— А, это ты, Оуэн из Локерби? Твой рыцарь знает, что ты здесь? Ты разве не должен помогать ему?
Тот лишь беспечно мотнул головой.
— Там давно все закончилось, и милорд отдыхает. Он отпустил меня.
— Ну, тогда давай поскорее, — согласился дядюшка Бен. — А это кто? Они тоже будут принимать участие в состязаниях?
— Не знаю, все ли, дядюшка Бен, — махнул рукой рыжий, — но вот этот — обязательно. Представляешь, он похвалялся, что стреляет лучше меня!
Он бесцеремонно вытолкнул вперед побледневшую Эрику. Под насмешливыми взглядами окружающих она почувствовала, как засосало под ложечкой. Похоже, веснушчатый Оуэн был всеобщим любимцем. Но упрямство пересилило страх. Чтобы она позволила обставить себя какому-то оруженосцу? Задрав нос, она обвела присутствующих притворно-безмятежным взглядом.
— Назовись, — коротко приказал распорядитель.
— Э-э-э... Эрик из Тейндела, — храбро ответила Эрика, и голос ее предательски дрогнул.
Брови дядюшки Бена недоверчиво дрогнули.
— Ха, да он еще и англичанин! — Веснушчатый паж восторженно хлопнул себя по бокам. — Что ж ты раньше-то молчал! Ну, теперь держись, сассенах![26]
— Хватит болтать, — услышала она собственный охрипший от волнения голос. — Лучше докажи, что умеешь держать в руках оружие!
Оуэн побледнел так, что веснушки засияли на его круглом лице, словно маленькие солнца. Сжав зубы, он встал к первой линии. Эрика, быстро прикинув расположение мишеней, стала с левого края, как учил ее Джош. Ветер сегодня был хоть и небольшой, но поправку надо было учитывать.
Дядюшка Бен, не разводя церемоний, дождался, пока все встанут на свои места, и объявил:
— Первая линия — расстояние в сто ярдов. Вторая — сто десять ярдов. Третья — сто пятьдесят. Каждый имеет право выпустить три стрелы. Все понятно? Кто стреляет мимо мишени, выбывает. Трижды попавший в центр черного круга на мишени, если вдруг таковой объявится, безоговорочно признается победителем. Если таких не найдется, оставшиеся соревнуются по стандартным правилам. Победитель получает приз — охотничий кинжал.
Эрика почти не слышала его слов. Тщательно проверив тетиву, она ловко поставила ее в лунки на тело лука, попробовала натяжение и застыла в ожидании.
Сердце гулко билось в груди, губы пересохли. Распорядитель поднял руку.
— Приготовиться...
Лучники напряглись.
— Начинайте! — махнул рукой дядюшка Бен, и два десятка стрел поочередно полетели к цели.
Эрика краем глаза успела заметить, как некоторые из них самым позорным образом отвернули куда-то в сторону, даже не задев мишеней. Она выстрелила в числе последних и с неудовольствием увидела, как ее стрела с тройным белым оперением задрожала, вонзившись на самой границе черного круга. Спокойно. В центр мишени не попал никто. Краем уха девушка услышала, как ее обидчик тихо выругался сквозь зубы — его стрела тоже не попала в центр, но Эрика с досадой закусила губу. Выстрел Оуэна был лучше.
— Итак, — прозвучал спокойный голос распорядителя, — прошу уйти тех, чьи стрелы пролетели мимо мишени. Остальным отойти к следующей линии.
Шестеро неудачников грустно ретировались с поля. Эрика со злорадством успела заметить, что долговязый Вилли тоже удалился. Усилием воли девушка заставила себя забыть обо всем. Сейчас она не имела права проиграть.
Эрика закрыла глаза и постаралась дышать размеренно. Джош учил ее расслабляться. Он всегда говорил, что, нервничая, не попадешь в цель. Сейчас для нее не существовало ничего, кроме круга на мишени, чернеющего впереди. И, выпуская стрелу, она точно знала, что теперь попадет.
Вздох недоверия и восхищения прокатился по рядам немногочисленных зрителей. Ее стрела и стрела Оуэна торчали точно в центре мишеней — в маленьком, не закрашенном смолой кружочке. Еще несколько стрел попали в черный круг, но это уже не имело значения. Всем было ясно, что теперь существует два кандидата на победу, и они будут бороться до конца.
