действительно не знал!
– Это уже не важно…
– Выкуп! Я заплачу тебе за себя выкуп, великий каган! Богатый выкуп! – зачастил Евагрий, понимая, что ему грозит смертная казнь, причем не самая безболезненная. – Ведь я торгую с вами не так давно, всего пару лет! А до этого вином торговал совсем другой купец! И я не виновен в произошедших с тобой несчастиях! Не виновен!
И снова Пан нахмурился. Купец был прав.
– Это если он не является частью единого плана по нашей потраве со стороны Ромейской империи, желая превратить начальных людей наших племен в идиотов, – подлил масла в огонь Рус чисто из вредности.
– Нет-нет, это не так!
– Молчать!
Зал погрузился в тишину, создавая комфортную обстановку для обдумывания ситуации и принятия окончательного решения.
– То, что вино отравлено, ты как минимум догадывался, – наконец заговорил Пан.
Купец, видимо, что-то хотел сказать, но его вовремя придушил стражник.
– Догадывался, но все равно продавал нам вино, а значит, виновен в потраве.
И снова стражнику пришлось придушить купца.
– А раз так, то ты проговариваешься к смерти…
– Выкуп… – прохрипел купец.
И снова Пан задумался. О чем он думал, понять не так уж сложно. Смерть купца ему ничего не даст, скорее принесет проблемы с другими купцами, что могут организовать ему бойкот, и торговать станет не с кем. Опять же, в большей части бед конкретно этот купец не виновен, и не стоит скидывать со счетов, что он действительно мог не знать о яде. А что до мелкого обмана со старым вином, что он как бы пил из скупости, дескать раз старое, то и стоит недорого, но на деле оказалось гораздо более качественным, то это тоже можно понять. А вот если отпустить за выкуп, то с этого можно и поиметь неплохо…
– Хорошо. За твою жизнь налагается выкуп в… один талант золотом.
Купец выпучил глаза от прозвучавшей суммы.
«Не слабо, около двадцати семи килограммов золота, – оценил Рус. – Потянет или нет? Купец вроде не из самых богатых, но и не нищий, хотя плавает лично и рискует все же сам, в общем, среднее звено, значит, должен потянуть. Но Пан – не дурак, понимает, что тут пережимать сильно не стоит, иначе родня от купца просто откажется, не став платить…»
Евагрия снова увели и бросили в яму.
После обеда Пан засобирался на капище. Рус с братом и сестрой его провожали.
Парень бросил взгляд на галеру торговца, и его посетила одна идея.
– Отец…
– Что?
– А что ты сделаешь с тем вином, что отравлено?
– Хм-м, действительно, забыл о нем. А что с ним делать? Вылить надо. Не пить же…
– У меня на него есть иные планы. Как, собственно, и на этот кораблик. Чего ему без дела стоять? Придется кормить этих рабов без дела… Разве что на другие работы их направить? Но это рабов. А с воинами и матросами как быть?
Ну да, если с рабами из числа гребцов особых проблем не возникнет, они прикованы цепями к своим местам, то матросы и тем более воины… В принципе тоже можно на время обратить в бесплатную рабочую силу, но все же рискованно. Опять же придется выделить много воинов для их контроля. Так что лучше от них избавиться. Не в смысле перебить, а просто сбагрить в ближайший ромейский город.
– Решил продать кому? Заняться торговлей? – нахмурился каган.
– Нет, это для меня невместно… – быстро ответил Рус, хотя мысленно сплюнул.
«Вот отсюда и пошло это дерьмо, что потом станет гирей на пути развития государства, – подумал он раздраженно. – Сначала торговать невместно, потом производством заниматься не моги… Тоже придется думать, как переломить этот вывих мозгов».
– На разведку под личиной купца хочу отправиться…
– Куда?
– В степь, на восход. Мои слова на вече для многих вождей останутся только моими словами, несмотря на то что их подтвердит Ведомир, так что их надо чем-то подкрепить…
Пан после короткого раздумья медленно кивнул. Интриги – дело такое, кто-то может решить, что это именно сговор с непонятной для них целью и, соответственно, взбрыкнет, подняв волну среди прочих вождей.
– А так, если боги будут благоволить мне, я приведу пленника из степняков, возможно, удастся захватить какого-нибудь высокопоставленного бея, знакомого с планами их хана, что подтвердит мои слова. От этого уже не отмахнуться.
– Хм-м… Это хорошая мысль… Так и поступим. Готовься к походу, отправишься сразу после моего возвращения от Ведомира.
10
– Я пойду с тобой! – тут же заявил Славян, стоило только ладье с Паном отдалиться от причала.
– И я! – воскликнула сестра в своей неизменной медвежьей шкуре.
– Иля, это будет опасно… – попытался отговорить сестру Рус. Против присутствия брата он ничего не имел.
– Р-р-р… – насупившись, зарычала она в ответ, и ей стал вторить ее волкопес.
– Хорошо-хорошо, – засмеялся Рус в ответ. – Но будешь делать то, что я скажу. Договорились?
– Договорились! – просияла Ильмера.
– Тогда готовьтесь. Мы пойдем в глубь вражеской территории, и все должно быть идеально.
Брат с сестрой умчались готовиться.
Рус, еще раз окинув взглядом купеческую галеру, подозвав управляющего хозяйством кагана (из бывших рабов, откуда-то из Дакии, по имени Филострат, коего переименовали на славянский манер в Фетина, что ему очень подходило, ибо означало «хватающий», ну чисто прапорщик на складе), приказал ему вернуть на борт все амфоры с вином.
– Как прикажете, господин.
– Помимо тех, что купили сейчас, в запасниках есть еще вино?
– Да, господин, пять амфор целых и еще одна выпита на треть.
– Эти пять тоже на борт взамен амфор с маслом, как раз полный трюм. А початую амфору разлей в пустые кувшины из-под хорошего купеческого вина, нечего добру пропадать…
– Хорошо, господин. А как быть с товаром, что был погружен взамен купленного вина? Вернуть на склад? – с надеждой спросил Фетин.
Помимо соли на вино сменяли мотки различной нити, шерстяной, конопляной, крапивной и льняной. Бочонки с дегтем, поташом и медом, а также сопутствующим ему продуктом – воском. Ну и так, по мелочи, вплоть до различного красильного сырья.
Мелькнула мысль про нормальные ульи, что повысят эффективность пчеловодства в разы, а то сейчас диким бортничеством занимаются, но это все придется делать гораздо позже, уже на новом месте обитания. Можно разве что, когда придет время уходить, выпилить из деревьев участки стволов с пчелами и увезти их с собой.
– Оставь. Может, попробуем продать сами по пути, деньги лишними не будут… Возможно, придется потратиться в дороге.
Управляющий спорить не стал, только лишь тяжко вздохнул, будто его
