– Ах да, – Искатель обворожительно улыбнулся. – Перейдем к делу, то есть к цели нашего визита. Мы явились к тебе, о славный Эарендил, ну, как бы помягче сказать, за Сильмариллом.
– Угу, ясно, – почти с облегчением ответил Эарендил, и водрузил шлем на место. Забрало открыл, обнажив веселую улыбку. – Ну, наглецы! Ребята, вы мне нравитесь, но камень я не могу отдать никому.
Минут пятнадцать убеждал Гордон хозяина корабля, сулил мыслимые и немыслимые блага, но Эарендил только смеялся, а когда Гордон умолк, выдохнувшись, Эарендил веско добавил:
– Мне предлагали за камень власть над этим миром, – грустная улыбка столь же украшала лицо небесного воина, как и веселая. – А ты мне: Пентиум Семь, Пентиум Восемь! Зачем они мне?
– Что же, хорошо, о Эарендил Победоносный, – так же грустно улыбнулся в ответ Гордон. – Оставайся тогда со своей судьбой и со своим камнем. А нам пора.
– Постойте, постойте, – Эарендил замахал руками. – Бутылочку то оставьте.
– Ишь, хитер, – осклабился Гордон. – Ладно, держи. Для хорошего чело…, или не человека, не важно, ничего не жалко. Но помни Эарендил, что беря от нас подарок, ты рискуешь тем, что наши пути еще могут пересечься, в прошлом или в будущем.
– Да, я понимаю, – просто ответил Мореход. – Но это не страшно. То человеческое, что еще осталось во мне, говорит, что вы – парни что надо, а вот моя нечеловеческая часть вас просто не видит. До свидания, Гордон и Василий, всего вам хорошего.
– До свидания, – Гордон махнул рукой, и первым вступил в розовый туннель, что раскрылся прямо над палубой, повинуясь воле Искателя.
Спустя пятнадцать минут глаза Василия вновь привыкали к темноте Ондулова подвала. После корабля Эарендила здесь казалось мрачно и грязно.
Глава 10.
Несмотря на то, что вояж к Эарендилу закончился неудачей, Гордон не выглядел разочарованным. Напевая под нос известную песенку, и при этом изрядно фальшивя, он проводил инвентаризацию. Решал, что оставить в доме Ондула, и, соответственно в мире Толкиена, а что забрать с собой, домой, на землю. Василий наблюдал за сей занятной процедурой из кресла, к вещам его Гордон не подпустил.
– Так, аппараты летательные «Аэр» – две штуки, – Гордон поставил в списке галочку. – Долой, – и отложил два известных уже ранца в левую кучку. – Так, водолазный костюм. Можно оставить, – и костюм перекочевал в кучку вещей справа. – Коньки, – недоумение украсило лицо Гордона. – Откуда здесь коньки? Я же их сюда не брал? Или брал? Все равно не умею на них кататься. Ладно, домой отвезем.
Когда все вещи были разобраны, оставляемая часть свалена в кладовку, специально отведенную гостеприимным хозяином под вещи Гордона, а остальное упаковано Гордоном в два увесистых тюка, Искатели отправились прощаться с хозяином. Купец пожал руку Василию, с Гордоном обнялся, спросил:
– Когда тебя теперь ждать?
– Не знаю, – Гордон улыбнулся так тепло и душевно, как Василий никогда не видел, да и не ожидал от бесчувственного америкоса. – Не раньше, чем через месяц, – и Гордон взгрузил на себя тюк, а также заранее принесенного Маэдроса.
– Увидимся, – махнул на прощание хозяин, и ступеньки заскрипели под ногами нагруженных Сильмариллами, эльфом и прочим хламом Искателей.
Темнота подвала приветливо встретила их, и тут Гордон в очередной раз огорошил Василия, заявив:
– Сейчас ты будешь открывать тоннель! – и сгрузил эльфа на пол.
– Я, а-а? – от неожиданности Василий начал заикаться.
– Ты, ты. Пора же тебе, наконец, учиться, а не только мне за пивом бегать и свечки держать. – Гордон зажег свечу, из мрака выступил пюпитр с книгой.
– А как?
– Очень просто. У тебя же есть эта способность. Закрывай глаза. Закрыл? Теперь представляй себе мой подвал. Помнишь его? Отлично. Время нам сейчас не важно, оно будет абсолютно, т. е. там прошло столько же дней, как и здесь. Поэтому ориентир только пространственный. Представляй подвал как можно ярче, остальные мысли гони. Вспоминай детали, – Василий напрягался, честно пытаясь выполнить указания, но подвал никак не желал возникать, в голову лезла какая-то чепуха. Наконец после почти десяти минут усилий, когда он готов был сдаться, он увидел подвал Гордона так явственно, словно сам в нем находился.
– Вижу!
– Не ори, – поморщился Гордон. – Молодец. А теперь представляй, как от тебя к моему подвалу тянется проход, дорога, тропинка. У каждого здесь свой образ. Как увидишь розовую вспышку – все, получилось, – Василий представил, и почти сразу увидел, как розовая, словно кожа младенца, дорожка побежала от его ног к подвалу Гордона. Когда она достигла цели, в глазах полыхнуло, и Василий их открыл.
– У меня получилось!?
– Да, получилось. А теперь – вперед. Иди первым – не заблудишься. В наш мир ведет только одна дорога.
– Ух, здорово, – и Василий бодро зашагал по розовому коридору, вырванному им самим из небытия. – А внутри нашего мира так можно?
– Нет, внутри нашего мира переносы не работают. А то, много народу захотело бы проникнуть в банковские хранилища, минуя замки и охрану.
Далее шли в молчании. Дорога домой показалась Василию раза в два длиннее, чем в мир Толкиена. Наконец, впереди замаячил черный туман, упираясь в который, туннель заканчивался. Василий вопросительно оглянулся на Гордона.
– Закрывай глаза и шагай в туман. Мы уже на месте.
Возникло ощущение падения, затем пол ударил в ноги. Василий вздохнул и открыл глаза. Первое путешествие в мир иной, мир иной, мир интересный и сказочный, закончилось.
Поднялись по лестнице. Гордон выглядел весьма утомленным. Еще бы, тащить на себе такого бугая, как Маэдрос, который не за красивые глаза получил прозвище Высокий, да кроме эльфа, еще и здоровенный баул. Эльфа Гордон развязал, но запер в комнате «для гостей», как он выразился. При этом гостеприимный хозяин спросил:
– В туалет не хочешь? Нет? Ну, тогда сиди тут. Скучно тебе будет, окон тут нет. Не обессудь. А если вдруг поесть или там еще чего – нажми вот это, – и Гордон показал на кнопку, вделанную в стену около двери. Заперев эльфа, Гордон обратился к Василию. – Все, переходим на английский.
– А я уж привык к Вестрону, – улыбнулся Василий.
– Ну не будешь же ты разговаривать на нем в магазине или на улице, – ответствовал практичный американец. – А теперь – спать. Завтра пойдем к Дьюри.
Проснулся Гордон от противного верещания звонка. Звонок верещал и верещал, пока до Искателя не дошло, что работает сигнал из «гостевой». Чертыхаясь, хозяин дома побрел туда, где запер эльфа.
– Чего тебе? – крикнул сквозь дверь.
– Что-что! Надо мне. Открывай быстрее! – эльф хоть и эльф, но кое-что человеческое ему не чуждо, совсем не чуждо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
