смягчился.
– Автомобильная катастрофа. Мы с Холли тогда учились в старшей школе. Я до сих пор помню, как в нашу дверь постучался полицейский и рассказал все это маме… Когда папа съезжал вниз с холма, машину занесло. Он слетел с обрыва как раз там, где начиналось ограждение. Мама от этого так и не оправилась.
– Мне жаль, что вам пришлось такое пережить, – сказал Мэтт.
– Спасибо, – Шеннон сморгнула слезы.
– Я сочувствую вашим потерям, – Бри набрала в грудь воздуха, мысленно проклиная Оскара за то, что он сказал Оуэну про самоубийство. Оуэн донес эту ложную версию до Шеннон, и теперь именно Бри придется все исправлять. – У меня есть новости. Ваша сестра не совершала самоубийства.
В глазах Шеннон отразился искренний шок.
– О чем вы?
Если и существовал способ смягчить это известие, Бри о нем не знала.
– Ее убили.
Шеннон застыла каменным изваянием.
– Что? Как?
– Сейчас мы пытаемся понять, как она провела свой последний день, – сказала Бри. – Мы надеемся, что вы сможете помочь.
– Но ведь Оуэн сказал… – непонимающе произнесла Шеннон. Бри кивнула.
– Прошлым вечером самоубийство казалось возможной версией, но сегодня судмедэкспертиза установила другую причину смерти.
– Поверить не могу, – Шеннон прикусила палец и совершенно ушла в себя. Бри пришлось продолжить.
– По словам Оуэна, он считал, что Холли провела выходные с вами.
В уголках губ Шеннон залегла горькая складка.
– Она обычно приходила ко мне после каждой их сильной ссоры. Я каждый раз говорила ей не возвращаться назад, но она никогда не слушала.
– Вы знаете, почему она возвращалась? – спросила Бри.
– Сказала, что любит его, – Шеннон вздохнула. – У них весьма бурные отношения… Были весьма бурные отношения. Они либо превозносили друг друга до небес, либо смертельно ругались. Золотой середины у них не было, – она перевела взгляд в сторону. – Прошлой ночью я была в таком шоке, что не могла трезво мыслить. Я весь день думала, что это какая-то ложь. А теперь в моей голове все крутится голос Оуэна. Он был таким спокойным.
Бри подождала на случай, если она захочет продолжить, но Шеннон молчала.
– Как думаете, что это может значить?
Шеннон подняла взгляд. Ее мокрые глаза горели от злости.
– Может быть, это он ее убил.
– У вас есть причины полагать, что он мог ее убить? – спросила Бри. Шеннон дернула плечом.
– Не специально. Может, случайно. Когда они ругались, они ругались по-настоящему. Никаких тебе спокойных, разумных аргументов. Они устраивали настоящие дикие сцены, – ее глаза сузились. – А однажды я слышала, как Оуэн сказал, что он не позволит ей от него уйти. Я не говорю, что он способен на хладнокровное убийство, нет, у него просто дурной нрав. Впрочем, как и у Холли.
Мэтт слегка подался вперед.
– Он когда-нибудь был агрессивен к вашей сестре?
Шеннон задумчиво поджала губы.
– Не знаю, но меня бы это не удивило, особенно… – она вдруг замолчала.
– Особенно что? – спросила Бри.
– Ничего, – опустила взгляд Шеннон.
Что она скрывает?
– Может, уже был какой-то подобный случай? – спросила Бри. – Холли никогда не говорила, что он ее бил?
– Нет, – Шеннон покачала головой. Весьма разочарованная ее замалчиванием, Бри решила сменить тактику.
– Когда вы в последний раз говорили с Холли?
– Она приходила вечером в четверг.
– О чем вы разговаривали?
– Мы поспорили насчет ухода за мамой, – Шеннон закрыла глаза.
– Она была чем-то сильно расстроена? – Бри поерзала на стуле. Собака тихо на нее зарычала, и Шеннон погладила ее по ушам.
