Читаем без скачивания Камеристка (СИ) - Ванг Кристина

Глава 4

Ир рассказал Ньялу о том, что видел. В красках расписал, каким давящим колдовством наполнена молельня. Он догадывался, что Церковь не чиста, но никогда не думал о том, насколько. Амулеты были заговорены тёмными ведьминскими чарами. Ир должен был уничтожить их, как только увидел. Должен был, но… Но что эти два амулета против тысячи? Против целой Церкви?

Ирьян ночь потратил на изучение книг и сводок. Разузнал много интересного. Утром успел переговорить с милой глубоко верующей горничной. В голове его зародилась идея.

Ему нужно было обсудить всё и с Тувэ. Но проще встретиться с Амейной над бездной, чем с занятой обучением Нер-Рорг. И когда она наконец выбралась из библиотеки, король потащил её прогуливаться. Конечно, ничего хорошего из этого не вышло.

Будь колдуном Ньял, от короля не осталось бы и мокрого места. Смотрел здоровяк на закрытую дверь как на злейшего врага. На памяти Ира ещё никто не удостаивался столь жгучей ненависти от их холодной глыбы, как две эти несчастные створки.

— Да брось, — Ир хлопнул его по плечу. — Это же Тувэ. Ничего король с ней не сделает.

Ньял бросил на него злобный взгляд.

— Они просто разговаривают, — вмешалась Камеристка. Смотрела она на Ньяла и — вот так новость — даже не дрожала. Местные леди имели склонность чуть ли не в обморок падать, глядя на него, а эта вот… Мелкая, а не из робкого десятка. Хотя, быть может, всё дело в отсутствии сердца?

— Ваш король…

— Прежде чем вы что-то скажете, — перебила его. Ньял нахмурился ещё сильнее. Храбрячка. Определённо. На глупышку просто не тянет, — хорошо обдумайте свои слова. Оскорблять Его Величество никто вам не позволит.

— И что же? Меня ты остановишь? — брови здоровяка приподнялись. Он усмехнулся. Ньял ценил в людях преданность и смелость. Так что Камеристка не могла не прийтись ему по душе. Пусть её господин и был редкостный мерзавец.

— Вы не похожи на того, кто склонен недооценивать людей, — Камеристка задрала голову, чтобы посмотреть Ньялу в глаза. Ну какая же она всё-таки храбрая малышка! Здоровяку не каждый северянин решался бросать вызов! Даже словесный!

Двое ревностных помощников своих господ испепеляли друг друга взглядами. И, видимо, гляделки могли бы длиться до бесконечности, но Тувэ прервала их. Она громко хлопнула дверью, выйдя из кабинета. Судя по всему, беседа с женишком прошла удачнее некуда.

— Отмени все мои занятия, — прошипела Камеристке. Вид у неё был даже пострашнее, чем у разъярённого снежного перевёртыша.

— Как прикажете, — Камеристка сделала их этот книксен и повернулась к Ньялу. — Прошу вас, в стенах дворца будьте избирательны в словах. Для вашего же блага, господин Ньял. Доброго дня.

— Как же они все меня бесят, — рычала Тувэ вслед уходящей служанке. Хотя какая она служанка? Что-то ни к какой другой простолюдинке, кроме Каи, охранников не приставляли. — Ньял, приведи Ульфа и Мэрика в мои покои. Ир, за мной.

— И карты наши захвати! — кинул колдун вдогонку здоровяку.

— Карты зачем? — Тувэ поморщилась.

— А мы разве не план побега составлять будем? — Ир вскинул брови, как будто страшно удивился её едва ли не глупому вопросу.

— Ты умом тронулся? — Нер-Рорг прищурилась. Чтобы она-то и сбежала? Скорее небо обрушится на землю!

— Шучу-у! Шу-чу! — вскинул руки колдун. — У меня есть идейка, как умаслить твоего женишка. Он точно перестанет кукситься, когда услышит. Расслабься, Тувэ.

— Мне не до смеха, Ир.

Она подошла к распахнутому окну и бросила взгляд на сад. Ирьян проследовал за ней. По каменной дорожке, задорно посмеиваясь, прогуливалась Фелиция. Он узнал её по кружевному зонтику, о назначении которого даже смутно не догадывался. От дождя под таким не спрятаться.

— Что он сказал? — колдун отбросил праздность.

— У нас две недели, чтобы предложить ему что-то. Иначе король отправит нас обратно.

— Неприятно, — Ир цокнул языком. Им страшно повезло, что Камеристка подтолкнула его в нужном направлении. В противном случае грозило бы им слегка неприятное воссоединение с родственниками Нер-Рорг.

