—О, Боже, бессовестный Джеймс Мэлори снедаем чувством вины? Неудивительно, что ничего в этом я не мог понять.
—Похоже, что такие минуты у меня случаются, — сухо произнес Джеймс, с неприязнью глядя, как брат покатывается со смеху.
—Что уж такого я сказал? — невинным тоном спросил Энтони. — Не придавай этому значения. Лучше выпей еще. — И он снова налил из бутылки. — Знаешь, — задумчиво продолжил он, не переставая улыбаться, — между мной, заставляющим представить дорогую мне девочку перед моими беспутными приятелями, когда каждый год она появлялась у меня (при этом, заметь, вели они себя в эти моменты безупречно), и тобой, бросающим ее в толпу головорезов...
—Которые все как один обожали ее и, пока она оставалась на борту, были весьма обходительными головорезами...
—Ну хорошо, несомненно с нашей помощью она получила хорошенькое воспитание.
—А что, не так? А отчего тогда она вышла за этого грубияна Идена?
—Киска любит его, вот в чем печаль.
—Ну, это я как-нибудь и сам мог сообразить.
—Успокойся, Джеймс. Тебе он не по нраву просто из-за того, что на нас слишком смахивает, а любой, на нас похожий, — не пара для нашей Регги.
—Извини, но я не соглашусь, мой дорогой. Именно по этой причине ты его не жалуешь. Мне же он нанес оскорбление своими чудовищными словами, которые бросил мне в лицо, когда после нашего столкновения в море уходил на своем корабле. А ведь к тому моменту мое судно они вывели из строя.
—Но ты ведь на них напал, — не преминул указать Энтони, уже слышавший почти во всех подробностях описание той стычки на море; знал он и о том, что сын Джеймса получил тогда ранение, и это побудило брата бросить свое пиратство.
—Речь вовсе не об этом, — отрубил Джеймс. — Между прочим, в дополнение к физическому он нанес мне еще одно оскорбление, засадив в прошлом году за решетку.
—Но только после того, как ты отдубасил его до неузнаваемости. И не ты ли говорил, что денежки на твой побег выложил Николас, прежде чем отплыть в Вест-Индию? Совесть, должно быть, замучила, а?
—Послушать его, так он это сделал, потому что меня к виселице не приговорили.
Энтони ответил громовым хохотом.
—На него это похоже, молокососа заносчивого. Но, братец, надо все же справедливым быть. Если бы тебя не арестовали, спасибо нашему благоприобретенному племянничку, тебе бы не удалось так безукоризненно организовать передачу с рук на руки имущества, якобы принадлежащего Хоку, сбросить с плеч этот груз и сжечь за собой мосты. Ты снова можешь ходить по лондонским улицам, не опасаясь слежки. За такое полагается выпить.
—С каких пор ты сделался защитником этого щенка?
—О, Господи, неужели такое могло показаться? — Энтони был буквально в ужасе. — Прошу прощения, старина. Можешь поверить, это больше не повторится. Паскудник он и зануда, пробы ставить негде.
—Но Ригэн заставляет его платить за это, — произнес Джеймс с улыбкой злорадства.
—Каким же образом?
—Всякий раз, когда он затевает пререкания с одним из нас и она случайно это слышит, она отправляет его спать на тахту.
—Ну это черта с два.
—Да нет, правда. Сам он мне об этом говорил. Тебе бы неплохо почаще навещать эту парочку, пока я буду в отсутствии.
—За это я выпью с радостью, — рассмеялся Энтони. — Иден на тахте. Чертовски занятно.
—Не более занимательно, чем та каша, которую ты заварил с твоей собственной женой.
—Не надо ко мне снова с этим приставать.
—И не собираюсь. Но надеюсь, ты все утрясешь до моего возвращения через несколько месяцев, потому как к тому времени ответственность за Джереми я с тебя сниму, а это, милый мой, лишит тебя последнего буфера. Ты и твоя маленькая шотландочка — с глазу на глаз.
В улыбке Энтони чувствовалась уверенность в себе, в то же время она была слегка озорной.
—Ты ведь поторопишься назад, правда?
9
Провожать Джеймса вышло все семейство — Джейсон и Дерек, Эдвард со всеми своими домашними, Энтони со своей малышкой-шотландкой, выглядевшей не лучшим образом, что было вполне объяснимо, поскольку недавно Энтони был извещен, что должен стать отцом. Джереми, этот негодник, сиял несмотря на то, что впервые за шесть лет после того, как его нашли, он расставался с Джеймсом. Он, вероятно, полагал, что убийство ему теперь простится, а присматривать за ним станет лишь один дядюшка Тони. Вскоре он обнаружил, что глаз с него не спускают также Джейсон и юный Эдди. Его держали в не менее, если не более жесткой узде, чем это делал Джеймс или его верный помощник Конрад.
Начавшийся прилив положил конец прощаниям. Все равно Джеймс вряд ли бы смог долее переносить муки похмелья, за которые он мог благодарить Энтони. В этом состоянии он едва не запамятовал о записке, адресованной шотландочке, где объяснялась ситуация со служанкой, в близости с которой она обвиняла своего мужа. Стоя на сходнях, он подозвал Джереми и передал ему записку.
—Проследи, чтобы это попало в руки твоей тети Розлинн, но чтобы при этом Тони не было поблизости.
Джереми сунул бумажку в карман.
—Надеюсь, это не любовное письмо?
—Любовное? — зарычал Джеймс. — Вон отсюда, щенок. И смотри...
—Знаю, знаю! — Джереми со смехом вскинул вверх обе руки. — Не сделаю ничего такого, что было бы тебе не по вкусу.
Он сбежал по сходням, прежде чем Джеймс успел отчитать его за невоспитанность. Однако на лице Джеймса играла улыбка, когда, обернувшись, он оказался лицом к лицу с Конрадом Шарпом, его первым помощником и закадычным дружком.
—Что там такое стряслось?
Джеймс пожал плечами, понимая, что Конни заметил, как он передавал бумажку.
—Решил в конце концов помочь братцу. Судя по тому, как Тони медленно из этого выпутывается, он вечно будет в этом барахтаться.
—Мне казалось, что ты собирался в это не ввязываться, — напомнил ему Конни.
—Ну, он все же брат мне, так ведь? Хотя не знаю, чего я о нем забочусь, после того, что он со мной вчера сотворил. — Он усмехнулся, заметив поднятые брови Конрада. — Добился, что я буду чувствовать себя совершенно разбитым, когда сегодня станем отплывать, паршивец этакий.
—Но ты ведь, естественно, этому не противился?
—Естественно, нет. Вот он меня и напоил до чертиков. Придется тебе, Конни, проследить за отплытием. Боюсь, что я на это сейчас не гожусь. Когда мы отчалим, сообщи мне, я буду в каюте.
Спустя час Конни налил порцию из бутылки ирландского виски, взяв ее из хорошо укомплектованного напитками шкафа в капитанской каюте, и подошел к столу, за которым сидел Джеймс.
—Не станешь же ты волноваться из-за этого паренька, а?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
