится в новоиспеченном государстве в ранг преступления.
Между тем вдохновители и организаторы этого «волеизъявления» сами ведь почти поголовно были из тех, кто в свое время не только клялись в верности марксизму-ленинизму в качестве рядовых его приверженцев, но и принадлежали к тогдашней коммунистической элите.
Им ведь все-таки позволено было пересмотреть свои ошибочные, коммунистические убеждения в пользу их нынешних, якобы окончательных взглядов.
Справедливость требует, чтобы подобное было позволено и всему народу.
(2009)
* * *
НЕГОЛОСОВАВШИЕ. Если мерить не одними земными мерками, то, решая судьбу нынешней Украины, следовало бы принять во внимание и выбор всех поколений предков теперешних «нэзалэжных громадян», проживающих на этой земле более тысячи лет нашей истории. Тех самых предков, которым довелось воевать кому с половцами, кому с поляками, против насаждаемой ими унии, кому в изнурительных русско-турецких войнах, кому со шведами, кому с немцами… Тех, кто знали по себе, что значит быть угнанными в рабство и затем, в качестве живого товара, быть проданными на каком-нибудь восточном базаре… И тех, кто отдали жизнь в последней большой войне (в отличие от своих сверстников, доживших до нашего времени и не избежавших позора получать очередные медальки из рук наследников Степана Бандеры)… Все они, если бы могли голосовать, вряд ли бы присоединились к своим забывчивым потомкам, проголосовавшим в 1991 году за «независимость» Украины.
(2006)
* * *
КРАВЧУК. Глядя сегодня на рожу Кравчука, понимаешь, что он внутренне сознает, как его «деяние» будет оценено потомками.
Не позавидуешь…
(2013)
* * *
СЕПАРАТИЗМ. Во всяком сепаратизме неизменно присутствует элемент самозванства. Для сепаратистски настроенного человека характерно стремление обрести психологический комфорт за счет понижения идеала. Подобного рода настроениям (проявляющимся не только в решении вопросов территориального устройства, но и, например, в решении вопросов религиозных…) подвержены, как правило, люди с буржуазным складом души.
Если попытаться объяснить это на человеческом примере, то это все равно, что уход человека из состояния, когда он, зная себя, признает тем не менее нечто над собой, нечто более высокое, более достойное и, соизмеряя себя с этим высоким (пусть даже воображаемым), сознает свое несовершенство и тянется к этому высокому – а значит, тянется вверх. Сепаратизм соответствует переходу человека в состояние, когда человек для себя решает, что самое высокое, самое достойное есть он сам, в его теперешнем виде – а следовательно, тянуться и расти ему больше некуда…
Оправдание же тем, кто на сепаратистские действия, расчленяющие целое, отвечает собственным сепаратизмом, добиваясь своего рода «нэзалэжности вид нэзалэжности», может быть лишь тогда, когда это совершается ради того более высокого идеала, который был попран прежним сепаратизмом.
(1995)
* * *
ТРЕВОЖНЫЙ СИМПТОМ. Чем менее в культурном отношении развит народ – тем легче он поддается на грубую лесть националистической пропаганды. Если сравнить в этом смысле русских и те народы, которые недавно обособились от России посредством обретения государственности, то сравнение окажется не в пользу последних.
Преобладание в обществе националистических настроений – это еще и признак слабости, признак того, что свое величие приходится доказывать на словах (видимо, потому, что не очень-то выходит на деле). И нынешний постепенный поворот российского общества к преобладанию в нем националистических настроений является, кроме прочего, признаком того, что Россия из страны, которая покровительствовала половине населения земного шара, переходит в разряд стран, которым приходится повторять, как заклинание, фразы о своем величии. Что же касается отколовшихся от России провинций, то националистический разгул в каждой из них свидетельствует о ничтожности их как независимых от России образований. Вышедшую из коммунизма Россию можно сравнить с безруким и безногим инвалидом, а отделившиеся от нее части – с теми самыми отрезанными конечностями, надеющимися тем не менее на полноценное самостоятельное существование.
Славяне пострадали особенно. Случилось то, о чем предупреждал в свое время Лосский, когда в «Характере русского народа» писал: «Украинцам-сепаратистам следовало бы понять, что разделение двух русских племен на два государства привело бы к снижению значительности и ценности русского народа в историческом процессе». Правда, теперь добившись своего, украинцы-сепаратисты получили возможность беззастенчиво предаваться национальному самодовольству. А это для них – главное.
