с полки пирожок. С цианидом, ага.
— Послушай, — вмешался рыжий. — Это все правда. Мы наверняка сейчас выглядим в твоих глазах как полные психи, но поверь мне. Все не так просто, как кажется. Пророчество действительно есть. Его составила твоя бабушка.
Да отцепятся они уже от нее? Обычная у меня бабка была! Самая обычная! Вязать любила, с соседками все время на лавочке сидела, молодёжь обсуждала, семечки под сериалы лузгала. Самая обычная бабушка! Ну да, было иногда в ней что-то… не знаю. Осанка, манеры, привычка одеваться как первая леди города. Но мало ли причуд в мире! И мама моя была обычная — вышла замуж за обычного работягу, медсестрой в больнице работала. Папа же на заводе всю свою жизнь отпахал. Жили мы пусть и не слишком бедно, но и не жирно. И никаких драконов! Совсем!
— И что же оно гласит? — скептически поинтересовалось.
Дракон напевно продекламировал:
В тот день, когда луна закроет солнца диск,
Войдут на Землю кот и пес.
Найдут наследницу и обелиск,
И совершится перенос.
Сколь променяв покой на риск,
Дракон наследницы возрос.
Но будет благодати брызг.
Богиня пусть подарит грез.
Минуя битвы и клинки
Пройдут лишь трое сквозь тиски
Зеркальный шут запущен в бал
Корона кровью смоет зал.
Я хлопнула себя ладонью по лицу, прикрывая глаза и трясясь от беззвучного смеха. Все. Финиш. Моя бабка еще и стихи сочиняла… По стеночке сползла на пол, вцепившись в шерсть Уголька, чтобы не заржать в голос.
На меня посмотрели две пары обиженных глаз.
Глава 11
Отсмеявшись, утирая выступившие слезы руками, ощущая, как истерика плавно сходит на нет, оставляя вместо себя затаенную злость и некоторую обреченность, я все же соизволила уточнить:
— Ладно, котятки, про то, что вы шизофреники — это мне ясно, — схохмила. Ну что еще остается, когда оказываешься в полной заднице? Только не унывать и дальше лезть на флагшток за трусами. — Но как вы поняли, что я выживу, если даже этот ваш детский стишок заканчивается весьма плачевно, а?
Нет, ну я не так чтобы по поэзии, но в школе на литературу ходила и примерно представляю, что когда пишут «корона кровью смоет зал», это не то же самое, что «сядешь на трон и будешь править». Так что вопрос весьма актуальный, но, судя по слегка ошалелым взглядам мужиков, либо для них все слишком очевидно, либо они сами не задавались вопросом, как так вышло, что я должна выжить в этой последней строчке. Только сейчас до родимых дошло, что все плохо и хорошего пока не предвидится.
Пока они соображали, я все же решила взглянуть на притащенные мне шмотки, беря в руки платье. Ох… В ужасе смотрела на реально мешок из-под картошки. У меня даже на балконе такой валялся. Вот точь-в-точь. Коричневый, льняной, невзрачный… То, что к нему два рукава пришиты, еще не говорит о том, что это платье. И у меня там, кажется, чернилами еще штамп какой-то проставлен был. Тут такого нет, но что это за убожество я все равно никак не могла осознать.
— Это что? — спросила, надеясь, что парни пошутили и мне не придется это надевать.
Коснулась кривых швов. Верните мою футболку! Она хоть и китайская, а сшита намного лучше! Никогда больше не буду говорить, что Китай — это говно! Теперь верю, что бывает и хуже! Даже готова тот китайский тостер за тысячу купить, только верните меня обратно в мой мир! Я даже плакать не буду, когда он сломается!
— Это платье, — Рин забрал у меня тряпицу, расправляя ее в руках, словно желая показать товар лицом, так сказать, но как эту жуть ни встряхивай — в бальное платье она не превратится. Это все еще был мешок с дырками. — Оно не слишком шикарно, но местные это носят, — оправдался он.
Я тяжко вздохнула.
— Не слишком шикарно? У меня дома мешок из-под картошки из такой же ткани, — сказала как есть, беря в руки вторую длинную тряпицу, потеряв интерес к первой. Эм… Фантазия начала буксовать. Ткань чуть помягче, но теперь оно вообще прозрачное, как шторка, хотя при этом далеко не тюль. Хлопок какой-то. — Так, а это что?
Может, это кто-то уже просто истаскал до прозрачности, а теперь мне подсунули?
— Это нижнее платье. — Уверенно сказал Рыжий, тоже приближаясь.
— Нижнее платье, верхнее платье… У вас, кажется, лето? — уточнила, решая, что со всем этим делать.
— Да. Первый месяц цветения.
Хрен его знает, что это у нас, но будем считать, что июнь. А значит, жара, должно быть, дикая. Хотя вчера я ее и так ощутила на себе… Я ж упарюсь в этом всем однозначно! Нет, одно платье еще куда ни шло, но два?! Может, еще носки до колена под сланцы натянуть? Ах да… тут же деревянные калоши… даже не лапти. Трындец полный!
Вытянула вперед еще какие-то панталоны, больше напоминающие парашют. В нашем мире даже памперс менее объемный, или это, чтоб задница привлекательнее выглядела? Но тогда надо было еще тряпками набить это чудо, а то схватится мужик, а там тю-тю, воздух один!
Вздохнула. Так понимаю, это трусы.
— Отвернитесь, — указала, не видя пока что вариантов.
Ничего… раз мужики переоделись, то и я могу. Хотя у них на вид одежда лучше. Ткань качественнее, что ли… Но теперь мне стало интересно посмотреть на мужской вариант тех же самых панталон. Может, у них как раз с тряпками в заднице?
Мда. Будем считать, что я увлеклась реконструкцией. И только уже собиралась скинуть ночнушку, как заметила внимательный взгляд котяры. Сразу вспомнился разговор про разумность этих существ. Дикость, конечно, но чем черт не шутит. Вдруг правда не врали?
— А тебе специальное приглашение надо? — уточнила, чувствуя себя психичкой — разговариваю с котом, как с разумным. Докатилась… — Отворачивайся, или в следующий раз не просто в лоток засуну, а еще и башкой в унитаз макну, — глупо поугрожала.
Меховушка тут же злобно прищурилась и гордо отвернула нос. К слову, собакен еще вместе со своим хозяином повернулся хвостом, так что претензии были только к Рыжему.
Быстро переоделась, ощущая себя странно. Да еще платье на платье… Я бы вовсе выбрала какое-то одно, но то, что нижнее, вроде из какой-то более приятной ткани и прозрачное — если ограничиться им, соски точно будет видно, и не только, а если выбрать только верхнее, то сотру ж себе все! Надо ведь было выбрать такую жуткую ткань!
