– Куда это ты собралась?
– Никуда.
– Тогда лежи.
– Белит…
– Заткнись, – резко приказала ведьма и, переместив одну руку в волосы певицы, резко сжала пальцы.
– Ай! – тихо вскрикнула Ариада.
Белит поднялась на локте и холодно посмотрела на свою жертву. Минуту они молчали, потом призрачная ведьма негромко произнесла:
– Твои извинения не вернут мне того кристалла, что мне пришлось оставить в лучшем доме наслаждений этого района Базара. А будь ты посговорчивей, мне не пришлось бы платить, да и сама ты наверняка получила бы не малое удовольствие.
– Я…
Не слушая, Белит притянула лицо Ариады к себе и впилась в её губы. Жадно, резко, порывисто. Так же неожиданно и быстро ведьма выпустила губы певицы и усмехнулась.
– Дурочка…
– Я… я верну…
– Как?
– Я…
– Учти, ты либо переспишь со мной, либо ни с кем, – вновь злобно прошептала ведьма.
Девушка замерла, не знаю чего ожидать от вспыльчивой особы, вольготно расположившейся на ней, но воительница не двигалась и ничего не говорила, просто лежала, дыша в ухо.
– Я…
– Я найду способ, как ты вернёшь мне кристалл, будь уверена.
“ Она всегда меня перебивает. Может, если я буду молчать, она не тоже будет молчать? ” – тоскливо подумала певица, потом вспомнила Макса и шмыгнула носом.
– Ну что ещё? – вяло поинтересовалась Белит и рука её как бы случайно скользнула вдоль бедра Ариады. Та, похоже, и не заметила.
– Ничего…
– Тогда не реви.
– Я просто… я просто вспомнила…
– Опять поехало, – буркнула Белит и встала на четвереньки, – Никакого с тобой отдыха, плаксивая дурочка.
– Я не дурочка! – вскрикнула Ариада и резко запнулась, со страхом смотря на воительницу.
Та задумчиво, пока беззлобно, разглядывала её, не меняя позы продолжая подобно тигрице возвышаться над своей беспомощной добычей.
– Извини, я не хотела…
– Хочешь ещё что-нибудь сказать? – ровным голосом осведомилась призрачная ведьма.
– Белит…
– Может быть, скажешь, что я издеваюсь над тобой? Мучаю тебя? Домогаюсь? Ну что ты молчишь?
– Я… – девушка попыталась выскользнуть из-под призрачной ведьмы, но та действовала гораздо быстрее, она поднялась на колени, выпрямилась, и резко схватив одной рукой певицу за шею сзади, а другой поперёк спины, привела её в сидячее положение.
– А знаешь, почему я это делаю?! – зло и почти истерически взвизгнула воительница, держа её за щёки и почти в упор смотря на неё сверху вниз.
Ариада чувствовала горячее дыхание у себя на щеках, холодные пальцы на щеках, колено, вставленное ей между ног, и не могла отвести взгляда от стальных глаз поблескивающих безумием, злобой и издевкой.
– Нет, не знаю.
– Потому что я – злая и мне нравится быть злой! Понимаешь, мне нравится быть плохой! Мне нравится поступать плохой! Мне нравится издеваться над беспомощными! Мне нравится мучить таких миленьких дурочек как ты! Поняла, наконец, кто я?! Знаешь, почему я не продала тебя тому гоблину?! Лишь по той причине, что хотела сама поиздеваться над тобой! Он был бы милосерднее, даже если вырвал бы из тебя печень, будь ты в состоянии чувствовать боль! Поняла?! Я – сука, которую мало просто убить!
Ариада молча сидела и смотрела на разошедшуюся ведьму, находящуюся всего в нескольких сантиметрах от неё. Певица мелко дрожала, потому что сейчас она действительно поняла, с кем её свела всесильная судьба. Предшествующие воспоминания как-то туманились, казались незначительными по сравнению с этими безумными глазами.
Воительница подождала немного, потом, резко отстранилась от своей пленницы, села на кровати, свесив ноги на пол.
– Так и быть, можешь забыть всё, что я тебе наговорила, можешь и дальше болтаться в своём пушистом и добром мирке, – великодушно разрешила она и вновь смолкла.
В комнате повисла тишина. Ариада притянула колени к подбородку, оставаясь в сидячем положении. Обе девушки молчали. Певица боялась нарушать тишину. Ведьма же наоборот считала, что сказала всё, что нужно и добавить больше нечего, но тишину прервала именно она:
– Ну, и чего ты молчишь? Скажи что-нибудь?
– Что я должна сказать? – тихо спросила певичка.
– Говори всё, что угодно. Обещаю, что не трону тебя за это. По крайней мере, за то, что ты скажешь в ближайшие десять минут.
– Но я не знаю, что говорить, – боязливо посматривая на воительницу, отозвалась пленница.
– Не глупи, я даю тебе шанс обругать меня последними словами и не получить за это подзатыльник. Ну? Я не так часто это делаю, но сейчас хочу услышать, что ты обо мне думаешь?
Ариада замерла, внимательно посмотрела на свою мучительницу, вспомнила все произошедшие за последние дни события и неожиданно произнесла:
– Ну… ты вовсе не такая плохая, какой хочешь казаться.
Воительница молча уставилась на певичку с непрошибаемым выражением на лице, а потом резко оскалилась и рявкнула:
– Что за на хер?!
– Ты обещала, что не тронешь, – закрывая голову руками, отчаянным возгласом напомнила певица, мало рассчитывая, что поможет. Но Белит всё же опустила руку и недовольно буркнула:
– Да, обещала.
Помолчав с минуту, призрачная ведьма запустила пальцы в волосы девушки, поиграла с ними и поинтересовалась:
– И из чего ты сделала подобное идиотское умозаключение?
– Я…
– Неужели из-за того, что вчера я не настояла на своём и не залезла в твои трусики? Потому что я просто ушла? Если так – то ты заблуждаешься. Мне нужна была хоть капелька согласия с твоей стороны. Может быть, я и добилась бы твоего согласия, если бы проявила настойчивость…
– Нет… не в этом дело… – тихо перебила девушка.
– Значит всё дело в том, что вчера же после выхода из гоблинских трущоб я не избила тебя? Это тоже объясняется крайне просто. Тогда я просто не захотела портить себе так и не состоявшееся ночное удовольствие.
– Нет и не в этом…
Призрачная ведьма перебрала в голове всё произошедшее и зашла в тупик. Пробыв в недоуменье несколько минут, она всё же требовательно спросила, видя, что Ариада собирается молчать:
– Объяснись.
“ Соврать? Нет, почувствует. Сказать правду? Страшно ” – певица сидела на кровати и смотрела в одеяло, боясь даже поднять глаза. Она никогда не думала, что может быть подобный страх, ужас, когда не смеешь даже поднять взгляд.
– Объясняй, не молчи, – потребовала Белит.
– Я… я не могу.
– Почему?
– Ты мне всё равно не поверишь, и это объясненье станет лишним поводом для дальнейших издевательств, – честно высказав причину своего отказа, певица смолкла.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
