мире темных сил, правительство наше, в лице С. Ю. Витте и В. Н. Кокоцова, не только не боролось с угнетающим народ ростовщичеством, но безотчетно поощряло последнее, финансируя средствами Государственного банка еврейских банкиров, а те — еврейских скупщиков всякого рода. О, если бы этому аду был, наконец, положен предел! О, если бы государственные миллиарды вместо того, чтобы создавать враждебный отечеству еврейский капитал, обратились на создание народного кредита!.. Бесполезен будет и дешевый кредит, если не поставить преграду массовому спаиванию народа»[238].
В основе конфликта лежал вопрос о подведомственности Крестьянского банка. По мнению А. В. Кривошеина, он должен был быть подведомственен ГУЗиЗ, по мнению В. Н. Коковцова — министерству финансов.
Что касается промышленного развития страны, то в начале XX в. ему уделялось повышенное внимание правительства.
Развитие капиталистического производства исторически связывается по мере прогресса средств производства с централизацией капитала. Одной из форм этой централизации являются акционерные компании.
История акционерных обществ в России начинается в 1799 г., когда была основана Российско-Американская компания. В период, когда В. Н. Коковцов был министром финансов, можно отметить резкое увеличение учредительства акционерных компаний разного профиля, их открытие и увеличение капитала в результате их деятельности (см. график 2,3).
График 2. Учредительство акционерно-паевых предприятий в России во временных периодах с 1799 г. до 1917 г[239].
График 3. Данные акционерного учредительства на основные даты с 1861 по 1917 г.[240]
Данные графиков свидетельствуют, что 1911–1913 гг. можно отметить как годы промышленного подъема в России. Как министр финансов В. Н. Коковцов создавал благоприятную среду для возникновения акционерных обществ. Роль акционерных обществ в экономике значительна, поскольку они расширяли инфраструктуру рыночной дореволюционной экономики России, создавали условия дополнительных возможностей и частных инвестиций в народное хозяйство. Из 1087 акционерных предприятий, которые открыли свою деятельность с 1901 по 1913 гг., 30 % по числу и 35 % по капиталу являлись новыми[241].
График 4. Отраслевая структура промышленного производства России (стоимость продукции за год, млн. руб). Всего 1887 г. — 1400,9; 1900 г. — 3086,0; 1913 г. — 6472,1[242].
Особенностью русской финансовой системы было отвлечение большой доли внутренних накоплений (при общей ограниченности их), в государственные займы и особенно непроизводительный ипотечный кредит. Это заставляло В. Н. Коковцова «компенсировать» крупнокапиталистическую промышленность и транспорт привлечением иностранных капиталов, предоставляя им практически особые привилегии и монопольные прибыли[243].
Например, некий французский сенатор, близкий к газете «Radical», принадлежащий к влиятельным кругам третьей республики, занялся железнодорожными подрядами в России[244]. Французские подрядчики не смогли должным образом организовать работу, в результате чего общество железной дороги решило отказаться от услуг Першо. Однако Першо ввез в Россию материалы для работы, которые были конфискованы с помощью полиции. После этого была произведена опись имущества, которое поступило в распоряжение Армавиро-Туапсинской железной дороги. Французские круги обвинили в этом правительство России и потребовали компенсации. Этот конфликт, относящийся к сфере частноправовых отношений между французским строительным подрядчиком Першо и частным Обществом Армавиро-Туапсинской железной дороги, получил неожиданно политический отзвук и повлек за собой дипломатическую переписку по т. н. «делу Першо». Так как вопрос решался через Коковцова, то «Русское богатство» обвинило его в том, что он поддался на шантаж потери благосклонности французского общественного мнения и выплатил, придумав особую систему расчета, эту потерю. Компенсация приобрела окраску выплаты с целью сохранения франко-русского союза, особенно возможности кредита для России во Франции. В прессе это вызвало определенный резонанс, так как в результате Першо, разрабатывая дело по дипломатической линии, получил компенсацию 2,25 млн. руб. при том, что ему уже оплатили 1,2 млн. руб. за выполненные работы по договору[245]
Ещё одним направлением модернизационных преобразований в промышленности было судостроение. После поражения в войне с Японией в России начался период военных реформ и требовались средства на реорганизацию военной промышленности. В центре вопросов о выделении средств находился, как министр финансов, В. Н. Коковцов. От успеха реорганизации армии и военной сферы вообще зависела судьба монархии, и этот вопрос стал ощущаться особенно остро накануне первой мировой войны.
В начале XX в. в области реформирования военной сферы остро ощущалась необходимость поднять престиж военной службы[246]. Однако невозможно было осуществить эти преобразования, не начав реформы общегосударственного масштаба, которые бы в корне переустроили всю систему экономики и правительственные отношения. Но армия переживала трудности из-за плохого финансирования и неудовлетворительной внутренней организации[247]. Хотя реформы по повышению профессионализма военных и можно было признать полезными, «проводившиеся обособленно, вне связи с кардинальным изменением системы государственного управления, военные реформы не могли завершиться успехом»[248].
Наиболее активно русские вооруженные силы стали развиваться после 1907 г., когда в Государственной думе стали активно поддерживаться проекты, направленные на развитие вооруженных сил. Особое значение вопросы государственной обороны приобрели в деятельности III и IV Государственных дум. Военное министерство только в связи с деятельностью III Государственной думы начинает получать активное финансирование на развитие армии и флота.
Прежде чем законопроекты по военному ведомству получали обсуждение в Государственной думе, они рассматривались в Совете министров, где большинством голосов принималось решение по проекту. После этого решение, зафиксированное в Особом журнале Совета министров, рассматривалось императором, который выносил окончательный вердикт. Например, в журнале от 24 февраля 1910 г. Николай II на вынесенное решение о 10-летней программе развития вооруженных сил с отпуском из казны 715 млн. руб. на нужды военного ведомства, написал: «Согласен. Программу выполнить обязательно в 10-летний срок»[249]. Если вопрос вызывал дискуссии в Совете министров, создавались межведомственные совещания для урегулирования противоречий.
В. Н. Коковцов как министр финансов принимал непосредственное участие в ассигновании денежных сумм на развитие русской армии. В период войны с Японией он был занят изысканием средств для ведения военных действий[250]. Вместе с тем вопрос о расходовании денежных средств по назначению всегда был в центре внимания В. Н. Коковцова. Примером может являться случай с «покупкой» аргентинских и чилийских судов[251], когда некая английская фирма вышла на русского статского советника в Пекине Давыдова с предложением приобрести для России лучшие военные суда Чили и Аргентины. План фирмы состоял в том, чтобы приобрести суда якобы для Китая, для чего заключался контракт на сдачу Китаю нескольких судов в кредит с рассрочкою платежей. В действительности суда конфисковывались и препровождались в Россию при военном крейсере, в связи с тем, что, по уговору, «один из ответственных служащих, за уплату, сообщит мне документы из дел фирмы, доказывающие, что суда предназначены в действительности для Японии»[252]. Фирма предоставила Давыдову документы, что китайское правительство согласно приобрести суда, а фирма, отдавая
