Капиталист обыкновенно не обращает внимания на эту сторону труда, но она даёт ему себя очень осязательно чувствовать, когда он, например, вследствие кризиса оказывается вынужденным прервать процесс производства. Маркс приводит в пример одну английскую бумагопрядильню, которая определила свой годовой убыток, вызванный хлопковым кризисом 1862 г., в 120 000 марок, в том числе 24 000 марок — вследствие порчи машин.
Различные средства производства играют, впрочем, различную роль в процессе перенесения стоимости. Одни, как, например, сырьё и вспомогательные материалы, теряют в процессе труда свою самостоятельную форму. Другие же сохраняют при этом свой вид. Хлопок, превращённый в пряжу, теряет свой вид, тогда как прялка, которая прядёт, нисколько его не теряет. Первые отдают в каждом процессе производства всю свою стоимость продукту, последние же — только часть её. Если машина стоит 1 000 марок и при нормальных условиях изнашивается в течение 1 000 дней, то в каждый рабочий день она передаёт произведённому за это время с её помощью продукту стоимость в 1 марку.
Здесь перед нами снова выступает двойственный характер процесса производства. Каким образом может машина передавать 1/1000 своей стоимости определённому продукту? Ведь при изготовлении последнего находится в действии не 1/1000 машины, но вся она. Такие возражения действительно делались. На них приходится ответить, что вся машина фигурирует в процессе производства лишь постольку, поскольку последний является процессом труда. Напротив, поскольку он оказывается процессом возрастания стоимости, в нём участвует лишь соответствующая часть машины. В качестве потребительной стоимости в процессе участвует вся машина; в качестве же стоимости — лишь часть её. В качестве потребительной стоимости машина входит целиком в каждый производственный процесс, в качестве же стоимости — только в некоторой своей части.
С другой стороны, в продукт может быть перенесена вся стоимость данного средства производства, но лишь часть его тела. Предположим, например, что для производства 100 фунтов пряжи требуется при нормальных условиях 115 фунтов хлопка. Количество отбросов равняется в нашем случае 15 фунтам. В таком случае в 100 фунтов пряжи переносится лишь 100 фунтов хлопка. Однако в стоимость 100 фунтов пряжи переносится стоимость 115 фунтов хлопка.
В процессе труда средства производства переносят на изготовляемый продукт точно такую же стоимость, какую они при этом теряют сами. Они никогда не могут прибавить к нему стоимость бо́льшую той, какой они сами обладают, как бы огромна ни была их потребительная стоимость. Совершенно бессмысленны поэтому попытки вульгарных экономистов вывести прибавочную стоимость и её превращённые формы — процент, прибыль, земельную ренту — из потребительной стоимости средств производства, из их «услуг».
Стоимость израсходованных в процессе производства средств производства возрождается в неизменном виде в стоимости продукта.
Но труд не только сохраняет стоимость, — он создаёт новую стоимость. Вплоть до известного момента труд, создающий новую стоимость, лишь возмещает стоимость, затраченную капиталистом на покупку рабочей силы. Когда же труд продолжается дольше указанного момента, он начинает производить излишек стоимости — прибавочную стоимость.
«Итак, — говорит Маркс, — та часть капитала, которая превращается в средства производства, т. е. в сырой материал, вспомогательные материалы и средства труда, в процессе производства не изменяет величины своей стоимости. Поэтому я называю её постоянной, неизменяющейся частью капитала, или, короче, постоянным капиталом.
Напротив, та часть капитала, которая превращена в рабочую силу, в процессе производства изменяет свою стоимость. Она воспроизводит свой собственный эквивалент и сверх того избыток, прибавочную стоимость, которая, в свою очередь, может изменяться, быть больше или меньше. Из постоянной величины эта часть капитала непрерывно превращается в переменную. Поэтому я называю её переменной частью капитала, или, короче, переменным капиталом. Те самые составные части капитала, которые с точки зрения процесса труда различаются как объективные и субъективные факторы, как средства производства и рабочая сила, с точки зрения процесса возрастания стоимости различаются как постоянный капитал и переменный капитал» («Капитал», т. I, стр. 220).
