ухмыльнулся и сделал шаг мне навстречу, одним движением скидывая рубашку с мощных плеч, на которых перекатывались мышцы. Он был божественно красив и демонически раздражен. Убийственное сочетание, особенно для меня. Надо бежать, но кто же меня отпустит?
– Ты что делаешь? – прошептала я севшим голосом, когда Сильх оказался рядом со мной. Разъяренный, в одних низко сидящих на бедрах штанах, он уперся рукой в стену у моей головы.
– А что? Ты ведь всегда хотела именно этого, Флави? Разве не так? – зло выдохнул он и склонился к моим губам.
– Нет-нет-нет! – завопила я и уперлась руками в его голую грудь. Но это, кажется, его только развеселило. Сильх положил руки на стену и давил на меня своей массой, а я чувствовала под ладонями теплую, упругую кожу и слышала, как бьется под подушечками пальцев его сердце. – Пусти же!
Я разозлилась и хлопнула по обнаженной коже ладонями посильнее. Сильх даже сопротивляться не стал, тут же отступил и лениво посмотрел на меня.
– Что-то не так, Флави-и?
Мое имя перекатилось у него на языке, и по позвоночнику пробежали мурашки. Я ненавидела себя за эту реакцию на низкий, с хрипотцой голос.
– Ты же бегала за мной, как болонка. Пришла сама, на что надеялась? Ты теперь не маленькая папина игрушка… Я же сказал, тут тобой буду играть я. Не боишься, что наши игры могут отличаться?
– Я теперь большая игрушка! – обозлилась я.
– Вот и я о том же, Флави, – с явным удовольствием заметил Сильх. – Ты теперь большая. И на что ты надеялась, прячась в шкафу у меня в комнате?
– Надеялась я на то, что тебя тут не будет! Но прости, не успела изрезать твои рубашки! – Версию мести я придумывала на ходу. Нужно было утопить бдительность парня.
– Зачем тебе резать мои рубашки? – удивился Сильх.
– Ты испортил мои волосы, я – твои вещи. Справедливо.
– Справедливо было сидеть в Холмах и не отсвечивать после того, что ты сделала.
– Я не могла там оставаться!
– Допускаю, папа может быть несносен. Но это не мои проблемы! Убирайся из академии!
– Не дождешься! – оскалилась я и дернула кофту, которая совсем сползла с плеча. Это было уже неприлично. Взгляд Сильха зацепился за что-то на моей руке.
– Ну что ты там увидел? – раздраженно уточнила я.
– Синяк, – холодно отозвался парень. – Откуда? – В его голосе был хрустящий лед.
Я перевела взгляд и разглядела на бледной коже отпечаток пятерни.
– Вот урод! – вырвалось у меня.
– Кто?
Сильх тут же снова оказался рядом и обхватил мою руку, разглядывая синяк так, словно никогда раньше ничего подобного не видел.
– Да этот ваш придурочный мэрш, – отозвалась я. – Ему не понравилось, что я настучала ректору. Урод! Как вы у него учитесь? А мне не нравится, когда меня хватают. Он держал, я вырывалась. Вот и все. Ничего интересного. Ну, так я пойду?
– Побежишь Флави. Ты отсюда побежишь и больше не вернешься. По крайней мере, в эту комнату. Ты меня знаешь…
– Знаю.
– От меня лучше держаться подальше.
– Я и держусь.
– Нет. Ты приехала сюда, на мою территорию, ты пришла в мою комнату и все еще надеешься, что тебе это сойдет с рук.
«О, мне не только это сойдет с рук», – подумала я и пулей вылетела в коридор. Идти сейчас к себе определенно было нельзя. У меня горели щеки, дрожали руки – совершенно не то состояние, в котором стоит показываться друзьям, поэтому я пробралась обратно на крышу. Сейчас тут было пусто.
Немного трясло после общения с Сильхом. Этот мерзавец всегда мог заставить меня все чувствовать очень остро.
Я подошла к краю крыши и легко запрыгнула на парапет. Замерла, раскинув руки, вдохнула полной грудью воздух, уже пахнущий осенью и скорым увяданием природы, и представила, что лечу. Надеюсь, никто не припрется и не нарушит мое уединение. Или хотя бы не заметит, что я тут.
Уже был отбой. Он прозвучал, пока я сюда поднималась. Оказывается, сэршелы дисциплинированны и не шатаются по академии, когда запрещено. По крайней мере, открыто. А я нет. Всегда нарушаю правила и веду себя как хочу. Ну что мне сделают, если поймают? Отругают? Так я переживу.
Единственное, если застанут тут, балансирующую на краю крыши, потом утомишься доказывать, что не хотела сигануть вниз. Мне просто нравится ветер в лицо и ощущение полета. Я контролирую свое тело, меня страхует магия и многолетний опыт, я просто хочу подумать. А думается мне хорошо именно так.
Надо признать, я провалила свою миссию, даже не успев начать воплощать ее в жизнь. Чуть не позволила нахалу себя поцеловать, устроила некрасивую месть, за которую он завтра будет мстить мне, и мы снова войдем в тот порочный круг, который в прошлый раз закончился очень плохо.
Не для меня, правда. Но за это стыдно. До сих пор. И именно тот случай, о котором я даже вспоминать не хочу, сейчас стоит между нами. По-хорошему, мне первой стоило сдаться. Забыть эти проклятые волосы, перетерпеть, потому что мне нужен Сильх, потому что в прошлый раз я поступила плохо, но… я не смогла проглотить. Я никогда не молчу и не отступаю. Поэтому поругалась с преподом, поэтому отомстила Сильху… Плохо, но я ничего не могу поделать.
А еще он задел меня за живое, когда сказал, что я всегда хотела его. Это был удар под дых. Не думала, что ему известно о моей глупой, детской влюбленности, из-за которой я и начала делать ему гадости. Сначала небольшие, и скорее не ему, а его подружкам, а потом все сильнее и сильнее. Входила во вкус. Хотела привлечь внимание. И в конечном счете привлекла. Сильх меня возненавидел. Я была маленькой несдержанной идиоткой. Сейчас выросла, но все такая же несдержанная идиотка.
Я услышала голоса на крыше и спрыгнула с парапета. Отступила в тень и затаилась. На щеках еще не просохли непрошеные слезы, поэтому мне было остро необходимо, чтобы меня никто не заметил.
Когда услышала свое имя, хотела выйти. Кричали девчонки, но потом я подумала и не стала. Вернусь попозже, когда успокоюсь. Зачем они вообще пошли меня искать? Куда я могу исчезнуть в академии…
На крышу никто не пошел. Меня просто покричали от входа и сдались, а я выбралась из тени и уселась обратно на парапет, разглядывая темное, усыпанное звездами небо. Так и сидела почти всю ночь, пока на горизонте не расцвела полоска рассвета. Пора идти к себе. Если повезет, Китти спит, а завтра с утра я
