отдельный санузел. Кто бы сомневался, что мадам потребует себе платный больничный «номер». Дима на ходу стянул халат и вместе с шапочкой повесил на вешалку.
Люда и Егор ждали его у лестницы.
— Что с ней? К ней можно? — Люда походила на маленькую, перепуганную птичку и пищала так же — пронзительно и жалобно.
— Температура спала, сейчас капельницу ставят, — Дима взял девушку за плечо и, аккуратно развернув, подтолкнул к лестнице. — Идем, пусть отдыхает. Ничего с ней страшного не произошло. И она просила родителям не звонить.
— Я и не собиралась, — не очень уверенно ответила Люда. — А, может, ей что-то нужно? Ой, я же пакет в машине забыла!
— Мы его оставим на посту. Медсестра отнесет в палату, — Дима похлопал девушку по плечу. — Пошли.
Люда вздохнула и, обернувшись, растерянно улыбнулась.
— Спасибо, Дим. И что бы я без вас делала… Так испугалась…
— Все хорошо будет. Знаешь, а поехали к нам? Поужинаем, кино посмотрим, а вечером Егор тебя домой отвезет. Договорились?
— Конечно, да!
— Вот и отлично.
* * *
Бакстер лаял долго и громко, явно требуя внимания хозяев. Дима потянулся, сел на кровати и, протерев ладонями лицо в тщетной попытке взбодриться, глянул на часы.
Без десяти три.
— Иду, чёрт брехастый.
Бакс лаял не заливисто, но злобно, с рычанием. Кто-то, видимо, шумно прошлепал у забора, и пёс досадовал, что не может достать раздражающего его субъекта. Дима поднялся, выглянул в окно. Над крыльцом горел фонарь, и только благодаря этому свету можно было понять, что за калиткой кто-то стоит.
— Чтоб вас… — Дима стянул футболку со спинки стула и вышел в прихожую, по дороге подняв с пола шорты. Заглянул в зал. Там царила почти семейная идиллия — Егор и Люда спали на диване перед включенным телевизором, который едва слышно бубнил голосами актёров очередного сериала про нечисть. Дима взял пульт с подлокотника и выключил питание. Комната погрузилась в темноту и тишину, и только тут Дима понял, что Бакстер замолчал.
Сон как рукой сняло. Пробравшись через тёмную прихожую, Дима выскочил на крыльцо и замер, наблюдая за псом. Бакс просунул морду в щель между досок калитки и, виляя хвостом, с кем-то здоровался.
— Баксик, милый, узнал? Ты ж мой хороший!
Дима на мгновение закрыл глаза, вздохнул и медленно пошёл к калитке.
— Кто там? — спросил хрипло, сонно, сердито.
— Дима? Дима, это ты?
Он упёрся ладонью в косяк и склонил голову. Бакс завертелся у его ног — ждал, когда хозяин откроет. Рвался поприветствовать старую знакомую.
Бакс любил Свету.
— Димочка, открой пожалуйста, — старая знакомая всхлипнула. — Мне очень плохо.
Дима дёрнул задвижку и распахнул калитку. Из темноты неосвещённой улицы к нему навстречу бросилась Света, обвила тонкими руками его шею, прижалась к груди и зарыдала в голос. У их ног заскулил сконфуженный Бакс.
Дима застыл, опустив руки и поджав губы.
— Димочка, пожалу-у-у-уйста, — выла между всхлипами Света. — Пожалу-у-у-уйста… Мне идти некуда бо-о-о-ольше… Ди-и-има…
От неё пахло сигаретами и вишней. Как всегда.
Дима взял её за плечи и, оторвав от себя, вгляделся в знакомое лицо. Света хотела было отвернуться, но он поймал её за подбородок и заставил посмотреть на него.
— Только не спрашивай ничего, — прошептала она разбитыми губами.
Правый глаз заплыл, губы распухли, на щеке красовалась длинная ссадина, светлые кудрявые волосы торчали во все стороны.
Дима молчал, а внутри поднималась волна ярость. Кто её так? Какой ублюдок посмел коснуться этого милого, открытого лица? Дима против воли потянулся к ней. Обнять, взять на руки, прижать к себе, отнести в дом, на свою постель, дать ей все — тепло, нежность, защиту, а утром в благом гневе найти выродка, поднявшего руку на его фарфоровую девочку, и повозить тварь рожей по асфальту.
— Я тут ненадолго, — прошептала Света. — Больше некуда.
Дима резко выпрямился, отвернулся, обругав себя за очередной глупый порыв, за собственную слабость, за угли, которые он не уставал ворошить, хотя давно понял, что огонь помер.
— Только не спрашивай, — всхлипнула гостья. — Так вышло…
Дежурная фраза, которую Света бросала, из раза в раз возвращаясь к нему после очередного пинка судьбы, отрезвила лучше пощечины. Когда в её жизни штормило, она приземлялась на запасной аэродром.
Дима отпустил её и, шагнув в сторону, кивнул на дом.
— Проходи.
Света обхватила плечи руками, обернулась.
— Я там сумку оставила, — она шумно шмыгнула носом. — С вещами.
Дима выглянул за калитку, осмотрелся и схватил баул, брошенный у забора.
Света, вытирая ладонью слёзы, ждала его на крыльце, кутаясь в короткую кожаную курточку. Дима, не сказав ни слова, открыл дверь и пропустил девушку вперед. В прихожей она снова подождала его, то ли забыв, где что находится в этом доме, то ли смущаясь.
— Можно мне в ванную? — спросила тихо, убито.
— Конечно.
Она нырнула в темноту. Дима прошел за ней и свернул в маленькую спальню, которая когда-то была комнатой Егора, а теперь пустовала по причине отсутствия там телевизора. Кинул баул у кровати, включил свет и вышел, прикрыв дверь. На кухне умылся ледяной водой, бросил, встряхиваясь, хмурый взгляд на стоявшую у раковины бутылку дорогого коньяка — презент от благодарного клиента.
— Спасибо, — прошелестел нежный голос за его спиной.
— Есть хочешь? — спросил Дима, не оборачиваясь.
— Нет, — она помолчала. — Выпить бы…
Дима взял бутылку и протянул ей.
— Пожалуйста.
Света даже растерялась.
— А ты?
— Я не пью. Твои вещи в маленькой комнате. Спокойной ночи.
Он ушёл к себе, рухнул на кровать, лицом в подушку и долго лежал так, прислушиваясь к шагам чужой женщины в его доме.
Света пришла, когда он уже проваливался в сон. Села на кровать, положила руку ему на спину.
— Спасибо, — она склонилась над ним и зашептала, губами касаясь его щеки. — Ты такой добрый. Жаль… Очень жаль, что у нас ничего не вышло.
Она поцеловала его в висок, потом в шею под ухом и языком прочертила дорожку до самого плеча.
Дима перевернулся на спину и посмотрел на ночную гостью. Она была в его рубашке. Только в рубашке. Рукой упершись ему в грудь, она перекинула свою длинную, стройную ногу через него и села верхом.
— Знаешь, — шептала она через поцелуи. — Я скучала. И чувствовала, что ты ждёшь.
Дима не сводил с неё глаз и слабо отвечал на поцелуи.
Пробежавшись пальцами по его торсу, Света оттянула резинку шорт и приподнялась. Дима резко подался вперед, схватил за девушку за бедра и, ссадив с себя, вскочил на ноги.
— Димочка, что не так? — Света удивлённо посмотрела на него. — Ты же…
