купил, так как я был слишком уж худой. Мой вид никого не впечатлял, вряд ли я мог справляться с тяжелой работой, а как мага меня использовать против воли было невозможно. В конце концов предприимчивый фермесец продал-таки меня торговцам, идущим караваном в Аскару за полупустой кошель серебра. Те меня перепродали на корабль. Боцман, купивший меня за один золотой, прекрасно видел мой ошейник и знал, что тот обозначает. Он, не колеблясь выкинул ключ от него в море. Я плавал на этом корабле два года, пока он не пришел в очередной раз к берегам Освии.
Рональд заметил меня, проезжая мимо порта, где я таскал мешки с мелом. Он тоже обратил внимание на ошейник и выкупил меня. Рональд долго разговаривал со мной, выясняя, как я оказался в таком плачевном для мага положении. Ошейниками награждают преступных магов, ловить их не так-то просто, и надо быть совершенно уверенным в порядочности человека, прежде чем его освобождать. Он поверил мне, нашел мастера, который сумел подобрать ключ и пригласил меня остаться у него, как гостя. Год я прожил в его доме прежде, чем решил вернуться домой.
Я обязан Рональду своей свободой. Поэтому, когда он попросил присмотреть за тобой – я, конечно же, согласился. Это мелочь по сравнению с той услугой, которую он оказал мне.
Пока вы учили скучные базовые заклинания – я наблюдал за способами преподавания в Освии, и писал сравнительный трактат. Потом, когда Комир влез в твою спокойную жизнь, я попытался объяснить ему, что тебя нельзя трогать, но он оказался твердолобым дураком и не послушал.
Освальд хотел еще что-то сказать, но тут дверь открылась, и вошел человек, которого я меньше всего ожидала увидеть. Коричневая кожа тренировочного костюма плотно обтягивала узкие бедра и крепкую грудь Василики. Из десятка карманов торчали рукоятки мелкого, но наверняка хорошо наточенного оружия, а из одного выглядывало горлышко флакончика с очередкой. Через ее плечи, крест на крест были перекинуты два ремня – один от арбалета, другой от большой, тяжелой на вид сумки. Несмотря на это Василика шла легко и плавно, напоминая дикую кошку, вышедшую на прогулку, но неизменно готовую к охоте. Подтянутая, тонкая, сильная и очень красивая, Василика недовольно посмотрела на меня, ее глаза блеснули, а неприязнь и ревность стали очень хорошо заметны.
Василика небрежно бросила сумку на пол, подошла к Освальду, и не стесняясь меня, поцеловала его в губы. От удивления у меня пропали слова, осталось только неловкость. Я встала, чтобы уйти, но Освальд заметил мой порыв, отлепил от себя Василику и остановил меня:
– Тебе нельзя уходить, помнишь?
Я повернулась и уселась обратно, стараясь не смотреть, как Василика, стоя рядом с Освальдом, перебирает его блестящие кудри огрубевшими пальцами.
– Василика – моя жена и мастер военной академии Аскары. Она тоже присматривала за тобой. Ей надо было как-то коротать время, пока я сидел здесь, так что она взялась провести курс у вояк и заодно подтянуть тебя в бое на мечах.
Василика ядовито улыбнулась, а мое недоумение начинало сменяться возмущением. Присматривала?!! Да она меня сама своими руками чуть на тот свет не отправила. Это из-за нее у меня не прекращало все болеть. Я подозревала, что даже получила несколько сотрясений ее стараниями, а мысль, что я никак не могу одолеть такую же, как и я студентку, неуклонно заставляла терять уверенность в себе. Мне бы сильно помогло знание, что она мастер, а не ученик.
– Что теперь, Освальд? – недовольно спросила Василика. – Мы должны тащиться куда-то за этой неумехой?
– Мы не должны, но проводим ее и Рональда. Им нужна будет хорошая магическая защита. Кроме того, если выясниться, что маг, ввязавший нас в эту переделку виновен и в том, что творилось на полях Аскары, мы получим щедрую королевскую награду.
Упоминание о награде приободрило Василику. В ней проснулся азарт ловца, умелого охотника, страстно жаждущего выследить жертву и увидеть цвет ее крови. Хорошо, что ее внимание наконец-то переключилось с меня на кого-то еще.
В эту минуту вернулся Рональд. Он нисколько не удивился Василике, которая немедленно шагнула в сторону и вытянула пальцы из волос Освальда.
– Это, должно быть, твоя прекрасная жена? – слегка поклонился Рональд. Василика сделала в ответ мужской поклон, не отрывая внимательный взгляд от моего жениха. Рональд ей явно нравился, она ему тоже.
– Карета готова, вещи собраны. Мы можем ехать, – сказал Рональд, подставляя мне локоть.
Сквозь плотное напряжение проступил лучик радости. Мы снова будем вместе, мы едем домой, тепло стен замка, будто уже защищало меня от всех бед этого мира.
Дом
Хоть Освальд отпирался как мог, Рональд пообещал хорошо заплатить и ему, и Василике за охрану всех обитателей замка. Освальд должен был создать новый магический купол. Рональд прекрасно без него обходился с тех пор, как сломался прежний и до самого этого момента, но теперь все изменилось. Освальд пообещал лучшую защиту в королевстве, и я с легкостью ему верила.
«А почему, интересно, Геральт именно Черный? – задумалась я, в полудреме уронив голову на плечо Рональда. – Может быть, он в детстве не мылся, ходил грязным и мать наказала его таким прозвищем? Или это его настоящая фамилия, которой он гордится? А может быть это состояние души и мыслей? Ему бы подошли все три варианта.»
Всю дорогу Освальд ждал неприятностей, но обошлось. К белым стенам замка мы подъехали только вечером. В окошке первого этажа, наполовину ушедшего в землю, теплился свет. Где-то там няня Мэлли готовила ужин и дожидалась возвращения воспитанника, которого любила, как сына.
Привычным звуком отдалась плитка подъездной площадки, бесшумно открылась дверь, и я вошла внутрь, вдыхая знакомый запах дома. Здесь все осталось как прежде, и это было прекрасно. Няня выглянула из бокового коридора, и увидев меня, с радостным возгласом поспешила навстречу. Она едва не задушила меня в объятьях, не забывая причитать, что ей никто не потрудился сообщить о приезде гостей. Тем не менее через полчаса стол был накрыт так, будто няня готовилась к приему по крайней мере маленькой армии.
Быстро переодевшись и умывшись, я спустилась к столу, ловя носом сказочные запахи. Все уже собрались и ждали только меня. Я уселась и заметила, что напротив, на стуле из синего дерева сидит прекрасная незнакомка. Я выронила ложку, когда всмотрелась внимательнее и узнала в ней Василику. Жена мага успела сменить кожаный костюм на атласное платье с широким кружевным воротником, уложить короткие волосы и подвести помадой тонкие губы. Сейчас Василика казалась воплощением очарования и женственности. Она шутила, смеялась и вела себя как благовоспитанная дама, изящно накалывая кусочки салата на вилку. Рональд улыбался ее
