кажется бургерную, – добавил мужской голос.
– Девушка точно жива, у парня кровотечение. Да, я останусь здесь до приезда скорой. И направьте на всякий случай кого-нибудь, кто сможет разобраться с дикими зверями, – на этих ребят напали волки, мы отогнали их…
Кровотечение? О чем они? Что происходит? Боже, как тяжело стало думать. Я пыталась вспомнить, сколько будет дважды два, но разум не поддавался.
– Коул, я не понимаю… – пробормотала я и попыталась осмотреть его, чуть приподнявшись. У ног музыканта растеклась лужа крови. – Ах ты сукин сын! Только попробуй умереть!
– Мисс! Мисс, вы сможете встать? – я ощутила давление на плечи.
– Коул… у него… я не могу…
Веки закрылись, и меня накрыла тьма.
Глава 10
Выход из зоны комфорта. И больницы
Когда я открыла глаза, то готова была расплакаться при виде солнечного света. Слишком долго я пробыла в темноте. Лучи проникали сквозь окно, согревали и дарили надежду на то, что я очнулась от кошмарного сна. Я еще не успела понять, где нахожусь.
– Коул… – прохрипела я, постепенно вспоминая катастрофу. – Коул!
– Прю! – Ко мне подлетела Эва и плюхнулась рядом. Судя по резкому запаху хлорки, я была в больничной палате. Боже, как все болело! – Майлз, Прю проснулась! Сбегай за кофе! Как ты, милая?!
– Я? Эва, я вообще не понимаю… Где Коул?
Эва поморщилась и опустила глаза.
– Ну уж нет, Эва! Знаю я это выражение лица! Где Коул?!
– Солнышко, что ты помнишь? Последнее?
На глазах выступили слезы. Тело изнывало, я даже побоялась пошевелиться, хотя вроде была цела.
– Волки… Мы выбежали на трассу, водители помогли отпугнуть их… А потом… – В воспоминаниях мелькнула лужа крови. – Коул…
– Когда ты отключилась, вас оттащили на обочину и вызвали службу спасения. Коул… Он потерял много крови, его сразу увезли в больницу. А тебе сделали кучу уколов, включая вакцину от бешенства, и залатали укусы.
Я подскочила на койке, наплевав на все неприятные ощущения.
– Где он сейчас?! Хоть что-то известно?! Мы в одной больнице?
– Милая… – начала говорить Эва, но ее прервал Майлз: он вошел с тремя стаканчиками и бумажным пакетом. От головокружительного аромата кофе и свежей выпечки у меня в животе заурчало. – Мы не знаем. Сразу после твоего сообщения мы с Майлзом побежали выяснять, какого черта произошло с фуникулером. Оказывается, из-за непогоды отрубили электричество, а так как вы были в последней кабинке, никто и не понял, что на фуникулере остались люди. Точнее, никто и не проверял. Когда я пришла к пункту контроля, дежурный пялился в телефон в полудреме.
– А когда его починили?
– Электричество дали пару часов назад, после рассвета. Дуг рвал и метал. Мы все очень за тебя переживали! Ты не представляешь, какой скандал я им тут…
– Эва, мне срочно нужно узнать, жив ли Коул. Прямо сейчас. – Подруга впервые слышала от меня командирский тон, а потому безропотно встала.
– Тебе нужно поесть, я сейчас вернусь. Попробую узнать у врачей. Если что, спросим у Дуга, он уже в пути, – бросила подруга и вышла из палаты.
– Могу чем-то помочь? – спросил Майлз. – Вроде ноги целы, но со швами лучше быть осторожнее.
– Огромное спасибо, Майлз! Правда, спасибо вам обоим за заботу. Просто пока я… Пока не узнаю, жив ли он…
– Поешь, от тебя не будет толка без сил.
– Не знаешь, почему меня оставили в больнице? Есть риск заражения?
– Ты была без сознания, они хотели исключить серьезные повреждения. Сегодня осмотрят и отпустят, если анализы в норме.
Я думала, что не смогу проглотить и крошки, однако стоило сделать укус, и я пропала – как дикарка проглотила сэндвич и залпом выпила кофе.
– Э-э… – протянул Майлз, переводя взгляд с меня на пустую тарелку. – Пойду-ка возьму еще порцию.
Он хлопнул дверью, и я осталась одна в звенящей тишине. Встав с койки, прошлась, разминая тело. Нога действительно побаливала, рана оказалась небольшой, в форме жуткого полумесяца. Шрам останется великолепный. Болело все: задница – от уколов, мышцы, лицо… Я вдруг заметила, что кто-то меня переодел – на мне оказалась ночная сорочка. Но мне явно нужен был хороший душ.
В палате оказалась крохотная ванная комната, в которой сложно было развернуться. Я взглянула в зеркало – Иисусе, меня бы без кастинга взяли на главную роль «Проклятия монахини»[7]. Все лицо покрывали царапины, пара глубоких немного кровоточили.
Кто-то открыл дверь, и я поторопилась вернуться в палату, надеясь, что это Эва, однако это был Дуг в компании Майлза.
– Горячий шоколад, булочки и сэндвич! – объявил Майлз.
В углу палаты был небольшой столик, мы сели за него, и по требованию парней я рассказала все о прошлой ночи. Вернее, почти все – слишком личные подробности я опустила. Когда я дошла до нашей встречи с волками, у парней округлились глаза. Они восхищенно уставились на меня, словно я превратилась в амазонку, окутанную ореолом героизма.
– Охренеть! – высказался Дуг.
– Мне бы точно запасные штаны понадобились, – кивнул Майлз.
– Если честно, у нас не было времени полноценно испугаться, – усмехнулась я.
Вернулась Эва, и я тут же встала, будто готовясь заслушать решение суда.
– Он жив. – От облегчения я рухнула на стул. – Но… пока чувствует себя не очень.
– Мне нужно…
– Он лежит в соседнем крыле. Если хочешь, я позову врача, чтобы обсудить твою выписку и передвижения по больнице. Или тебе плохо? Тогда мы с Майлзом…
– Нет! У меня все хорошо. Нужно только смыть с себя все это… – Я скривила лицо в отвращении.
Когда парни ушли, Эва подождала меня из душа. Подруга перед приездом собрала немного чистых вещей и выдала их мне.
– Прю, ты вообще осознаешь, сколько всего произошло за эти гребаные пару дней? – Эва встала в позу и с серьезным видом «мамочки» осмотрела меня. – Вот так каникулы, а?! Я стала невестой, а ты… Господи, да ты вообще прожила отдельную жизнь!
– Кстати! – спохватилась я, хватая телефон. – Фин! Он в курсе? Нужно позвонить, рассказать…
– Я ему звонила.
Странно. Почему же тогда у меня не было пропущенных? Эва прочитала вопрос в моем взгляде:
– Он ужасно шокирован, по его словам, и готов перевести любые средства, если потребуется.
– Так. И?
– Что «и»? Это все.
Я непонимающе уставилась на Эву, она молча пожала плечами.
– Он приедет?
– У него сделка сегодня. Конечно же, нет, – фыркнула Эва. – Я написала ему, что ты проснулась, час назад.
Ни одного сообщения. Да хоть бы смайлик прислал! Это заняло бы секунду! Его девушку чуть не сожрали волки! Ну разве нельзя поинтересоваться, как дела?
– Вижу, милая, о чем ты думаешь. Здесь даже у меня не найдется слов, чтобы оправдать этот козлиный поступок. И, знаешь,