– Когда мы с ней обсуждаем маму, то в итоге всегда расстраиваемся мы обе.
– Кто победил в споре? – спросил Мэтт.
– Никто. Тут нельзя выиграть. Когда Холли уходила, она все еще злилась. Она хотела, чтобы маму перевели в хоспис, а я была против, – лицо Шеннон раскраснелось. – Мама еще не умирает.
Голос ее, однако, звучал далеко не так уверенно.
– А ваша мама чего хочет?
– Мама отчаянно борется с болезнью. Если продолжить лечение, она может прожить еще полгода. Может, даже больше, – на вопрос Шеннон так и не ответила. – Ей нужна сиделка. Все, что ей причиталось по страховке, она уже использовала. Плюс ко всему страховка не покрывает ни медицинские расходники, ни лекарства, ни доплаты. Мы с Холли оплачиваем лечение вместе. В прошлом месяце это обошлось нам больше пяти тысяч долларов.
– И Холли оплатила половину? – Оуэн сказал, что они вносят только тысячу долларов.
– Ага. Только прежде чем отдать деньги, она еще три часа жалуется, – Шеннон ударила ладонью по столу, и собака испуганно вскочила. – Прости, Птенчик, – она поцеловала пса в макушку и опустила на пол, после чего он трусцой направился к маленькой лежанке в углу. Он улегся, устроился поудобнее, положив голову на бортик, и смерил Бри таким взглядом, словно планировал медленное и жестокое убийство.
– В их ссорах виноват только Оуэн. Я уверена. Это он вечно ноет о том, как это дорого, словно деньги важнее, чем жизнь нашей матери. Ну что, теперь он получил, что хотел. Ему больше не надо платить по счетам. Теперь Холли больше нет, и он точно больше ни цента нам не даст.
Шеннон тяжело вздохнула и сморщилась.
– Где вы были в пятницу вечером? – Бри еще раз оглядела кухню. Огромный дом Шеннон выглядел куда лучше, чем домик Холли и Оуэна.
Ее взгляд вернулся к Шеннон.
– Я была тут, работала допоздна, – Шеннон встала и наполнил кружку водой из-под крана. – Обычно я по вечерам прихожу к маме, но недавно я подхватила простуду и не была у нее пару дней. Ее иммунная система почти полностью разрушена, так что ей нельзя рисковать. Даже обычная простуда может ее убить. Как правило, когда к ней не могу зайти я, это делает Холли. Маме одной приходится очень сложно.
– Кем вы работаете? – спросила Бри. Шеннон поставила кружку в микроволновку и нажала на кнопку.
– Я специализируюсь на рекламных кампаниях в интернете. Чаю? – машинально спросила она.
– Нет, благодарю, – Мэтт покачал головой. – У вас есть доказательства, что в пятницу вечером вы работали?
– Не знаю, – Шеннон наморщила лоб и уставилась в потолок. – Когда я забирала почту и выносила мусор, то помахала соседке. Это было часов в шесть вечера. Потом я занималась всякой бумажной работой. В основном переписывалась с клиентом, – она поджала губы. – И у меня есть система безопасности, которая отмечает, когда ее включают и выключают.
– Что за соседка? – Бри открыла заметки на телефоне.
– Живет через дорогу, – Шеннон взмахнула рукой, указывая направление. Она вздохнула. – Честно говоря, я редко куда-то выхожу. У меня мало друзей. Я предпочитаю одиночество.
Бри записала примерный адрес соседки и продолжила.
– Вы работаете в компании?
– Нет, – микроволновка запищала, и Шеннон забрала чашку. – Я работаю на себя. В доме у меня есть специальный кабинет.
– Мне нужна контактная информация вашего клиента, – сказала Бри, и Шеннон откровенно встревожилась.
– Я бы предпочла не впутывать в это клиента. Я не могу себе позволить потерять работу. Холли больше нет, и теперь все мамины счета нужно будет оплачивать в одиночку.
– Хорошо, – пока что Бри не хотела настаивать. Вот если
