Слуга, невозмутимо поставил поднос с чайником и чашкой на красивый резной столик, явно работы светлых мастеров, и с таким же непроницаемым лицом вышел, аккуратно притворив дверь.
— Простите, Повелитель, я…
— Не стоит извинятся, леди, а также волноваться по поводу слуг — никто из них не посмеет распускать язык… Так все же, кто обидел мою очаровательную гостью? Кого необходимо наказать за неподобающее поведение?
Элиза, уже собравшись нажаловаться на мерзкую девицу, замерла. Наказать? В устах демона это звучало как приговор. Перед глазами Элизы предстали раскаленные добела клещи, дыба и виселица. Хоть и обидно до слез, но допустить, что бы из-за нее кого-то наказали, пусть и стерву-демонессу, она не могла. Девушка помотала головой прогоняя ужасное видение и, вновь покраснев, но уже от заведомого вранья сказала.
— Никто. Это, верно, нервное.
Повелитель иронично приподнял бровь — конечно же, не поверив. Но девушка ощетинилась не хуже боевого ежика — ну да, не умею врать, и что?! — и Конрад решил пока отложить этот разговор. Скользнув взглядом по ангелу, он остановился на раненой руке, которую девушка баюкала, прижимая к животу.
— Вновь пытались использовать магию. Дайте руку.
Ангел проморгалась, и вместо того, чтобы протянуть руку, на всякий случай отодвинулась подальше от темного.
— Леди, к сожалению, полностью исцелить вас я не смогу, все-таки "исцеляющий" не мой титул, — демон криво усмехнулся, — скорее наоборот. Но боль снять сумею.
Поколебавшись, она с замирающим сердцем, выполнила требуемое, и его пальцы затанцевали над раной, снимая воспаление и тянущую боль.
— А нельзя снять вообще этот… "браслет"? Я же пообещала…
— Нет.
Ангел разочарованно прикусила губу. Демон поморщился — слишком резкий ответ, как бы вновь не разревелась белугой. Однако, девушка, видимо, и не ожидала положительного ответа, потому как досадливо вздохнула, но промолчала.
— Раз активировав, до конца первоначально заданного срока амулет снять нельзя, — миролюбиво сказал Конрад. — Ну, что мог, я сделал и прошу вас более не колдовать.
Прищелкнув пальцами, он вытащил из воздуха вторую чашку и принялся разливать ароматный травяной чай.
— Да и зачем вам магия? Все что нужно, вам обеспечат, а иные опасности, для которых понадобится магия, вам вряд ли грозят.
Вот — интриган! Мысленно возмутилась девушка, уже отходя от пережитой истерики. Учитывая, что главная опасность как раз сидит напротив, это заявление весьма "утешающее". Подобрав забытую кошечку, обиженно сидящую на ковре, она осторожно взяла горячую чашку с чаем.
— И, Элизабет, может быть, перейдем на "ты"? Весь этот официоз за тысячелетия становится приторней карамели.
— Я не смею…
— Не спорьте. Я настаиваю, по крайней мере, наедине. Понимаю, что к леди следует учтиво обращаться на вы, но сделайте поправку на мой возраст.
Элли сделала, и опустила ресницы, боясь выдать невольную улыбку — да уж просто младенец и древний старикан.
— Как скажете, Повелитель.
Тот, передавая девушке чашку, вопросительно приподнял бровь.
— Конрад, — поправилась девушка.
— Вот так лучше…
Через полчаса, прерывая идиллическое чаепитие, в библиотеку влетел встрепанный Майкл, на ходу оттирая меч от бурых пятен куском гардины. Без предисловий он мотнул головой в сторону границы с Градом.
— Конрад, на нас напали!
Чашечка глухо звякнула, синие глаза встретились с разгневанными черными.
— Что за ахинея?! Светлые не могли решиться.
ГЛАВА 5
Вот уже три дня достучаться до Повелителя было практически невозможно, хоть сгорающая от любопытства девушка всеми правдами и неправдами старалась узнать хоть что-то. Но Повелитель с Михаэлем, просто подолгу запирались в кабинете, бесцеремонно выставляя девушку за дверь, Черные рыцари лишь отмахивались, а то и шарахались как лошади от назойливого овода, а слуги и сами были не прочь узнать подробности.
Зато непрерывные экскурсии по замку дали-таки свои плоды. На второй день прогулок, исследуя старую оружейную, которая напоминала скорее склад ненужного хлама, чем арсенал, девушку весьма заинтересовал огромный, около полутора метров в диаметре, щит. Больше всего Элли удивила столь непривычная в темных землях чеканка: расправивший крылья ангел, устало облокотившийся на воткнутый в землю меч. Потянувшись, чтобы рассмотреть поближе занятную картинку она оперлась руками на щит и… поехала вместе с тяжелой железякой, плашмя свалившись на загрохотавший прямоугольник. В открывшемся простенке обнаружилась неровная дыра, будто прогрызенная гигантским кротом. Любопытство, губящее пачками не только пушистых мурлык, но и чересчур любознательных юных девушек ухмыльнулось и поставило очередную галочку в своих списках.
Теперь, вооружившись магическим шариком-светлячком нагло снятым с ближайшей стены, девушка почти все дни проводила в обнаруженном коридоре. Тайный ход оказался весьма извилистым, грязным и заброшенным. Где-то просто проходя, где-то протискиваясь боком, а то и проползая на четвереньках, девушка исследовала закоулки такого захватывающего места, помимо хорошо скрытых выходов в комнаты замка, найдя в переходах: ржавый меч, пожелтевший свиток с непонятными письменами и засохший кусок хлеба.
Вот и сегодня, проведя полдня в укромном месте и пройдя целых восемь поворотов, Элли осторожно, пятясь задом-наперед выбралась из прохода. Оставив в углу комнаты "светлячок" и мел, девушка вышла в коридор, огляделась, раздумывая чем бы заняться дальше и мельком глянула в висящее на стене зеркало. Ужас! Оказывается, в неиспользуемых ходах, никогда, даже случайно нельзя раскрывать крылья. И если от пыли серебряные крылья очищались плохо, то от паутины оказывается, они не очищались совсем. И как теперь объяснить Мартише где ее демоны и иже с ними носили, и почему она в таком виде шляется по дворцу?
Элли вздохнула, глядя на не менее грязную Рысю, и оглядевшись, украдкой вытерла пыльную кошку концом портьеры. Кошка из белой, стала серой, но к своему родному цвету так и не вернулась. Зато портьера в лучших традициях абстракционизма покрылась художественными разводами.
Девушка подумала, сосредоточенно нахмурив лобик — отпущенная на волю портьера в разводах привлекала внимание издали и, схватив стоящую неподалеку кадку с пышной пальмой, потянула к окну. Жутким скрипом о мраморный пол, кадушка возвестила о переселении, но ангелессу это ничуть не смутило. Замаскировав злодейство пышными листьями, она довольно вздохнула и поспешила дальше.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
