Гильфи недоверчиво посмотрела на аккуратные плетеные конвертики с копчеными лягушками. «И это он называет простотой?»
— Если я правильно понял, — вступил в разговор Копуша, — вы — знаток этих летучих цюй?
— Да. Уверен, вам не терпится узнать, для чего они используются? — Совы снова дружно закивали. — У них есть назначение — и одновременно его нет, — загадочно ответил Тенгшу. — Очень часто цюй запускают просто для радости, а насколько мне известно, в большинстве совиных обществ радость не считается практической целью. Однако я чаще всего запускаю цюй для сбора информации.
— Информации? — спросил Сорен. — Какой информации?
— О, летучий цюй может многому научить, — ответил Тенгшу. — Даже мудрец не может находиться в нескольких местах одновременно. Но мои цюй докладывают мне обо всех воздушных течениях, о скорости ветра, влажности облаков и о… — Он помолчал, подыскивая нужно слово. — Кажется, у вас их называют градовыми пиками.
— Градовые пики! — хором воскликнули Сорен и Отулисса. Так назывались кучевые скопления с высокими вершинами, в которых формировался град. — Вы хотите сказать, — возбужденно проговорил Сорен, — что эти цюй снабжают вас информацией о погоде?
— Да, но не только.
— Не только? — ахнула Гильфи.
— Именно так. Ведь то, что мы берем, мы должны возвращать.
Совы снова захлопали глазами.
— И что вы отдаете обратно? — спросил Корин.
— Нашу благодарность Глауксу. Мы посылаем в небо наши молитвы. Я пишу стихотворение или посылаю ввысь одну из своих картин.
— Вы рисуете?
— Да. Зайдите внутрь, я покажу вам свои работы. Совы молча последовали за Тенгшу.
— Что это? — ахнула Гильфи, запрокидывая голову, чтобы посмотреть вверх. С полотка дупла свисали свитки, расписанные прекрасными изображениями гор, водопадов, птиц и цветов. На одном из свитков были с выдающейся точностью нарисованы пенные волны, а на другом — небольшой пруд со стоящей на берегу цаплей.
— Это пергаментная бумага? — спросил Сорен.
— Нет. Я пишу на шелке. Здесь у меня неподалеку растет шелковица, на которой расположена лучшая шелкопрядильная лига нашего царства.
— Шелкопрядильная лига? — оживилась миссис Плитивер. Она, разумеется, не могла видеть картины Тенгшу, но упоминание о шелке сразу же ее заинтересовало.
— Да, мадам. Слепые змеи, подобные вам, собирают коконы, сплетенные живущими на нашем тутовнике шелкопрядами. Затем они сматывают с коконов длинные нити, скручивают их вместе и прядут ткань. Но прежде чем на ткани можно будет рисовать, ее нужно подвергнуть дополнительной обработке для придания окончательной гладкости. Это очень сложный процесс, но шелковая лига, услугами которой я пользуюсь, считается одной из лучших в нашем царстве.
— Ах, это примерно как гильдия златошвеек у нас на дереве! — догадалась миссис Пи.
— О да, я наслышан об этой гильдии, — вежливо ответил Тенгшу.
Совы замерли. Тенгшу снова дал понять, что ему известно о них гораздо больше, чем они знают о нем.
— Но откуда вы обо всем этом знаете? — прямо спросила Отулисса. — Вы знали о том, что мы прилетим. Вы говорите по-хуульски намного лучше, чем мы владеем вашим языком, а теперь вы сказали, что знаете даже о нашей гильдии златошвеек!
Мудрец спокойно обвел их взглядом. В сумраке дупла его оперение уже не казалось таким синим. Затем, все так же молча, Тенгшу подскочил к чаше, сделанной из того же материала, что и чашки, из которых гости только что пили чай. Совы заметили, что в чаше плавал фитилек. Тенгшу вытащил из небольшого кувшина кусочек сырой руды, стукнул им по кремню и подпалил груду щепы. Затем осторожно вынул из кучи горящую палочку и поджег фитилек. Едкий дым заструился в воздухе дупла.
— Масло яка, — пояснил Тенгшу и тут же пояснил: — Думаю, это животное вам незнакомо, однако оно играет огромную роль в жизни сов Серединного царства. — Он помолчал и добавил: — Я понимаю, что вас переполняют вопросы. Сядьте же поудобнее, и я попытаюсь удовлетворить ваше любопытство.
Восемь сов расселись по жердочкам, а миссис Пи небрежным колечком обвила масляный светильник, мягко освещавший стены дупла.
