Заннины брови поползли вверх. Ее просили почтить своим присутствием открытие галереи Лантрелла в Лондоне.
— Лантрелл, — произнесла она вслух. — Мы его знаем? Разве «Уэсткотт Холдингз» его спонсировал?
— Не думаю, мисс Вескотт. Может мне позвонить и выяснить?
— Почему бы нет? — Открытие состоится через неделю. Пока Мэган вышла в свою комнату, чтобы позвонить по телефону, Занна взяла ежедневник и начала его перелистывать. Может это и обычный рекламный трюк, но раз уж ее побеспокоились пригласить, надо хотя бы записать дату и время.
Она все еще сидела, уткнувшись в ежедневник, когда вернулась Мэган.
— Мы никак с ними не связаны, мисс Уэсткотт, но Линдсей о них слышала. Она говорит, что галереи Лантрелла есть в Нью-Йорке и Лос-Анжелесе, а еще в Мадриде, Париже и Ницце. — Мэган тараторила так, словно выучила это наизусть. — Кажется, они специализируются скорее на традиционной живописи и скульптуре, чем на современной. — Она запнулась. — Мисс Уэсткотт, вы хорошо себя чувствуете? Вы побледнели, как полотно.
Казалось, слова Мэган доносятся откуда-то издалека. С видимым усилием Занна захлопнула ежедневник и отложила его в сторону.
— Вообще-то мне плохо. — Занну поразило, что ее голос звучал как обычно. — В компьютере есть кое-какие документы, Мэган, я подпишу их завтра. А остаток дня я отдохну.
— Вы сможете вести машину? Или мне вызвать такси? — разволновалась Мэган. На ее памяти Занна Уэсткотт ни разу не болела. Может быть, она тоже человек?
— Нет, и не суетись, пожалуйста. — Занна попыталась смягчить резкость своих слов подобием улыбки. — К завтрашнему утру я буду как новенькая.
«Пожалуйста, — думала она, собирая сумку и направляясь к двери. — Пожалуйста, пусть это будет правдой».
Занне всегда нравился вид из окна ее комнаты. Нравилась широкая полоса Темзы и оживленное движение судов. Сегодня она невидящим взглядом смотрела, как солнечный свет искрится на поверхности воды.
Прошлой ночью Занна не выспалась, ее мысли путались, отказываясь признать очевидное. Она говорила себе, что ее вчерашнее подозрение не может быть правдой… что тест, который она сделала каких-то пятнадцать минут назад, полностью развеет ее опасения. Потому что она не представляет себе, как быть в противном случае.
Занна лихорадочно посматривала на часы, торопя время, подсчитывая каждую секунду. Но когда она наконец направилась в ванную, ее ноги налились свинцом.
Отметка на полоске теста подтвердила ее наихудшие опасения.
Ее стиснутые руки прижались к животу.
— Нет, — прошептала Занна. — О Господи, нет.
Неужели всего одна-единственная безумная ночь привела к такой беде? Как это могло случиться? Неужели это правда?
Несмотря на неопровержимое доказательство, лежащее перед ней, эти вопросы пульсировали у нее в мозгу.
Она — Занна Уэсткотт. Она никогда не ошибается. Она обдумывает последствия своих поступков и принимает взвешенные решения.
За одним исключением, когда она позволила себе быть увлеченной волной безумия. Но теперь волна схлынула, выбросив ее на пустынный берег, одинокую и испуганную как никогда в жизни.
Стены ванной, казалось, смыкались вокруг Занны. Она чуть ли не бегом выскочила в свою просторную комнату — с высокими потолками, светлыми стенами и огромными окнами — ее шумное дыхание эхом отдавалось в голове.
Ей нужно собраться с мыслями… подумать… спланировать. У нее это хорошо получается. Она не из тех слезливых созданий, которые вечно находятся во власти своих гормонов. И это просто очередная проблема, требующая решения.
«Но почему тогда мне выть хочется?» — спросила себя Занна с горькой насмешкой.
На секунду она остановилась в нерешительности, затем, схватив сумку, выскочила из квартиры и бегом помчалась в подземный гараж. Несмотря на достаточно ранний час, рабочий день уже начался, и скоро телефон будет разрываться от звонков.
