тут я сам виноват.
— Опять жевал всё подряд, — возмущенно цокнул языком раз, отставляя в сторону винтовку и подходя ко мне. — Вы уж простите моего друга. Мы вечно в дороге, так что мне сложно привить ему хорошие манеры. Но поверьте, Уриэль делал это не со злым умыслом. Спасибо, что сохранили ему жизнь.
Раз протянул мне руку. Я её с чувством пожимаю. Рукопожатие у него хорошее, крепкое. Димортул её, само собой, может легко перемолоть в фарш, но силу мы с димом не применяем.
— Я просто Нико. Скажу честно, времени у меня мало. Это вам, кстати.
Хауфи, слегка ошарашенный моим напором, принимает набор столовых приборов: что-то вроде ложки, двузубой вилки и столового ножа. Всё выращено из кристаллической кости, а это я взял в Городе Творцов. Не пригодились, но Хауфи, выпучив глаза, смотрит на подарок, как на нечто удивительное.
— Невероятно. Где вы это взяли? Тут ничего такого нет. Если только в закрытых комнатах.
В зале стол для еды, кресла, изящные стойки с церебралами и местная плита для готовки. Вот её Хауфи смог запустить. В углу лежит скатка, которая заменяет парню постель. Хауфи или Хауфилав, как назвал его Ури. Вернее Уриэль. Вот почему мне кажется, что я о нем слышал?
Из помещения ведут две двери. Одна выходит на лестницу, а вторая закрыта уже знакомой створкой с бронированными лепестками. Так, пора набить себе цену, а потому я отдаю мысленную команду.
Хауфи и Ури вздрогнули, когда защитная мембрана за их спиной разошлась. Прохожу мимо них и заглядываю внутрь.
— Если что, то тут спальня, место для помывки и личные вещи. Ха, и такие же приборы есть. Но эти я вам дарю. Кстати, как я понял, вы отвариваете водоросли и грибы. Не поделитесь ли Супом, дорогой Хауфи?
— Суп? Вы так это называете?.. А… да, конечно, присаживайтесь. И я хотел спросить.
— Спрашивайте. Если что, то да, я вестник. Вернее, у меня тело вестника, его димортул, но нет необходимости подчиняться Творцам. От вас мне тоже кое-что нужно — знания об этом мире.
— О, я всегда рад поговорить об этом. И не могли бы вы мне показать своё лицо.
Так, а он вообще умеет удивляться, пугаться? Я признался, что ношу оболочку одного из палачей Таната. Загадочным образом открыл закрытую дверь, а он и глазом не повел. Или у этого парня хребет из кристаллической кости, или он реально блаженный. Ну, понятно тогда, а почему Странников считают чудиками.
Если что я и понял сразу, так это то, что Хауфи мне нравится. У него была удивительная аура. Мы словно на званном обеде, а не посреди закрытого сектора мира, что населяют монстры.
— Если ваша оболочка является копией той, что носит один очень опасный раз…
Пробую из миски, которую мне налил Хауфи, отвар. Естественно, пропустив через маску димортула. Яда, снотворного и наркотиков нет. Это хорошо, а значит проверку странник прошел. Снимаю маску. Суп вкусный, а значит я наконец поем что-то сам. Еще бы мясца туда и бульон понаваристее.
— Даргул. Значит он действительно был одним из Вестников Создателей. Теория верна. Обязательно расскажу.
— Хауфи, — обрываю я странствующего ученого, — давайте сперва перекусим, а потом кое-что обсудим. У меня мало времени, дел много, так что я сначала хочу узнать некоторые вещи и кое-что вам предложить.
— Да, конечно.
Мы довольно быстро расправились со своими порциями. Супец был жидким, кусочки мелкие, я их просто пил. Но грибной бульон был наваристым и вкусным. На десерт Хауфи налил что-то вроде чая из сушеных водорослей. Чёрт, как же вкусно. Мне этого не хватало.
— Хауфи, врать не буду, скажу всё прямо. Вы сами видели, кто хотел захватить шпиль.
— Да, — покачал головой этот раз. — Не самые хорошие обитатели этого несчастного мира.
Хм, как-то интересно выделил интонацией слово мир. Или мне кажется?
— Я снова закрыл путь. Не скажу, как именно. Однако другие выходы перекрыли сами Создатели Таната. Поэтому мне нужно знать, как именно вы проникли в сектор? Поверьте, я видел и слышал достаточно, чтобы понять, что вы здесь давно. Если не секрет, то сколько?
— Около сорока или чуть более суточных циклов. Вы правы, путь есть, но он опасный.
— Разберемся, но потом. Сейчас мне важнее узнать другое, Хауфи. Что вы можете рассказать об этом мире, Танате? Самое на ваш взгляд важное
— Он живой.
— Отлично, но я и так это вижу. Здесь все выращено из мяса и костей.
Тут Хауфи улыбается, переглядывается с Ури, а потом начинает задумчиво чесать подбородок.
— Тут всё несколько сложнее, мой дорогой Нико. Увы, но местный язык, если вы заметили, специально обеднен. Даже слово инис означает разные вещи. Вот это тоже инис.
Хауфи показывает на свою кожаную накидку. Тут он насчет языка прав. Я вот даже слово суп сказал по-русски. Аналогов в языке Таната действительно нет. Тут вся еда разов представлена рационами.
— Да, Хауфи. Это так. Но если объяснить другими словами, то что вы имели ввиду? В широком смысле.
Хауфи смотрел на меня грустными глазами. Словно никак не мог решиться произнести это, но вскоре нашел в себе силы:
— Он как вы или я. Танат разумен, Нико.
Бум-бум-бум. Если не ошибаюсь, то сейчас стало так тихо, что я слышу удары своего сердца.
— Он разумен и несчастен, — грустно произнес Хауфи.
— Почему? — спрашиваю я хриплым голосом.
— Есть причины. Во-первых, он болен. Вы ведь уже видели, что творится с некоторыми творениями.
— Ещё бы. Можете это доказать примерами.
— Конечно. Притом не одним. Но есть ещё одна важная причина. Его никто не слышит. Хотя он пытается общаться, но мы лишены способности его понять. Лишь ощущаем затылком чей-то взгляд, поворачиваемся, а там никого. Но некоторые видят нечеткие картины. Когда связаны с хранителями через виралы. Если бы кто-то мог увидеть то, что нам показывает это существо, то может этот мир был бы другим. По крайней мере мы, Странники, думаем так.
И вот тут я вспомнил то странное видение, которое увидел перед встречей с Дроком. Но после того, как узнал, что моё тело ещё не умерло. Неужели я видел…
Трясу головой. За эти сутки произошло столько всего безумного, что привидится может всё, что угодно. Но те ощущения, чувство чужого присутствия, а потом
