Я закрыла глаза, ударившись головой о стену, пытаясь не вскрикнуть. Это был не медлительный и игривый Пенн. Не такой, как в канун Нового года, когда мы не торопились и заново знакомились с телом друг друга. Сейчас он был совсем другим.
Неистовым, решительным, яростным и сильным.
Диким, возбуждающим и страстным.
Он разрушал и в то же время все собирал воедино.
Две стороны его личности воссоединились, я никогда не думала, что такое возможно. Может он тоже не мог этого предположить, что может соединить две половинки одновременно. Я не хотела, чтобы это закончилось.
Даже когда я достигла новых высот с рукой Пенна, прикрывающей мне рот, когда я тихо вскрикивала. Он входил глубоко, еще глубже в меня. Стенки влагалища сжимались вокруг его члена, я доила его до капли.
Когда мы кончили, задыхаясь и дрожа от возбуждения и напряжения, я увидела звезды в его глазах и корону, которую мы сорвали с неба, водрузив ему на голову.
И я поняла, что приобрела себе еще больше проблем.
10. Натали
Если я когда-нибудь и думала, что смогу справиться с Пенном Кенсингтоном, то лгала самой себе. Однозначно.
На следующей неделе мы проводили время в его квартире и моей новой, и я старалась слишком много не думать, хотя это была моя специальность. Хотела просто наслаждаться этим временем.
Я не отказалась от своего желания уничтожить тех, кто со мной так поступил. Чувствовала, что Пенн и я стали немного больше на равных. Да, он спорил на меня, заключив пари. Но я спала с его лучшим другом. Несмотря на то, когда начались мои отношения с Льюисом, я была уверена, что мы никогда больше не будем вместе, что никогда не прощу его, но несмотря на это, мои действия все еще были болезненными для Пенна. Итак, мы были равны.
И, вернувшись к нему, что-то дрогнуло в моей груди. Стали крутиться в голове разные слова, потом фразы, потом абзацы. Я вытащила свой компьютер с того места, где он пылился, и снова начала писать. Я понятия не имела во что все выльется, но тот факт, что я начала писать после дерьма с Льюисом и Кэтрин, было уже началом.
— Мне нравится видеть эту сцену, — сказал Пенн, подавляя зевок, выходя из моей спальни в одних трусах.
— Тотл свернулся калачиком у меня на коленях под одеялом. — Я натянула одеяло ровно настолько, чтобы он мог видеть маленькую головку Тотла, спрятанную у меня на коленях.
— А, так вот куда подевался маленький предатель.
— Я не хотела тебя будить. Ты так мирно спал.
— Ты в полной мере пользуешься тем, что у меня нет лекций по пятницам.
Я с усмешкой кивнула.
— И ты опять села писать?
— Кое-что. Не знаю, что это будет в конце. — Он открыл рот, но я подскочила, прежде чем он успел что-то сказать. — И нет, ты не сможешь это прочесть.
Он нахмурился.
— Я и не собирался. Знаю, что ты позволишь мне прочитать, когда будешь готова. — Потом он прищурился. — Если только ты не пишешь обо мне, тогда я думаю, хотел бы прочесть прежде, чем твой роман попадет в список бестселлеров.
— Да, ну... сейчас совсем другое дело. Тогда ты был ослом.
— Оооо, — выдохнул он, оставив поцелуй на моей шее. — В прошедшем времени. А сейчас я не осел?
Я вывернулась из его объятий, нарушив покой Тотла, который был совершенно сбит с толку, что ему пришлось сдвинуться на целый фут, а затем снова зарыться под одеяло. Я хихикнула.
— Сейчас ты не ведешь себя как осел. Я оставляю за собой право передумать, если ты снова решишь сделать какую-нибудь глупость.
— Справедливо подмечено. Я также оставляю за собой это право. — Он потянулся за своей темно-бордовой Гарвардской толстовкой, а я надула губки. Он рассмеялся. — А что?
Я пожала плечами.
— Ты сказал, что я пользуюсь пятницами без твоих занятий.
— Обычно да, но на самом деле мне сегодня нужно сходить в офис.
— Фу! Дурацкая работа.
Он опустился на диван рядом со мной, роясь в джинсах, которые сбросил посреди моей гостиной прошлой ночью.
