трудом. – Это я виновата… Ушла и никому ничего не сказала. Не привыкла, что до меня кому-то есть дело. Я не лучшая подруга. Но обещаю, стану учиться. Ученица, правда, я тоже не лучшая… – добавила мрачно.
– Ты и не обязана отчитываться. – Китти вздохнула. – Это я подняла панику. Не знаю, почему мне в голову не пришло, что у тебя просто могут быть свои дела. Из всех вариантов у меня в мозгу засядет обязательно самый страшный.
– Я ходила мстить… – призналась я с выдохом.
– Что? – удивилась соседка.
– А ты думала, я оставлю обрезанные волосы без ответа? Нет, конечно же! Никому ничего не сказала. Во-первых, не хотела, чтобы вы меня отговаривали. Во-вторых, не хотела никого подставлять. Когда завтра Сильх будет бегать бешеный и метать молнии, вы честно скажете, что ничего не знали…
Нора и Рон были не в курсе утреннего конфликта. Пришлось рассказать и им. В итоге спать мы пошли поздно, на завтрак едва не опоздали, а когда спустились в столовую, там царило оживление. Народу было больше, чем обычно, и едва я оказалась на пороге, как в мою сторону направилась Сабрина и заявила:
– Убийца!
Глава 7
– Что?
Я остановилась и нахмурилась. Такое обвинение даже для Сабрины было слишком. О каком убийстве она говорит? Надеюсь, это такая фигура речи?
– Ты, конечно, перешла все границы, Флави…
Кажется, Сабрина наслаждалась ситуацией, и, по всей видимости, моим непониманием тоже. Народ притих. Тут все знали больше, чем я. И это бесило, но разобраться мне не дали.
– Сэршел Флави?
На входе в столовую показался немолодой усатый мэрш.
– Да? – растерянно отозвалась я и оглянулась на таких же недоумевающих друзей, которые застыли у меня за спиной.
– Вас хочет видеть ректор.
– А я его – не очень, – призналась честно. – Я бы позавтракала сначала. К тому же ректора я видела не так давно. Точнее, еду я не видела дольше, чем ректора. Можно сначала поесть?
– Это не обсуждается, – отрезал мэрш и развернулся к выходу, даже не посмотрел, нехороший человек, пошла ли я следом.
Да что тут вообще происходит?
Я едва поспевала за торопливым шагом мэрша. В коридоре меня провожали шепотки, но никто так четко и не сказал, что тут творится. Неужели и правда кого-то убили? Но как это возможно в боевой академии, которая всегда была местом надежным и безопасным? Ну и второй вопрос… При чем тут я?
Ректор ждал нас в кабинете. С его стола спрыгнула, одергивая юбку, красивая блондинка, та самая невеста Сильха. Совсем неожиданный поворот. Я даже рот от удивления открыла, но, кажется, кроме меня, никто этой сцене не удивился. Правда, сопровождающий меня мэрш смущенно кашлянул.
– Ну простите, мэрш Адриан! – фыркнула девушка. – Надо стучаться. А тебе… – Она посмотрела на меня, кстати, весьма дружелюбно. – Удачи!
– Рина! – шикнул на нее гранд-мэрш.
– А я не про разговор с тобой! – отмахнулась блондинка. – По этому поводу я свое мнение высказала. Я про Сильха…
– А что Сильх? – насторожился гранд-мэрш.
– Неважно… – отозвалась Рина и хмыкнула. – Главное, она знает!
Я и правда знала. Меня смутило, что и Рина тоже в курсе. Эти двое до сих пор близки? А ректор? Что связывает ее с ректором… Стоп… И вот тут я вспомнила, где его видела! И в моей бедной голове все запуталось еще больше.
Два года назад, желая насолить отцу, Сильх объявил, что хочет жениться. В качестве невесты представил весьма вульгарную блондинку, совсем не в его вкусе. Свадьбу тогда сорвали, потому что на сердце и руку девушки оказался еще один претендент. Гранд-мэрш Натаниэль Лерье, нынешний ректор академии. Правда, тогда Рина послала их обоих. Но, видимо, история имела продолжение, просто я не в курсе.
– Проходи, Флави, присаживайся.
Ректор не знал о ходе моих мыслей, поэтому, как только Рина упорхнула, перешел к делу.
– Рассказывай, где была вчера вечером, пока тебя все искали.
– Меня не все искали. И я же говорила. Гуляла.
– Где ты гуляла? Подробнее, шутки закончились.
– Да что случилось?
– Убили мэрша Киана… причем убили очень специфическим способом, что заставляет думать о том, кто наделен магией фейри.
– А я тут при чем?
– Ты с ним поругалась вчера два раза, и тогда, когда его убили, тебя никто не мог найти. И лучше тебе сейчас быть очень убедительной.
Я сидела, смотрела на гранд-мэрша и не могла поверить в то, что это происходит со мной. Обычный день, солнышко светит в окна кабинета ректора. На столе пачка рабочих документов, обстановка совершенно непохожа на сон. Но реальность настолько странная, что я отказывалась ее принимать. Меня серьезно подозревают в убийстве скандального препода-женоненавистника? Он даже после смерти умудрился мне нагадить! С трудом верилось, что он испортил отношения только со мной!
– Так где ты была, Флави? – спросил гранд-мэрш. – И почему не пошла со своими друзьями на ужин, хотя обещала?
– Поверьте, не потому, что отправилась убивать. Я же не идиотка!
– Говорят, ты взбалмошна и неуправляема, – уклончиво отозвался ректор.
Это он так тактично опроверг аргумент про «не идиотку»? Или мне показалось?
– А вы меньше верьте слухам, – парировала я. – Мэрша я не убивала. Это бред! Из-за учебного скандала убить?
– Так попытайся убедить в этом хотя бы меня. Потому что других подозреваемых сейчас нет – это раз, ну и два – тебя видели еще вечером в парке, и снова ты ругалась с ним. Там встреча была не учебная.
– Он злился, что я рассказала вам об использовании магии на соревнованиях. Просил меня изменить свои слова. Я его послала и ушла. Все. Какой скандал?
– Не знаю. Меня там не было. Мэрш Киан не расскажет…
– А мне веры нет? Так? – возмутилась я, но ректор только пожал плечами.
Мне действительно не особо верили. Я не чувствовала агрессии. Но сама мысль о том, что меня подозревают в убийстве, пугала и заставляла злиться. Может, это очередная попытка Сильха выставить меня из академии? Мог ли мой «братик» убить? Точнее, вопрос поставлен неверно. Я знаю, что все мы способны на убийство, вопрос в цене. Так ли сильно он хочет выставить меня отсюда, что способен убить?
Из мыслей меня выдернул голос ректора.
– Мне хочется тебе верить, Флави. К сожалению, в таких ситуациях важна не вера, а факты. Чем подробнее ты расскажешь мне про свой вчерашний вечер и ночь, тем лучше для тебя же. Поверь, никто не хочет обвинять тебя в том, чего ты не совершала.
– Я не собиралась идти на ужин, – призналась
