Я попытался встать, но попытка не увенчалась успехом. Внутренняя энергия вытекала из тела словно вода из дырявой кадки. Сознание покинуло меня довольно скоро.
Голова не просто болела, она раскалывалась не две половины! Я едва открыл глаза и тупо смотрел в лакированный потолок. Привинченный светильник раскачивался из стороны в сторону, и огонь в нем не горел. Корабль отчалил, и качка доказывала это. К несчастью мне было так плохо, что я едва справлялся с тошнотой и не запачкал пол каюты своим завтраком лишь чудом. Такого истощения мой организм не испытывал со времен семидневных тренировок, когда нам выдавали крохи пищи раз в день и гоняли от рассвета до заката.
Самым обидным было не то, что я так ничего и не узнал. Сосало под ложечкой из-за досады, что кто-то из магистров явно почувствовал мое присутствие, и сильно ударил в ответ, сбивая все мои ментальные стены. Оставалось лишь надеяться, что они не поймут или не обратят внимания, что это был я, непутевый ученик Кэролайн, из-за которого столько проблем и вышло в Освейне.
А настоящий виновник торжества, убивший Габриэля и Милен, и устроивший жуткий Ритуал Свободы, наверняка уже скрылся в горах, и отыскать его будет не просто. Даже четыре сотни «носорогов» и три первоклассных магистра могут не справиться.
Моя почерневшая рука безвольно валялась на смятых простынях. Руке не становилось лучше, скорее всего ткани умерли навсегда. Если бы не существовало целителей из Цитадели, я бы, наверное, запаниковал: потерять конечность в столь молодом возрасте…
Через час я нашел в себе силы подняться и доковылял до бочки с питьевой водой. Из-за качки водная поверхность не была ровной, и рассмотреть свое отражение не удалось. Как следует умывшись и выпив несколько черпаков затхлой жидкости, я ухватился за ручку двери и вышел в коридор.
До сих пор я не могу понять: шатало меня или пол, но добраться до лестницы получилось не сразу. Матросня, попадавшаяся мне по пути, ехидно ухмылялась, а один даже предложил кувшин пива на опохмел. Объяснять, что дело не в бодуне, мне не хотелось, поэтому я просто проигнорировал щедрое предложение.
На верхней палубе людей было мало. Возможно объяснялось это тем, что над головой чернели нехорошие тучи, которые сулили для ветхой бригантины большие проблемы. Когда мы отчаливали, никаких намеков на шторм не было, а сейчас небо выглядело так, словно нас закинуло в самое ненастье. И это меня не радовало. Далекие раскаты грома всякий раз напоминали мне, что все мы смертные, и если в судно ударит молния…
— Страшно, а, Ловец? Грядет нешуточная буря…
Я обернулся и поднял голову. На юте, свесив ноги, сидел капитан. В руках у него была бутылка, где за матовым стеклом плескалась темная жидкость, что делала жизнь этого человека ярче. Самоуверенное лицо капитана раздражало, но сейчас меня раздражало не только это. Весь окружающий мир был соткан из противоречий, что вызывали в моем мозгу неприкаянную злобу. Так часто бывает, когда я напортачил, когда меня ждут большие неприятности, возможно даже суд, а тело слабо и немощно. Я бы даже не смог сейчас подпрыгнуть на несколько метров вверх, дабы оказаться рядом с капитаном, и показать ему, что страх это не по мне, что Ловцы не бояться ничего.
— Не особо, — прохладно ответил я, а потом задал вопрос, не меняя интонации: — Когда прибытие в Цитадель?
— А, так ты ничего не слышал еще? — удивленно протянул капитан и отхлебнул рома. — Мы сошли с курса, сынок.
Сынок. За такие слова я иногда перерезаю глотки, особенно если их произносят вслух малознакомые или неприятные мне люди. Вот только сегодня не мой день. Все силы уходят лишь на то, чтобы сохранять равновесие на этой вечно качающейся палубе.
— Кто дал вам такое право? Орден зафрахтовал эту деревяшку и не вам решать, куда ей лететь.
— Кто дал право? А она, — произнес шкипер и пальцем указал вверх, на грозовые тучи, от которых веяло нешуточной опасностью. — Приоритетнее заказчика, чем природа у меня никогда еще не было.
— Неужели нельзя было проскочить или лечь в дрейф на спокойном участке?
— Не поверишь, молодой Ловец, — вздохнул капитан, — но сегодня силы природы явно заинтересовались только нами. Надвигающаяся гроза словно преследует мой корабль, не давая возможности ни свернуть назад, ни совершить аварийную посадку.
— И куда она нас гонит? — скептически поинтересовался я.
— В Осдор.
— Бред. Это же в противоположной стороне от Цитадели!
— Ну-у, так хочет природа.
Ага, конечно. Природа хочет. Ерунда и абсурд. Если залезть в трюм к этому алкоголику, то я наверняка отыщу тюки со скоропортящимся товаром, и выясниться, что капитан спешит в тот город, где их можно с выгодой продать. Если пожаловаться Кэрол, то… Но нет, грозовые тучи ведь действительно совсем рядом. Того гляди и молнии бить станут, а ближе всего к небесам сейчас только «Ветер». Любая сорвавшаяся молния может угостить нас неприятностями.
А еще, в глубине души, я испытал облегчение, которого испытывать не должен был. Мой выговор откладывается, до Цитадели мы не долетим благодаря буре, а значит у меня есть время, чтобы обдумать свою стратегию. Вряд ли лорды посчитают меня виновным во всем, они не дураки, но вот проблем на мою спину они скинут изрядно. Что это может быть? Да все что угодно. От скучной службы где-нибудь на отшибе мира, где ничего стоящего не происходит, до рисковых операций, сродни самоубийству. Но ясно одно: полноправным Ловцом мне в ближайшее время точно не быть.
Превозмогая неуверенность от быстро испортившейся погоды, я спустился на нижние палубы, но к себе в каюту не пошел. По всему выходило, что в отключке я провалялся достаточно долго. Желудок урчал, и я подумал, что было бы неплохо перекусить сейчас чем-то легким и жидким. Может найдется на камбузе бульончик или овощной суп?
Прежде чем дойти до местной столовки, мне предстояло миновать кают-компанию. За одним из столиков в обществе матросов сидел Квинсий. Он играл в карты и, судя по стопке монет с его стороны — выигрывал. Заметив меня, он тут же замахал рукой, подзывая к компании. Паренек явно боялся, что его могут объявить шулером, и не зря: некоторые матросы уже отчетливо потирали кулаки, став подозревать алхимика в жульничестве.
— Садись, дружище, — нарочито радостно приветствовал меня Квинсий. — Я тебе место занял. А вот твои денежки…
Он подвинул ко мне часть монет из своей кучи, явно стараясь меня подкупить. Глупая попытка, но если нашего свидетеля прирежут и окажется, что я был рядом и не помог, то меня уж точно ждет эшафот.
— Только недолго, — нехотя согласился я, присев рядом с алхимиком. — Во что играем?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