Разумеется, величину стоимости постоянного капитала следует принимать за постоянную лишь по отношению к процессу возрастания стоимости.
Процесс производства, в котором применяется постоянный капитал, не изменяет величину его стоимости. Но она может, разумеется, испытывать на себе влияние других факторов. Равным образом может изменяться и отношение между постоянным и переменным капиталом. К этому вопросу мы ещё вернёмся в дальнейшем.
Глава третья
Степень эксплуатации рабочей силы
Возьмём для примера капитал, скажем, в 5 000 марок. Разделим его на две части: на денежную сумму, затрачиваемую на закупку средств производства, — постоянный капитал c, который мы примем равным 4 100 маркам, и на другую сумму, которая служит для закупки необходимой рабочей силы, — переменный капитал v, который пусть будет равен 900 маркам.
Постоянный капитал в свою очередь распадается на две части: сырые материалы и пр., стоимость которых целиком переносится на продукт, и орудия и пр., которые при каждом отдельном процессе производства передают продукту лишь часть своей стоимости. В последующем изложении мы не будем, однако, принимать во внимание это различие, так как оно, нисколько не изменяя результатов, только осложняло бы задачу. Итак, мы предполагаем ради простоты, что стоимость всего затраченного напитала сполна переносится на продукт.
Капиталист покупает средства производства и рабочую силу и пускает их в ход. В конце процесса производства стоимость затраченного капитала увеличивается на сумму прибавочной стоимости m, которая равна 900 маркам. Стало быть, теперь капиталист имеет c + v + m = 4 100 + 900 + 900 = 5 900 марок. Из этой суммы 4 100 марок составляют перенесённую стоимость, а 900 + 900 марок — вновь созданную.
Ясно, что величина стоимости постоянного капитала не оказывает никакого влияния на величину произведённой прибавочной стоимости. Конечно, без средств производства немыслимо производство, и чем продолжительнее процесс производства, тем больше их требуется. Поэтому для производства определённого количества прибавочной стоимости требуется приложение определённой массы средств производства, которая определяется техническим характером процесса труда. Но величина стоимости этой массы не имеет никакого влияния на величину прибавочной стоимости.
Если я занимаю 300 рабочих, причём дневная стоимость рабочей силы каждого равна 3 маркам, а стоимость, которую каждый создаёт в течение одного дня, равна 6 маркам, то эти 300 рабочих произведут в течение одного дня стоимость, равную 1 800 маркам, из которых 900 марок будут составлять прибавочную стоимость, независимо от того, какова будет стоимость потреблённых ими средств производства — 2 000, 4 000 или 8 000 марок.
Образование стоимости и изменение её величины в процессе производства совершенно не зависит от стоимости авансируемого постоянного капитала. Поскольку поэтому перед нами стоит задача изучить оба эти процесса в их чистом виде, мы можем совершенно отвлечься от постоянного капитала, предположить, что он равен нулю.
Итак, из всего капитала, затраченного на производство, мы будем здесь принимать во внимание только переменную часть v, а из стоимости продукта — только стоимость, вновь созданную трудом. Она равна стоимости затраченного переменного капитала плюс прибавочная стоимость, v + m. Отношение прибавочной стоимости к затраченному переменному капиталу равняется в нашем случае 900:900, или 100%.
Этот относительный прирост переменного капитала или относительную величину прибавочной стоимости Маркс называет нормой прибавочной стоимости. Её нельзя, как это часто делают, смешивать с нормой прибыли. Прибыль имеет источником прибавочную стоимость, но она не есть прибавочная стоимость.
Чтобы произвести в течение рабочего дня стоимость, равную стоимости своей рабочей силы, т. е. равную v, рабочий должен проработать известное время, по нашему прежнему предположению — 6 часов. Это рабочее время необходимо для поддержания жизни самого рабочего. Маркс называет его необходимым рабочим временем.
