уже мало напоминают плач…
До меня даже сквозь сон начинает доходить, что очевидно девчонки из соседней комнаты снова пустились во все тяжкие и втихаря привели себе парней. Ну или парня. Не знаю уж как там у них заведено, но они периодически проворачивают подобное безобразие. А мы с Милкой от стыда спать не можем спокойно.
И как только комендантша такое упускает? И ведь пропускает же как-то этих героев-любовников в общагу.
А меня вот… не пустила.
Точно.
Резко открываю глаза, вдруг осознав, что не могу сейчас быть в общаге, ведь я туда попросту попасть не смогла. И удивленно оглядываю комнату, шевеля одними глазами, боясь пошевелиться, или даже вдохнуть.
И
Даже в полутьме очевидно, что интерьер очень дорогой. Но весь какой-то холодный что ли. Все в серых тонах, что в свете тусклого пафосного торшера выглядит слегка неуютно.
А еще запах. Такой тяжелый, что аж легкие горят, когда я его вдыхаю. И голова кружится.
И я совершенно точно его знаю.
Алексей Михалыч.
Я в его доме. Этот факт не вызывает такого уж удивления — я смутно припоминаю спросонок наш разговор у общаги, да и комната явно выполнена в едином стиле со всем остальным домом — эдакая дорогая холостяцкая берлога.
Шокирует другое: кажется я в его спальне…
Влад ведь проводил мне экскурсию по дому, хвастался их с отцом огромным особняком. И лишь две комнаты оказались недоступны к просмотру: кабинет и… спальня его отца.
Так что я ее никогда не видела. До этого момента. И теперь ума не приложу как тут оказалась.
Не сама ведь пришла? Я вроде не страдаю лунатизмом.
Значит меня кто-то сюда принес?
Это ведь был не Алексей Михалыч?..
Я поджимаю губы, пытаясь справиться с дурацкими фантазиями лезущими в голову.
Что за чушь? Конечно это не он.
Вот еще, при таком-то штате разношерстных работников: от садовников до охранников, — сейчас бы самому какую-то девицу навязчивую таскать.
Скорее всего поручил меня своему водителю, тот и отнес. А я даже не проснулась.
Жуть какая.
Одно мне остается неясно. Зачем этот самый предположительный водитель меня именно в хозяйскую спальню определил?
Или Алексей Михалыч сам приказал?..
Может у них неожиданный ремонт в остальных комнатах случился? Или потоп? Или… не знаю, что там еще могло приключиться, что я вдруг оказалась в кровати самого Алексея Михалыча?!
И если у них правда что-то случилось, то где спит сам хозяин дома?
На это вопрос мне милосердно приходит ответ из космоса. Вернее… из-за стены.
Я снова слышу протяжный женский стон и вдруг осознаю, что хозяин дома собственно и не спит вовсе. Он наконец приступил к тому самому делу, которое откладывал из-за меня.
У меня горит лицо от стыда, когда в голову начинают лезть предположительные картинки того, что сейчас происходит в соседней комнате.
К слову, уши тоже горят. И шея. И живот. И вообще по телу будто жар разливается, пока я пытаюсь унять разыгравшуюся фантазию.
Но девица все продолжает стонать. Как назло.
У меня аж губы пульсировать начинают, и рот невольно приоткрывается, как если бы это я кричала так бессовестно.
Какой ужас.
Это ведь все неправильно!
Нет, конечно их личные отношения — их дело. Я и раньше не считала отца Влада святым. Но до этого момента я никогда… никогда не слышала, как его женщины кричат от удовольствия.
Что он там такое с ними делает, интересно?
Фу, боже!
Вот именно это неправильно, Марианна! Вот эта вот реакция неадекватная!
Человек в своем доме. Занимается своими делами. С кем хочет. И как хочет.
А вот ты тут гостья. Сделай вид, что спишь и уйми любопытство.
Шумно ей видите ли.
Переживешь и утром, как только автобусы оживут, вернешься в свою общагу.
Натягиваю на голову одеяло, стараясь оградить себя от нежелательных звуков, а заодно и мыслей. Но становится только хуже.
Нет, конечно так определенно тише. Но… это проклятое одеяло… Оно насквозь пропахло им. Ощущение, что еще несколько часов назад он точно спал здесь. На этом самом месте. На этом самом белье. И может не только спал…
Боги, Марьяна. Как не стыдно?
Но мне стыдно. В том и дело! Мне совершенно определено стыдно. За свои мысли. За то, что продолжаю слышать эти приглушенные звуки из соседней комнаты и чувствовать запах того мужчины. За неадекватную реакция своего тела на эту сомнительную ситуацию. За совсем неправильные ощущения…
Но я ничего не могу с собой поделать.
И как чокнутая продолжаю представлять… себя на месте той девицы.
Какой ужас…
У меня вообще-то парень есть! Жених, между прочим. А я тут лежу и теку в кровати его отца.
Позорище.
Возьми себя в руки и… спи уже что ли хотя бы!
Еще несколько бесконечных минут нервно ворочаюсь в чужой кровати. И вроде уже и звуки стихли. Но у меня буквально все тело ломит от напряжения. Аж в ушах трещит, как если бы я под высоковольтными проводами сейчас находилась. Каждая мышца в теле