— Первым делом я хочу ответить на два ваших последних вопроса. Итак, вас интересует, откуда нам известно о гильдии слепых змей-златошвеек и каким образом я выучил хуульский язык? Ответ будет прост — обо всем этом написано в «Книгах Тео».
— Тео! — воскликнула Отулисса, вспорхнув в воздух от волнения. Словно ослепительная вспышка молнии озарила ее разум.
— Тео, первый угленос? — ахнул Корин.
— Тео, изобретатель боевых когтей? — возбужденно выкрикнул Сумрак.
— Тео, мирный желудок, отвергавший войну? — спросил Копуша.
Мудрец величаво кивнул.
Отулисса была настолько потрясена, что не сразу смогла привести в порядок свои оставшиеся вопросы. «Как же я сразу не догадалась! — думала она. — Если предположить, что Тео побывал здесь, то все встает на свои места!» После прочтения старинных легенд о Хууле Отулисса с головой погрузилась в изучение преданий и историй из прошлого. В различных книгах ей попадались туманные намеки на то, что Тео улетел в некое неведомое место, однако Отулисса сочла это досужим вымыслом, не стоящим внимания настоящих ученых. Однако факт оставался фактом: в свое время Тео бесследно исчез из совиного мира. Теперь Отулисса ясно понимала, что многочисленные свидетельства прямо указывали на то, куда именно он отправился. Разве могло быть случайностью, что погодные символы, использованные в ключе, оказались древним начертанием современных символов? Кто был первым предсказателем погоды на Великом Древе? Не кто иной, как Джосс, современник и друг Тео, знаменитый следопыт и гонец Хратианского царства! И это было далеко не единственное доказательство. Многие слова чжоученьского языка казались сильно видоизмененными кракишскими словами. Например, слово «стрежинг», которое Отулисса использовала в приветственном обращении к Тенгшу, обозначавшее «происходить из» или «прибыть из». На кракиш это слово произносилось как «стрешшен» и значило то же самое. Разве это не доказательство родственности двух языков?
— Значит, Тео действительно сюда прилетал? — с благоговением в голосе спросила Отулисса.
— Да, — кивнул мудрец. — И написал огромный труд, известный у нас как «Книга Тео». Именно из этой книги я узнал о Великом Древе Га'Хуула и доблестном короле Хууле.
Отулисса и Сорен быстро переглянулись, а потом Сорен спросил:
— Вы читали легенды о Хууле?
— Легенды? — с легким смущением переспросил Тенгшу. — Боюсь, что нет. В «Книге Тео» собраны только реальные истории.
— Легенды тоже могут быть реальными, — негромко заметил Корин. — Тео писал что-нибудь об угле?
— Да, но совсем немного, — с оттенком презрения ответил Тенгшу. — В основном Тео писал о войнах и о своем решении больше никогда не создавать оружие. Он нашел другой путь, который назвал «путь без когтей». В нашей стране этот путь получил название «путь благородной кротости», или «Дань-яр». Строго говоря, «Книга Тео» является скорее философским трудом, нежели исторической летописью.
— Он когда-нибудь вернулся обратно в Пять царств? — спросил Копуша.
— Во всяком случае нам об этом неизвестно, — ответил Тенгшу. — Он остался в совители. В то время там было много дел.
— В совители?
— Так у нас называется место, расположенное на вершине самых высоких гор Чжоу-чжонкуна, где совы, взыскующие простоты бытия, проводят жизнь в размышлении и созерцании. В отличие от меня их не манит радость одиночества. Но до появления Тео в совители не было никакой дисциплины, да и мудрости тоже. Тем не менее жизнь в совители выгодно отличалась от придворной суеты. Но Тео все изменил. Он начал учить сов благородной кротости.
— Но как вы узнали о нашем прибытии? — спросил Корин.
— Оно было предсказано восьмым астрологом старого двора.
— Старый двор? Астролог? — озадаченно переспросила Отулисса. Всю свою сознательную жизнь она считала астрологию шарлатанством, недостойным называться настоящей наукой. В Пяти царствах астрология почти не практиковалась. — Что это за двор? У вас есть настоящий король, царствующая Династия и тому подобное?
— Не совсем. Можно сказать, что у нас нет настоящих монархов. По крайней мере теперь.
Совы смущенно переглянулись, а Тенгшу невозмутимо продолжал:
— Раньше у нас был настоящий королевский двор, однако со временем он стал бесполезен и даже опасен в своей бесполезности. Не случайно совы, основавшие совитель, искали в горах спасения от придворной жизни. Но теперь у нас, если можно так выразиться, существует лишь пародийный двор и пародийная монархия.
— Пародийный двор? Что это значит? — переспросила Гильфи. Новый мир Серединного царства оказался еще более поразительным, чем они могли себе представить!
