слезами разочарования в своей бездарности.
Яра в такие моменты советовала не торопиться и дать себе время привыкнуть к новым ощущениям, но мне хотелось быть полезной и питать духов чаще. Ведь химуры охотились именно за мной, до Луда и остальных им не было никакого дела. Девониру понадобилась посмевшая взбрыкнуть иномирянка, значит, я должна позаботиться о тех, кто решился мне помогать, пусть и на определенных условиях.
За эти дни самыми благословенными моментами для меня стали часы полета на Баге, когда Яра держала щит, и все могли пообщаться без страха быть застигнутыми химурами врасплох. Я заметила, что Трикс тоже как будто немного расслаблялся в это время и даже становился чуть более общительным, чем обычно. Ящер охотно отвечал на вопросы о новом для меня мире и старался объяснить то, что выглядело совершенно невероятным.
Оказалось, что здесь когда-то на заре времен свободно жили не только люди, но и духи. Однако между ними частенько происходили столкновения. Люди боялись отличных от них призрачных существ и всячески старались избегать общения, а духи нуждались в людской энергии для продолжения своего бесконечного жизненного цикла и поддержания потоковой магической составляющей мира.
Когда люди принялись особенно активно бороться с духами и защищаться от них, те оголодали настолько, что начали нападать и вытягивать из жителей энергию досуха. Люди слабели и умирали, призрачные существа становились все злее и злее. Тогда Прародитель всего живого, первородный дух, договорился с правителями стран о том, что его нематериальные подопечные будут жить внутри животных Запретного леса, а люди начнут совершать особые ритуалы, делясь таким способом энергией с призрачными сущностями. Только раз в году духи могли покинуть животных и свободно перемещаться по земле. Духов день стал для всех особым праздником.
В мире установился баланс, и многие давным-давно забыли, как все начиналось. Даже Луд, услышав эту историю, удивился и долго посмеивался над словами панголиона. Но я видела в рассказе Трикса определенную логику, иначе почему вся жизнь местных строилась на этих самых ритуалах.
На исходе третьего дня, когда мы снова на спине Бага парили над лесом, ящер вдруг объявил:
– Завтра будем в столице. Нужно подготовиться.
– Как завтра? – Я не поверила своим ушам. – Разве Фориста находится посреди Запретного леса?
– Нет, – отозвался Трикс. – Город расположен на высоком холме в центре самой крупной в Дираме равнины. Это особое место, и там многое не поддается никакому объяснению. Есть предание о том, что Фористу создал великий Прародитель. Но сейчас не об этом.
Ящер испытующе посмотрел на каждого из нас, будто оценивал, насколько нам можно доверять, и продолжил:
– Через два часа мы пересечем границу Запретного леса и остаток ночи пролетим над секторами главной равнины. На рассвете Баг доставит нас в одно укромное место в столице, но дальше с полетами могут возникнуть проблемы. Мы не просто так путешествуем ночью. Королевские стражи, ловчие и колдуны повсюду. Вряд ли они отнесутся с должным уважением к оборванке, нищему селянину и кучке магических существ.
Трикс повернулся ко мне и сказал:
– Тебя не должны увидеть раньше прибытия во дворец и регистрации у наблюдателей отбора.
– Согласна, – пророкотала Яра. – Королевская семейка и все их прихвостни – нам не союзники.
– И как это понимать? – с тревогой уточнила я. – Разве во дворце опасно? Тогда зачем же вы туда так стремитесь?
– У нас своя задача. К тебе это отношения не имеет, – неохотно ответил ящер. – Ты заключила со мной договор, стоит его придерживаться.
Напоминание о соглашении неприятно кольнуло и заставило задуматься о том, а так ли мы близки, как мне казалось. Может, не стоит доверять тем, кого я знаю всего-то несколько дней?
Трикс явно заметил мои сомнения и сказал:
– Не волнуйся, мы тебя не предадим. В наших интересах, чтобы ты дошла до финального испытания.
– До финального? – изумилась я. – Но я не стремлюсь замуж за принца. Я его даже не знаю. Мне главное – получить медальон полноправного жителя Дирама и небольшую награду. Их дают уже после первого испытания. Или я ошибаюсь?
Яра и Трикс переглянулись.
– Ты, видимо, не до конца понимаешь, что такое отбор, – вздохнул ящер. – Видишь ли, сейчас страной правит королева Магда. Ее муж – принц-консорт и никакого политического веса не имеет. На отборе будут выбирать супругу для принца Рикмана. Он старший из близнецов. Его брат, Лиам, родился вторым и на престол претендовать не может. Им по двадцать шесть сейчас.
Ящер замолчал и уставился перед собой немигающим взглядом, будто вспоминая что-то личное, и мне показалось, что для него все эти имена многое значат. Луд громко зевнул, явно потеряв всякий интерес к предмету нашего разговора. Трикс вздрогнул и помрачнел.
– Есть еще принцесса Карейн, ей двадцать один, – продолжил он, но его тон переменился и стал на порядок холоднее. – Каждый член правящей династии себе на уме, и я не даю гарантий, что на предстоящих испытаниях никто из них не устроит какую-нибудь каверзу.
– С чего бы? – в недоумении спросила я. – Если они не хотят женитьбы принца, зачем тогда отбор организовали?
– Рикман достиг брачного возраста еще три года назад. Но королева так и не объявила отбор. А теперь уже вопрос стоит очень остро. По завету Прародителя будущий правитель Дирама должен взойти на престол в двадцать семь. При этом он не может быть холостым. Этот отбор – последний шанс Рикмана обзавестись супругой и получить трон. Если бы за прошедшие годы провели несколько отборов, то было бы проще.
– А королева, видимо, не жаждет расставаться с престолом, – протянула я, уже догадываясь, что этот мир не стал исключением, и тут, как и у нас, борьба за власть не теряет своей актуальности.
Трикс уставился на меня с подозрением, и я пожала плечами:
– Не смотри так. Я просто предположила. Может, там не только королева хочет власти, а еще и младший принц или принцесса. Не думаю, что богатейшие люди страны отличаются искренностью и благородством. В моем мире, по крайней мере, все именно так и обстоит. Я буду удивлена, если у вас как-то по-другому.
Ящер сжал челюсти и процедил:
– Вокруг престола творятся скверные дела. Но я давно не был во дворце и не знаю, какая там сейчас обстановка. Тебе придется самой во всем разобраться. Только никому не доверяй, каким бы приятным тебе
