машины. И садись на заднее сидение.
— Ну, не злись, зай.
Юля пристально посмотрела на него.
— Ты мне мешаешь. Пересядь.
— Я больше не буду. Обещаю.
Юля убрала руки с руля.
— Отлично. Значит, мы никуда не поедем.
— Зая, ну ты чего…
— Я тебе не «зая».
— Максим, — подал голос Толик. — Ты лучше не спорь…
— Толь, я разберусь. Послушай, — Макс закинул руку на спинку сидения и наклонился к Юле, доброжелательно улыбаясь. — Я просто очень, по самые…
Его перебил стук в окно. От неожиданности подпрыгнули все трое. Юля быстро опустила стекло. Натянув ворот куртки на голову, под дождём стоял Дмитрий.
— Что у вас случилось?
— Ничего, — спокойно ответила Юля. — Просто Максиму нужно пересесть на заднее сидение.
— Да что ж такое! — Макс хлопнул себя по коленям. — Никуда я не пересяду. Мне так спокойнее. Баста!
Дима кивнул, обошел машину и открыл пассажирскую дверь.
— Макс, будь другом, пересядь в «семёрку».
— Саныч, да все на мази. Я тут помочь хочу.
— Максим, иди в «семёрку».
Макс выпрыгнул из машины и, демонстративно задев Дмитрия плечом, направился к остановившейся где-то впереди, за стеной дождя, «семерке».
Дима сел на пассажирское и встряхнулся, как мокрый пес.
— Поехали.
— Я их не вижу.
— Езжайте прямо, я знаю дорогу.
Юля кивнула и откинула мокрые волосы с лица. Печка грела исправно, но она все никак не могла согреться. Сырая, холодная одежда противно липла к телу.
— Егору не трудно рулить в такой ливень?
— Не бойтесь, справится. Видите, уже редеет, — Дмитрий отвернулся к окну. — Как на трассу выйдем — прояснится.
И действительно — ливень быстро иссяк. Не прошло и пяти минут, как через сизые тучи пробился луч солнца. В вышине еще рокотал гром, но уже глухо и будто бы устало. Гроза покатилась дальше.
Мокрый асфальт блестел, и Юля решила не торопиться. Егор, похоже, придерживался того же мнения, потому что скоро она нагнала «семёрку». Макс, сидевший позади Егора, демонстративно отвернулся.
— Я надеюсь, у вас не будет проблем с сотрудником? — спросила Юля.
— Посмотрим.
— Он всего лишь немного перешёл границы.
— Вы ему это позволили, разве нет?
— Чем, интересно? — удивилась Юля.
— Своим поведением.
— Я всего лишь общалась с ним, как и со всеми.
Дима усмехнулся и скрестил руки на груди.
— Ну да.
— Вы опять начинаете ко мне придираться на пустом месте, — Юля шмыгнула носом. — Похоже, ничего хорошего из нашего общения не выйдет. Давайте свернем его до минимума.
— Буду очень рад.
Толик на заднем сидении тяжело вздохнул.
Глава 5
С утра Юля проснулась с головной болью. Умылась, разбудила Люду, приготовила завтрак и поняла, что уже устала. Выпила кофе, бросила в сумку тубус с витаминами и поехала на работу.
— Юлия Сергеевна, из Следственного комитета звонили, — с порога обрадовала её Женя. — Сказали, перезвонят.
— Понеслось, — процедила Юля, и сердце заколотилось, как бешеное. — Что ещё?
— Письмо из Роспотребнадзора. Им поступила жалоба… Рекламщики звонили, спрашивали про баннеры по городу. С администрации звонила Анна Михайловна… Письмо у вас на почте. Какая-то встреча по малому и среднему бизнесу. И вы просили напомнить про решение по старому зданию для кафе.
— Да, спасибо. Женя, обзвони заведующих сервисов. Напомни им, что совещание в одиннадцать. И соедини меня с «Гайкой» прямо сейчас. Что-то они опять заказ везут частями.
На совещании вопили по любому вопросу, словно оправдаться можно было только деря глотку. Возмущенно обсуждали текучку кадров, нехватку ГСМ («Кто это на сторону реализует? Я?! Да упаси Боже!»), проблемы с выплатами от страховых, недовольных ценами клиентов, недовольных зарплатой сотрудников, крыс на складе, крыс с соседнего жилого дома, написавших жалобу в Росприроднадзор («Так разве мы виноваты, что наши мусорные контейнеры вывозят раз в месяц?!»), и так далее.
Юля всем дала выговориться, а потом пошла в наступление.
— Я ещё раз вам повторяю: нечего тянуть кота за хвост. Почему я все это узнаю на совещании? Антон Евгеньевич, прекратите меня перебивать! Вы свое слово сказали, теперь говорю я. С ТСЖ давно обсудили, где чьи контейнеры, вывозить должны каждые два дня. Вы сами не можете позвонить в «Экофест»? Если не можете решить подобный вопрос, я у вас из зарплаты вычту штраф от Природнадзора!
Совещание закончилось в два, тогда же зашёл Роман Иванович.
— Драгоценная моя Юлия, я сегодня, увы, с плохими вестями. С СК звонили. У нас проблемы.
— Я в курсе, — голова просто раскалывалась. — Новые пришли, старых подвинули и полезли в чужое бельё.
— Надо съездить, обсудить.
— Вы договорились по времени?
— Завтра утром сможете?
Юля достала телефон, открыла ежедневник.
— Да. Хм… Кто тут мне пишет…
— Юлия, а давайте пообедаем.
— Я сейчас поеду в «Вегу», автодельцы будут отмечать у нас открытие сезона. Вот, — она показала Роману Ивановичу сообщение. — Только сейчас Арсен написал.
— Ну, этого следовало ожидать, вы такую презентацию в Ассоциации устроили. Они в восторге были и от вас, и от предложения.
Юля устало посмотрела на Романа. Тот весело ей подмигнул.
— Жарко тут, — она собрала волосы и заколола их припасенными шпильками. — Поехали.
К вечеру голова начала кружиться. Юлю бросало то в жар, то в холод. По совету Романа она купила по дороге домой пакетики от простуды.
— Люда, ко мне не подходи, я, кажется, заболеваю, — с порога предупредила она сестру.
— Вчера промокла, да? — Люда в гостиной смотрела телевизор. — Ой, да-а-а… Выглядишь не ахти.
— Спасибо.
— Я там котлеты пожарила с картошкой…
— Что-то не хочу есть.
Утром Юля еле встала с постели. Ломало все тело — от ног до затылка.
— Может, дома денёк посидишь? — спросила Люда, наблюдая, как сестра, трясясь, залпом выпивает стакан с очередной шипучкой.
— Не могу.
В СК ничего нового не сказали. Предупредили о возможной проверке, о больших суммах и о последствиях, вплоть до условных сроков.
— Как будто по чьей-то указке копают, — возмущался Роман Иванович. — И с чего это заявление, что вы, как зам по юридической части, были тогда в сговоре с мужем? Как такое понимать?
— Разберёмся, — сейчас Юля об этом думать не могла. Побыстрее ушла к своей машине. Села на водительское и, закрыв глаза, запрокинула голову. Боль пульсировала в висках, дико ныли ноги. Юля чувствовала жар и тяжесть где-то в груди, а нарастающая слабость уже не раздражала, а пугала.
— Ладно, переживем, — она сморгнула и завела машину.
Проведя весь день в работе и измотавшись в край, под вечер Юля чувствовала себя настолько плохо, что побоялась сесть за руль.
— Роман Иванович, — она постучала в кабинет зама, открыла дверь. Перед глазами все плыло. —
