— Не знаю, — Рис пожал плечами. — Мы столетиями не сражались ни в человеческой, ни в
драконьей формах. Устраивали потасовки — да, но это совсем другое дело.
— Верно, и близко не лежало. Тем не менее, мы Короли, сильнейшие воины своего рода.
Ульрик лишился способности менять форму тысячи лет назад. И мы удостоверились, что он не
опасен.
Рис медленно покачал головой.
— Я уже не так в этом уверен, как прежде.
Хэл проводил взглядом идущего к выходу друга, но на деле думал лишь о том, как уберечь от
грядущих опасностей Кэсси.
Глава 7
Кэсси моргнула и обнаружила, что задумчиво рассматривает стену бледно-бежевого цвета, которую как раз красила.
— Черт возьми, опять со мной это случилось, — произнесла девушка и окунула кисть в
краску.
Хэл поцеловал ее три дня назад. И все это время ее мысли вновь и вновь возвращались к
тому мгновению, вспоминался вкус его губ, сила объятий, горячее возбужденное тело.
Как можно целовать с такой страстью и жаждой, а потом исчезнуть на три дня? Кэсси сдула
с лица прядь волос. У нее был номер телефона, который дал Хэл, но девушка не желала его
преследовать, даже рискуя прослыть несовременной.
— Хотя, если речь идет о таком мужчине, как Хэл, об этом стоит подумать, — сказала она
Герцогу.
Датский дог шевельнул ушами, но место у двери не покинул. Не то, чтобы она его осуждала.
Пес нашел где-то одеяло и теперь таскал с собой повсюду. Кроме тех случаев, когда забирался к
ней в постель.
Первая такая ночь была весьма поучительна. Кэсси быстро поняла, что занимать свою
половину кровати надо до того, как такая возможность появится у Герцога. Сперва девушка не
хотела присматривать за собакой и основательно злилась на Дэна, самонадеянно
предположившего, что возражений со стороны сестры не последует. Но чем больше времени
она проводила с Герцогом, тем чаще воспринимала пса как своего. Ей даже думать не хотелось
о том, что когда-нибудь Дэн его заберет.
Кэсси прикусила губу и закончила красить вокруг основательно заляпанной съемной отделки
двери. Потом тыльной стороной ладони вытерла лоб. Одним из условий ее пребывания в
коттедже стал ремонт. Единственный плюс состоял в том, что комнаты оказались довольно
маленькими. Поэтому за три дня Кэсси управилась с потолком и стенами в гостевой комнате, и
теперь занималась прихожей.
Это не означало, что брат не мог себе позволить нанять маляров. Идея принадлежала ей
самой. Кэсси не желала быть объектом благотворительности. Она будет работать ради
возможности здесь жить. Девушка направилась к выходу, чтобы вымыть кисти, и по дороге
заглянула в кладовку. Где и обнаружила, что запасы еды подходят к концу. Хочет она того или
нет, а придется набраться смелости и утром съездить в город.
Проходя мимо двери, где ее поцеловал Хэл, Кэсси в очередной раз вспомнила красавца-
горца, которого никак не могла выбросить из головы. Она решила, что подождет еще одну ночь, а потом позвонит ему. Если продержится так долго.
Ледяная водопроводная вода снаружи — ощущение воистину незабываемое. Полностью
промыть кисти, прежде чем занести их в дом оказалось делом нелегким. А еще кучу малярных
принадлежностей приходилось сушить на кухне, ведь на улице для этого слишком холодно.
Где-то около четырех солнце уже скрылось за горами, и воцарился сумрак. Кэсси поспешила
вернуться в дом и протянула руки к пламени в камине. Внезапно Герцог вскочил и помчался на
кухню. Кэсси обернулась и через стеклянную дверь увидела Хэла. Она сглотнула, желудок при
виде его сжался. Как вышло, что с их последней встречи он стал еще привлекательнее?
Так и не сумев ответить на этот вопрос, Кэсси прошла через гостиную и, открыв дверь,
впустила гостя. Герцог потребовал от того внимания, и Кэсси, с удовольствием предоставив им
возможность пообщаться, воспользовалась случаем, чтобы на досуге внимательно приглядеться
к шотландцу. Похоже, свою черную гриву он подравнял. Во всяком случае, на этот раз смоляные
пряди не были убраны назад.
На миг Кэсси представила себе Хэла древним горцем — с мечом в руке, длинные волосы
обрамляют красивое лицо с правильными, почти скульптурными чертами.
Хэл выпрямился, отодвинув Герцога, и улыбнулся ей.
— Привет.
— Привет, — произнесла Кэсси и встала так, чтобы между ними оказался кухонный остров
[1]. И как она могла упустить из виду его потрясающий акцент?
— Какими судьбами?
— Надо ли об этом спрашивать?
Она пожала плечами и отвела взгляд, опустив глаза к рабочему столу.
— Я не видела тебя три дня.
— Да, — негромко ответил Хэл, и уголок его широкого рта с тонко очерченными губами
приподнялся в улыбке. — Надо было уладить кое-какие дела.
— А тот человек, которого мы нашли?
— Живет с нами и приходит в норму. Память так и не восстановилась. Пока зовем его
Тристан.
— Хорошее имя.
Он напряженно вглядывался в ее лицо глазами оттенка лунного света.
— Я хотел прийти раньше.
— Сейчас ты здесь.
Хэл нахмурился, глядя куда-то в сторону.
— Не знаю, что в тебе такого, но не могу выбросить тебя из головы.
— А это плохо? — спросила Кэсси с усмешкой.
Он вновь поймал ее взгляд.
— Нет. Просто... странно.
— Прозвучало так, словно ты никогда прежде не испытывал ничего подобного к женщине.
— Так и есть. Уже долгие... годы.
Кэсси хотела рассмеяться в ответ, но эти удивительно красивые бледно-голубые глаза сияли
такой искренностью. Трудно поверить, но и понять невозможно.
— Я многого не могу тебе рассказать, Кэсси, как бы мне того ни хотелось. Сможешь ли ты
это принять?
— Ты женат?
Он покачал головой.
— Совершил преступление?
На этот раз Хэл улыбнулся, однако снова отрицательно качнул головой.
Кэсси сходила с ума даже от звука его голоса, было бы глупо позволить этому мужчине войти
в ее жизнь, стать еще важнее и ближе. Но отказав, Кэсси собственными руками ввергнет себя в
ту глубокую черную бездну отчаяния, которая почти поглотила ее в Аризоне, когда девушка
вмиг осталась без работы, а затем и без денег.
Они опять смотрели друг на друга. В глазах Хэла Кэсси не увидела и тени сомнений. Этот