— Последний этап! — выкрикнул пожилой распорядитель. — Приготовиться!
Оуэн поджал губы и весь вытянулся словно струна. С замиранием сердца Эрика увидела, как его стрела вонзилась в дюйме от предыдущей.
Толпа взорвалась победными воплями. Оуэн, расслабившись, позволил себе улыбнуться и торжествующе повернулся к ней, словно приглашая разделить его триумф.
Эрика сжала зубы. «Забудь обо всем, — раздался в ее голове голос Джоша. — Просто стреляй туда, куда хочешь попасть. Расслабь плечи, откинься чуть назад... Бери прицел чуть выше, стреляй навесом. Помни, что цель — в твоих мыслях». Вскинув лук, Эрика сделала глубокий выдох, тщательно прицелилась и выстрелила. Она еще успела услышать, как на мгновение повисла оглушающая тишина, а потом в уши ударила волна возмущенного рева.
Две ее стрелы торчали рядом, бок о бок. Вторая сорвала оперение с первой... Когда помощники подбежали и вынули стрелы, перевернув мишень, оказалось, что они пробили в щите одно отверстие. Шотландцы, не веря своим глазам, ринулись за ограждение, чтобы убедиться в проигрыше своего любимца. На Оуэна было страшно смотреть. Краем глаза Эрика заметила, что его ватага куда-то делась, и приготовилась к худшему.
Смелость покинула ее. Девушка стояла одна-одинешенька, пытаясь справиться с противной дрожью в руках, возникшей сразу после выстрела. Она вдруг почувствовала себя такой одинокой здесь, среди чужих людей...
Неожиданно чья-то тяжелая рука легла ей на плечо, так что она даже присела.
— Ну что ж, молодец, парень! — раздался у нее над ухом голос распорядителя состязаний. — Ты выиграл.
Он аккуратно снял с бархатной подушечки кинжал в красивых кожаных ножнах. Эрика затаила дыхание. Вся ее обида куда-то испарилась, уступив место чувству счастья и благодарности.
— Это нечестно! — выкрикнул кто-то из толпы. — Почему это наш приз должен получить какой-то англичанин? Даже если сейчас мир, то все равно, его предки своими погаными ногами топтали этот край.
Все одобрительно загудели, но кое-где раздались и возгласы протеста.
— Он получит награду не потому, что он англичанин или шотландец, а потому, что лучше всех стрелял, — веско сказал Бен, и все разом смолкли.
Он торжественно поднял вверх ножны и слегка вынул из них кинжал. Сталь блеснула на солнце, и Эрика восхищенно ахнула. Конечно, это не такое оружие, как у отца, наверняка он выкован в какой-нибудь местной кузне, но выкован на совесть. Простая удобная рукоять сама просится в руку, и длина подходящая... Она потянулась к чудесному подарку, и ее лицо осветилось улыбкой.
— Можно? — робко спросила она, не замечая, как потемнело от гнева лицо Оуэна.
И столько было в ее голосе радости, что хмурые шотландцы, вопреки всему, вдруг тоже заулыбались.
— Это твое оружие, парень. — Распорядитель вложил ей в руки приз и сделал шаг назад. — Бери и носи с честью.
— Спасибо! — поблагодарила Эрика.
С бьющимся сердцем она приняла в руки подарок. Она выиграла! Развернувшись, девушка побежала прочь, чувствуя, как в груди разливается упоительное чувство победы. Ей захотелось рассмотреть кинжал где-нибудь в сторонке. О немедленном возвращении на постоялый двор не могло быть и речи. Девушка шла, не обращая внимания на царящее вокруг веселье. Мысли вихрем проносились у нее в голове. Она обязательно покажет кинжал отцу, братьям и Джошу. Эрика представила себе выражение лица Бранвена и самодовольно хихикнула.
Она совсем не смотрела по сторонам, когда ей неожиданно что-то попало под ноги, и девушка кубарем полетела на землю.
— Эй, не так быстро, сассенах! — услышала она издевательский окрик.
Вскочив, Эрика в бешенстве уставилась на знакомых уже ребят, хмуро обступивших ее. Сам Оуэн стоял рядом, надутый, как сыч.
— Ты так высоко задрал свой английский нос, что совсем не видишь, что делается у тебя под ногами, — злорадно сообщил ей долговязый Вилли и радостно заржал.
— Так это ты подставил мне подножку? — возмутилась Эрика.
