в опасности, она должна была знать, когда опасность миновала. Это было так просто. Жизнь дома продолжалась без него. Девочки скоро должны были пойти в новую школу и каждый день жаловались, что скучают по отцу.
- Я знаю, - сказала она им. - Я тоже по нему скучаю.
У Тины были ужасные головные боли и тошнота, и ей не хватало терпения практически на все. Она знала, что Хатч находится в режиме командировки, и старалась не беспокоить его своими заботами. Но она уже несколько недель чувствовала себя неважно. Что с ней было не так? У нее были близкие друзья, которые оказывали моральную поддержку, но, казалось, ничто не помогало.
Она была опытным распаковщиком. Это был необходимый навык для жены военного. Но теперь, когда она заболела, по всему дому стояли коробки. Мебель ждала, когда ее расставят по местам. Было грустно, что Хатча нет рядом. Она привыкла к тому, что он дома. Теперь она заметила все незаметные вещи, которые он обычно делал. Оказывается, мусор не выносился сам по себе. Как им удалось провести три командировки подряд?
Тина старалась придерживаться графика встреч с друзьями. Некоторые из них служили в армии, другие были вне круга общения. Было приятно передохнуть. Мамы организовывали игровые встречи в разных местах, чтобы развлечь друг друга. Однажды к ней подошла подруга и спросила, как она себя чувствует.
- Сильные головные боли, тошнота, грусть, - сказала Тина.
- Может быть ты беременна? - спросила она.
Подруга Тины сходила в магазин и вернулась с тестом на беременность. Конечно же, результаты оказались положительными.
Они не планировали еще одного ребенка. Для Хатч это тоже стало неожиданностью. Но Тина знала, что он находится под давлением на работе, и она была осведомлена о решениях, от которых зависит жизнь или смерть, которые ему, возможно, придется принять. Что она собиралась сказать: "О, кстати, сегодня мне пришлось бороться с утренней тошнотой"? Она была взволнована ожиданием ребенка, но решила подождать, пока Хатч освоится на своей работе, прежде чем сообщать ему новости.
Вернувшись в Кэмп-Даскин, Хатч был поглощен вопросом о том, как предотвратить дальнейшие потери в сфере безопасности, учитывая различные проблемы, с которыми они сталкивались — ограниченный контингент, все более строгие правила, регулирующие их операции, и отсутствие доступа к финансовым ресурсам. Все ODA работали на автопилоте; многие ребята были на пятом или шестом задании. Ему не нужно было беспокоиться о них. Но он был разочарован, особенно в свете тройного теракта в августе, который включал взрыв грузовика в городе и атаку смертника в Кэмп-Интегрити, штаб-квартире специальных операций в Кабуле.
Подполковник Джонстон прилетел с аэродрома Баграм и встретился с ним, чтобы обсудить их ограниченные возможности. Начиная с 2002 года подполковник Джонстон бывал в Афганистане чаще, чем кто-либо другой, совершая поездки каждый год. Хатч мог свободно разговаривать с ним и безмерно уважал его. Команды также рассматривали командира батальона как человека, которому они могли доверять. Они согласились, что приоритетной задачей является обеспечение безопасности на автомагистралях Кабула, чтобы попытаться помешать повстанцам привезти достаточно взрывчатки для еще одного заминированного грузовика. Им придется возобновить усилия, чтобы заставить афганцев повысить безопасность вдоль шоссе №7, дороги с интенсивным движением, которая проходит на восток от Кабула в Пакистан.
Кундуз был более трудноразрешимой проблемой. Один из самых успешных командиров Талибана, или теневых губернаторов, быстро добивался там успехов, и батальон не смог получить разрешение на выполнение миссий, чтобы отбить его совместно с коммандос. Мулла Ахунд Салам, давний теневой губернатор провинции Кундуз, был одним из первых полевых командиров, которые в августе пообещали поддержку новому лидеру движения Талибан Мулле Мансуру. Его поддержка имела решающее значение в то время, когда Талибан оправлялся от потрясения, вызванного признанием того, что его предполагаемый лидер был мертв в течение многих лет.
История муллы Салама была обычной в войне, которая за десятилетия претерпела множество перипетий. ЦРУ арестовало его в ходе совместной операции с пакистанским разведывательным управлением в 2010 году. Три года спустя Пакистан освободил его в рамках сделки по освобождению высокопоставленных заключенных для продвижения мирных переговоров. Он вернулся на свой пост теневого губернатора в Кундузе, несмотря на заверения талибов в обратном.
В начале 2015 года мулла Салам воспользовался пустотой, образовавшейся в результате вывода иностранных войск, чтобы начать безжалостные атаки в районах провинции, вынудив армию и полицию отступить на крупные базы. Талибы, по-видимому, консолидировались в сельских районах вокруг столицы провинции, также называемой Кундуз, в преддверии главного приза, штурма города.
Жестокое и глубоко коррумпированное провинциальное правительство ускорило рост Талибана в провинции под руководством муллы Салама. Например, местные жители обращались к повстанцам, чтобы уладить юридические споры, потому что провинциальные судьи, как известно, были коррумпированы и могли годами вымогать взятки, прежде чем вынести решение по делу. Талибы требовали фиксированного налога в размере около 10 процентов дохода от жителей, которые жили под их контролем, но они не брали взяток. В некоторых частях они даже управляли услугами, оплачиваемыми финансируемым США правительством, такими как образование.
Талибы также смогли извлечь выгоду из негодования по отношению к возглавляемой США коалиции, которая совершила одни из худших ошибок войны в Кундузе. В 2009 году немецкий полковник Георг Кляйн вызвал авиаудар США по украденным бензовозам, приняв жителей деревни, толпившихся вокруг машин, за талибов. В результате авиаудара погибло более ста мирных жителей, в том числе много детей5 . Подразделения местной полиции, созданные спецназом США во время операций по стабилизации деревень, были еще одной проблемой. Вместо того чтобы охранять деревни, эти группы действовали как местные банды и использовались их командирами для охоты на местных жителей и сведения счетов.
Тина, вернувшись в Саутерн-Пайнс, ждала подходящего момента, чтобы сказать Хатчу, что они ждут ребенка. Теперь, когда она знала о беременности, ей было легче справляться со своим переутомлением. И общение сейчас было намного лучше, чем в прошлом, когда Хатч, возможно, несколько дней была отключена от сети. Тем не менее, в какой-то момент она должна была сообщить новость. Как только стало казаться, что с Хатчем все улажено, она решила объявить об этом.
- Итак, я беременна, - сказала она, пытаясь подавить улыбку, по "Фейстайм".
Хатч был слишком удивлен, чтобы что-то сказать. Они не планировали еще одну беременность. Но он сразу почувствовал возбуждение. Две девочки быстро росли, и было бы здорово завести еще одного ребенка. Мама и сестры Тины могли бы помочь с уходом за детьми, если бы это было необходимо,