— Я придумал следующий шаг для наших уроков.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— О? — Спросила я, закрывая ноутбук и глядя на него.
— Ага. Я думал, куда нам следует пойти. — Он вытащил из бумажника черную кредитную карточку и протянул ее мне.
Я настороженно посмотрела на него.
— А это еще зачем?
— Это часть урока.
— Мне не нужна твоя кредитка.
Он закатил глаза.
— Возьми, Натали.
Я осторожно взяла и уставилась на нее. Мне сразу стало как-то не по себе, даже затошнило. Я знала, что меня постоянно окружают деньги, но его безлимитная кредитка в руках была уже чем-то другим, у него имелся трастовый фонд, исчисляющийся девяти— и десятизначными цифрами.
— Второй урок касается денег. Деньги для нас просто... есть. Не совсем то, о чем все говорят, потому что деньги просто есть. Если у вас имеются деньги семьи и вы правильно с ними обращаетесь, вы — в игре. Иначе ты не относишься к нашему обществу. Вот почему мы смотрим свысока на голливудские деньги. Нуворишей, которых видим, не имеют того класса, как мы. Деньги не должны тебя пугать. Тратить их нужно легко. Я знаю, что тебе от этого не по себе.
Так оно и было. Я росла в очень маленьком достатке, и у меня никогда не было собственных денег до того, как я заключила контракт на свою первую книгу, но даже тогда для меня это было похоже, как на вырывание зубов, я боялась их тратить. Я даже не стала ловить такси под ледяным дождем.
— Другая часть денег — это одежда. Как бы тщеславно и претенциозно это ни было, одежда должна соответствовать. Мне нравится твой богемный стиль. Я хочу, чтобы ты одевалась именно так, когда мы вдвоем, но если ты выходишь в свет, тебе придется соответствовать, играть роль. А для этого тебе понадобится новый гардероб.
У меня пересохло во рту.
— Что?
— Я бы начал с «Бергдорф Гудман», а потом прошелся по «Барниз».
— Пенн, я не могу. — Я попыталась вернуть кредитную карточку. — В прошлом месяце мы с Джейн ходили по магазинам, и она купила мне пару вещей. В конце концов я вернула их в магазин. Я не могу свыкнуться с ценами в этих магазинах.
Он кивнул.
— Это хорошая идея. Возьми с собой Джейн. Хотя я до сих пор не понимаю, почему она тебе нравится. — Он посмотрел на меня так, словно я только что не сказала, что не собираюсь тратить его деньги. — Почему она тебе нравится?
— Ты меня не слышишь, что ли?
— Слышу, но ты сделаешь так, Натали, как я сказал. Ты просила меня помочь тебе стать леди из Верхнего Ист-Сайда. Чтобы помочь тебе выжить в этом мире. Одежда помогает, и ты пойдешь и купишь ее, будто всю жизнь только этим и занималась. Заставь личных консультантов поверить тебе.
Я нахмурилась и почувствовала себя еще хуже от этой мысли.
— С Джейн будет легче. Хотя, судя по тому, как она обожает моего брата… — Он вздрогнул.
— Твой брат не так уж и плох.
Пенн прищурился.
— Это наглая ложь.
— Ну, он спас меня от Кэмдена. Он не может быть настолько плохим, как ты говоришь.
— Натали, любой по сравнению с Кэмденом Перси, выглядит намного лучше. Но это не делает Корта святым, когда он на самом деле демон в сшитом на заказ костюме.
— Ты пристрастен к нему.
— Да, — прорычал он. Я знала, что его брат был для него больной темой. — Увидев, как ты веселишься с подружкой моего брата, я чуть не слетел с катушек, когда впервые услышал об этом.
Я положила компьютер на кофейный столик и скользнула к нему на колени, оседлав его мускулистые бедра.
— Тебе не стоит так реагировать.
— Мне становится намного легче, когда ты сидишь на мне, — признался он. — Но это не убеждает меня снять тебя с крючка.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— А как насчет минета? Это сможет изменить твое мнение?
Он задумался на целую секунду.
— Нет. Но я воспользуюсь им позже, после того, как мы выйдем поужинать сегодня.
— Ты собираешься меня куда-то повести?
— Да, у меня заказан столик на восемь. И если у тебя не будет нового платья в твоем новом гардеробе, то мы не сможем никуда пойти.