Но пока что ей нужно оградиться от всего этого. Перегруппировать свои войска.
Занна выехала из города куда глаза глядят, по крайней мере так она сначала думала. Только на шоссе она поняла, куда завел ее инстинкт.
Но даже теперь ей не обязательно проходить через это. Она еще может сделать правильный выбор. Свернуть на следующем повороте. Направиться куда угодно, только не туда. Она смотрела, как мимо проплывают дорожные указатели, и каждый обещал ей новое место назначения, новое убежище. Она смотрела и ничего не предпринимала.
В нужный момент Занна автоматически свернула на боковую дорожку. Через пять минут высокие изгороди с обеих сторон сомкнулись вокруг ее машины, неумолимо увлекая вперед, хотя Занна все еще не понимала, что делает здесь и чего хочет добиться своим возвращением. Она знала только, что ее как будто тянет невидимая привязь, что для нее нет другого выбора, кроме как найти Джейка и… и потом… что?
Богатый опыт торговых сделок не подготовил ее к такому повороту событий. «Но я смогу хотя бы поговорить с Джейком», — кротко решила она.
Когда Занна миновала дорожный указатель, ее бросило в дрожь. Она притормозила у гаража, но двери были закрыты и заперты на висячий замок, и вокруг не было ни души. Занна прикусила губу и направилась в деревню.
Она остановила машину у «Дома священника» так, чтобы ее не было видно с лужайки, и побрела к передней двери, пытаясь притвориться, что чувствует себя непринужденно, хотя на самом деле ее трясло.
Занна позвонила в дверь и подождала, ее сердце колотилось как овечий хвост. Она молилась о том, чтобы услышать хотя бы шорох, но вокруг стояла тишина. Обойдя дом, она заметила, что за поднятыми занавесками царят чистота и порядок, свидетельствующие об отсутствии жильцов. «Хозяева не вышли, а уехали», — подумала Занна, чувствуя, как камень лег ей на сердце.
Но с чего она взяла, что встретит здесь Джейка? Неужели она действительно надеялась, что он будет ждать ее, как принц из сказки, чтобы поцеловать и все исправить? И закончить этот кошмар? Можно подумать, все это было для него чем-то более значимым, чем обычная интрижка?
«Вот уж не ожидала, что у меня такая склонность к фантазиям, — выругала себя Занна. — И такая способность к самообману».
Занна забарабанила в заднюю дверь, отбивая себе кулаки и получая какое-то извращенное удовольствие от боли. Заглянув в окно кухни, она увидела большой сосновый стол, совершенно чистый и лишенный всякой утвари.
«Смотритель больше не следит за домом», — подумала она и впервые поняла, какой сильной была ее уверенность, что Джейк ждет ее здесь, в этом доме, так много для нее значившем… поняла, как сильно она нуждается в том, чтобы прийти в его объятия, развеять свои страхи и смущение, и почувствовать биение его сердца.
И Занна задумалась, уже не в первый раз, о том, каково ему было проснуться и узнать, что она уехала не сказав ни слова на прощание. Она хотела бы знать, переживал ли он, расспрашивал ли в «Быке» о Сюзи Смит и не пытался ли отыскать ее след как-нибудь еще.
Или, вероятнее всего, он отнесся к этому просто как к мимолетному, ни к чему не обязывающему приключению, двухчасовому удовольствию, которое сейчас уже и вспоминается с трудом.
«Но только не для меня, — мрачно подумала Занна, — и возможно мне еще нужно радоваться, что единственным последствием этого безумия оказалась беременность».
Она без сил опустилась на каменную ступеньку, облокотившись об перила. «Жизнь продолжается, — думала она, — и глупо оглядываться назад, пусть прошлое останется в прошлом».
Но, хотя Занна и не хотела признавать это до сих пор, теперь она поняла, на что надеялась и во что верила. И от этого ее отчаяние только усилилось.
Ее глаза наполнились слезами.
— Где ты? — шептала она в пустоту. — Джейк, вернись, ты мне нужен. Прости, что я сбежала… и помоги мне, пожалуйста. О, прошу тебя…
Занна слышала, как ее слова растворяются в окружающей тишине. Вскоре она тихо поднялась и пошла к машине.
