Читаем без скачивания Жесткий старт - Дмитрий Янковский

– Тебе пора, – сказал Ян. – Пойдем.

Черный, сверкающий как антрацит гравилет стоял на площадке почти у самого ограждения. Это была легкая, маневренная, почти спортивная машина, но между тем не лишенная определенного шика. Незнакомец уже сидел внутри и ждал девушку. Он надменно улыбнулся ей и кивком приказал сесть рядом, будто она и не была рабыней.

– Поскорее переодеть бы тебя… – вздохнул князь. – И отмыть. Ладно, займемся этим в ближайшее время.

Он дал знак пилоту, тот поднял машину над травой, сделал круг, а затем, набрав высоту, направил в сторону города. Ян грустно смотрел на эти маневры, но вдруг удивленно замер, заметив за стеклом шикарного салона улыбающееся лицо Таны. Нет, она не просто улыбалась, она светилась счастьем!

Охранник вздохнул. Надо же, как странно устроены женские сердца! Что такого мог сказать новой рабыне его светлость князь Шуо, если она так легко рассталась с апатией всего через час после выхода из карцера? Ян грустно смотрел вслед удаляющемуся гравилету, который, подобно хищной птице, уносил Тану в тот мир, куда Яну не попасть никогда. Ему казалось, что чем меньше становится в небе силуэт летающей машины, тем меньше радости остается в его сердце.

Глава 9

Встреча

Транспорт «Ротакас», груженный каучуковым соком с Новой Галлии, уходил от погони. Маршевые дюзы перегрелись от непрерывного потока бьющей в ледяное пространство плазмы. Два массивных стремительных рейдера не отпускали звездолет на расстояние субпространственного прыжка, нагоняя сзади, как акулы молодого китенка. Время от времени с «Ротакаса» давали очередь из противометеоритной пушки, но мощная лобовая броня рейдеров легко гасила температуру зарядов. Пираты нагоняли транспорт уверенно, зная, что он уже никуда не денется. Капитан головного пиратского рейдера, сидя за пультом, уже отдавал распоряжения абордажным командам, а навигаторы вычисляли параметры субпространственного скачка в систему Роло, куда должен быть доставлен похищенный груз. Но в разгар этой суеты связист неожиданно выкрикнул:

– Капитан, вам срочная суб-депеша!

– От кого?

– От его светлости князя Шуо! Передать на пульт?

– Да.

Капитан вывел сообщение на экран вспомогательного вычислителя и прочел:

«Корсар-командору Эчи Робицу срочно. Ваша семья вывезена в безопасный сектор пространства и находится в настоящий момент на искусственной верфи R-12. Жду указаний».

Пиратский капитан опустил веки и откинулся на спинку кресла. Несколько секунд он молчал, затем громко скомандовал:

– Прекратить преследование! Навигатору просчитать прыжок к верфи R-12!

Штурман удивленно обернулся:

– Через час мы его возьмем!

– Обстоятельства изменились. Я готов нести ответственность за свое решение.

– Но… Командор, мы не можем вторгнуться в систему на пиратских рейдерах!

Робиц нахмурился.

– А если оставить их за пределами системы? Я готов войти хоть на ионной шлюпке.

– Это займет слишком много времени на маневрирование. Быстрее совершить прыжок в систему Роло, взять гражданский корабль, а затем прыгнуть на R-12. Если поступить так, то глупо упускать транспортник.

– Пожалуй… Просчитайте оба варианта и доложите. У вас пять минут.

Корсар-командор включил общую связь и объявил пятиминутную паузу на принятие решения. При этом оба рейдера продолжали двигаться прежним курсом, постепенно нагоняя транспортник. Через пять минут навигатор доложил, что прыжок в систему Роло имеет преимущество перед орбитальными маневрами на ионной шлюпке и дает преимущество в сорок часов.

– Понятно, – кивнул Робиц. – Всем! Продолжить абордажное расписание! Общая готовность красного сектора!

Через сорок минут ведомый рейдер зашел в борт транспортника и выбросил абордажную мачту. Штурмовая команда в легких вакуумных скафандрах десантировалась на броню звездолета и начала работы по вскрытию главного шлюза. В течение десяти минут под натиском мощных плазменных резаков первый люк сдался и абордажная группа вступила в молниесный бой с передовыми силами внутренней охраны. Через три минуты сопротивление было подавлено, навигационная группа при поддержке штурмовиков захватила ходовую рубку, после чего субпространственные вычислители транспортника были перепрограммированы на прыжок в систему Роло.

– Домой, – улыбнулся штурман, подготавливая данные для прыжка.

– Не представляешь, как я на этот раз спешу, – произнес Эчи.

– Помощь нужна?

– Да. Мне пригодился бы опытный штурман.

– Тогда считай, что он у тебя есть.