— Пойдём, — Тувэ отошла от окна.

До покоев добрались молча. Говорить о делах в коридоре не рискнули. Всё-таки не у себя дома. Мало ли кто мог их подслушивать.

Ир как всегда вальяжно развалился в кресле. Тувэ скинула жилет, закатала рукава рубашки и принялась нервно расхаживать по комнате.

— Не маячь ты так! — колдун швырнул в неё зелёной кислой виноградиной.

— Ты точно обезумел! — Тувэ злобно зыркнула на него. За швыряние ягодами в дочь правителя, пусть и почившего, можно было лишиться как минимум пары пальцев. Ну или целой руки. Тут уж всё зависело от настроения оскорблённого потомка. Ир всегда отделывался только угрозами. В любом случае, на людях он вёл себя прилично, так что…

— Да-да, обезумел. Но тебе бы успокоиться. Так нервничать совсем на тебя не похоже.

— Мы не можем просто вернуться на север. Ты знаешь, что Ярл сделает с нами, — Тувэ села на край кровати, тяжело вздохнула и рухнула на простыни.

— Отомстим мы твоему дядюшке, не переживай, — отмахнулся Ир, праздностью прикрывая свою тревогу. У них должно получиться. Если что-то пойдет не так, это будет его вина. Это он уговорил Тувэ не сопротивляться и ехать в королевство. Обнадёжил, что у короля она сможет отыскать поддержку. Но что в итоге? Они тут две недели, и не то что никаких подвижек в нужном направлении — у них только проблем прибавляется и прибавляется!

— Пока долг крови уплачен не будет, дух отца не успокоится, — воинственно прорычала она. — Скоро Ярл поймёт, что мне всё известно.

Ир вздохнул. По милости богов им посчастливилось выбраться с севера невредимыми. Только потому, что живая Тувэ показалась Ярлу выгодным вложением, только потому, что один из людей её отца успел рассказать им правду, а после ушёл в лес на растерзание перевёртышам, отводя всякие подозрения, не позволив новому Роргу севера прознать…

Ну руках Рорга Ярла висело слишком много неоплаченных долгов.

— Не поймёт. У нас есть время. И, считай, есть решение проблемы.

— Какое? Или я становлюсь придворной леди, что вообще-то так же невозможно, как то, что ты хоть когда-нибудь задержишься с одной женщиной дольше, чем на год, — Тувэ приподнялась на локтях. Смотрела на Ира так печально, что ему впору было разреветься. Заботила её, конечно, не его распрекрасная личная жизнь, а своя скорбная участь, — или мы оказываемся полезны королю. Но правда в том, что мне нужна его сила, а не наоборот. Да и какие у нас силы? Нас и полсотни не наберётся в королевстве. Проще просто ворваться в спальню к Ярлу и заколоть его во сне.

— Что, разобраться в вилках сложнее, чем пробраться через охранные руны колдунов Рорга?

— Ты видел, сколько там вилок? — у Нер-Рорг на лице отобразился весь вилочный ужас королевства.

Ир громко расхохотался, а через пару мгновений смеялась уже и Тувэ. Она была довольно отходчивой по своей натуре и не склонной преждевременно впадать в отчаяние.

Ньял, Ульф и Мэрик долго себя ждать не заставили. Последний тащил несколько пожелтевших свёртков разной степени потрёпанности. Пока воины рассаживались за столом, Тувэ в очередной раз озвучила неутешительные вести. К счастью, колдуну удалось сгладить всеобщую печаль своими задумками. Он развернул карты на столе и подробно изложил, что они бы могли предложить королю. Ньял скорректировал некоторые детали, кое-чего упростил, кое-чего усложнил, но как итог — к полуночи они сумели составить вполне сносный план действий.

— Если всё сложится как надо, — заключил Ульф, — мы, получается, ещё и отодвинем церковь от границ севера.

Мэрик довольно присвистнул. У него с церковниками были чуть ли не личные счеты. Его жена бежала из Лейхгара. Она оказалась слабой провидицей, могла предсказывать ближайшее будущее. Что-то простое, погоду, например, или растёт в утробе женщины мальчик или девочка. Но для Благого Демиурга она была посланницей демонов, так что её намеревались сжечь. Девушка бежала на север, пересекла опасный лес и на первом же перевалочном посту встретила Мэрика. Случилась любовь и всё из того вытекающее. Однако простить тот факт, что его жену, тогда пусть ещё только будущую, почти предали заживо огню, он никак, конечно, не мог. Никакой северянин не спустит подобного, если дело касается его женщины.