За три месяца стать уважаемым человеком в пиратской республике Роло не просто. На самом деле это не удавалось никому, кроме Эчи Робица. Другое дело, что уважение среди корсаров измерялось в первую очередь деньгами, а в этом командору в огромной степени повезло. Груз, который он доставил в систему Роло вместе с угнанным транспортником, стоил целое состояние, точнее, был эквивалентен бюджету не бедной феодальной семьи. Хотя везение – штука тонкая. Робицу этот груз достался такими потом и кровью, что не каждый согласился бы пройти через это даже за большие деньги.

Вкладывая средства, всегда можно выручить еще большие средства. Не особо разбираясь в финансовых махинациях, командор все деньги вложил в приобретение двух рейдеров, пригодных для нападения на транспортные суда. Ему, беглому каторжнику, перешедшему все мыслимые и немыслимые грани, судьба не оставила ничего, кроме возможности выступить против законной власти в качестве космического разбойника. И он принял этот выбор ради спасения семьи. Груз, захваченный в первых двух удачных рейдах полностью покрыл все вложения и даже принес кое-какую прибыль. Три следующих захвата сделали Робица не только богатым, но и уважаемым – ни один из пиратских шкиперов до этого не выходил на разбой так часто. Обычно они, не желая рисковать впустую, сначала просаживали награбленное, а уж затем снова втискивали себя в замкнутое пространство скоростных рейдеров. У Робица такой возможности не было, и он не просаживал деньги, быстро превзойдя по состоянию большинство преступивших закон феодалов, осевших в пиратской республике. Среди них у новоявленного корсар-командора появились друзья и даже заинтересованные покровители. Однако с князем Шуо они сошлись ближе всего, поскольку тот сам бредил открытым космосом и в свои сорок лет мечтал о карьере пиратсткого шкипера.

– Ты бы не прогадал, если бы взял меня капитаном ведомого рейдера, – часто говорил он Робицу за ужином в ресторанчике.

– Но ты же не умеешь летать! – смеялся Робиц, прихлебывая из бокала.

– Я научусь!

– На обучение шкипера уйдут годы.

– Нет! Ты не учитываешь мои стремление и боевой дух. Я смогу!

– Ну, насчет шкипера не знаю. А вот третьим помощником капитана на моем рейдере…

– Ты серьезно? – князь Шуо чуть не уронил бокал, услышав это.

– Вполне. Только… Услуга за услугу, если не возражаешь.

– Да я готов на что угодно, черт меня побери!

– А на приятную туристическую поездку в одну из систем Девяти Миров? За мой счет, разумеется.

– Ты смеешься?

– Нет. Мне нужно купить троих рабов. Но я сам, понимаешь ли, вне закона. Говорят, что после моего последнего нападения на причалы Горала за мою голову назначили награду в семьдесят тысяч марок.

– Этого хватило бы заплатить по счету за сегодняшний ужин, – усмехнулся князь.

– По счету я и сам могу заплатить, – отмахнулся командор. – А вот совершать финансовые операции в Королевстве мне вряд ли позволят. Сможешь оказать мне эту услугу?

– Конечно!

– Тогда мы договорились, – улыбнулся Робиц.

И вот, через неделю после этого разговора он покинул систему Роло в сопровождении штурмана, чтобы высадиться на искусственной верфи R-12, где его ждала выкупленная из рабства семья. После выхода из субпространства командор не экономил на маневрировании, выжигая тонны топлива и беспощадно насилуя бортовой гравитатор, чтобы компенсировать постоянные перегрузки. В результате всего через четыре дня, по всей видимости, побив межсистемный рекорд, Робиц причалил свой круизер к внешнему причалу верфи.

Князь Шуо подготовил встречу семьи на высшем уровне – снял один из лучших отелей в главном тоннеле верфи. Благодаря вниманию и заботам его светлости Тана сумела хорошо отдохнуть и даже немного поправить здоровье. В последний перед прибытием отца день она приняла ароматную ванну и даже сделала себе маникюр, сокрушаясь о том, что ногти стали слабыми и короткими. Мама сильно сдала за три месяца рабства, зато Шива возмужал и окреп. Вечером, когда эмоции встречи немного улеглись, князь объявил, что заказал стол в лучшем ресторане и будет рад пригласить всех на семейный ужин.

За столом говорили мало, больше смотрели друг на друга. Три месяца, проведенные в рабстве, для каждого члена семьи Эчи превратились в долгие годы. Робиц сильно поседел, а госпожа Эчи Бари, мать Таны и Шивы, передвигалась при помощи трости, подаренной князем. Шива угрюмо пил, но ни отец, ни мать не хотели читать ему нотаций. Видно было, что психика сына сильно пострадала в неволе, так что он имел полное право расслабиться. Тана же на свободе начала расцветать. Робиц наблюдал за ней, радуясь тому, что дочь воспряла духом и вычеркнула рабство из своей жизни. Его лишь беспокоили ее бледность и слабость. Она не пила спиртного и часто откидывалась на спинку кресла, чтобы отдохнуть.