Темплтон внимательно посмотрел на него.
— Я не ослышался? — спросил он.
— Нет, черт возьми, Темплтон.
Темплтон мрачно ухмыльнулся.
— Что же заставило тебя переменить свое мнение о нем, Джон. Еще недавно ты был за то, чтобы сместить его с должности шерифа. Как я помню, ты был одним из первых, кто предложил это.
— Я сделал это только ради моей дочери, — оправдывался Джон Барлоу.
— Это не имеет значения, Джон. Дан Скотт согласился снять шерифскую звезду через неделю. Уже прошло три дня.
— Я изменил свое мнение, — сказал Барлоу. — Я хочу, чтобы вы кое-что сделали и если вы не сделаете, то будете отвечать. Вы должны помочь шерифу всем, чем можете. Вы должны взяться за оружие против этой банды убийц. Они напали на мой дом прошлой ночью и могли убить мою жену и меня. Это убедило меня в том, что Дан был прав относительно них и будь я проклят, если буду сидеть сложа руки и ждать, когда они убьют его.
Тренч посмотрел на своего босса, Рафа Копперфильда и заметил, что тот побледнел. Он сказал:
— Но, мистер Барлоу, мы не бойцы. Мы уже сделали все, что могли, мы охраняли Пита О'Мара, когда Дан был ранен. От нас ведь, конечно нельзя ожидать, что мы будем встречать на улице каждого бандита, которому вздумается проехать через город? Мы не армия.
— Тогда вам нужно создать ее, если вы хотите остаться в живых. Я собираюсь уехать и привезти свою жену в город, чтобы она жила с дочерью. После этого, я хотел бы снова встретиться с вами, и я хочу, чтобы вы составили список людей, на который шериф мог бы положиться в случае, если бандиты нападут на город. Дан думает, что бандиты вернуться, а он ведь никогда не ошибается, не так ли? Он упустил заключенного, но он тяжело ранил Эда Майна и всадил пулю в Пита О'Мара. Дан думает, что бандиты вне себя от ярости, и что они собираются предпринять налет на город. В прошлый раз ему никто не помог, кроме этого подлеца.
— Ты говоришь о Хоррике? — удивленно спросил его Темплтон.
— О ком же еще?
— Какого же черта ты называешь его подлецом? Я разговаривал с ним и он произвел на меня впечатление вполне порядочного человека.
— Меня не волнует какое впечатление он произвел на тебя, Темплтон, — сказал Джон Барлоу. — Ты слышал, что я сказал.
Темплтон посмотрел на остальных, но они были не в меньшем замешательстве, чем он сам. Он сказал:
— Я думаю, что мы поступим по-своему. Каждый должен заниматься своим делом.
— Я прожил в городе дольше тебя, Темплтон. Ты ясно слышал, что я сказал. Если ты не поможешь Дану, и с ним что-нибудь случится, я прикончу тебя.
Джуб Темплтон вскочил, вытирая руки о штаны.
— Никто так не разговаривал со мной, Джон, никто.
— Я сделаю то, что сказал, — прорычал Барлоу, допил виски и прошел к выходу, оттолкнув с дороги Копперфильда. Он остановился возле дверей, оглянулся на них и сказал:
— Дан Скотт никогда не просит о помощи, но вы поможете ему. Вы слышали, что я сказал, тем более вы сами выбирали его шерифом. Когда Эд Майн залечит свои раны, он с такой яростью набросится на город, как этого не делал ни один бандит.
Джон вышел из салуна и вскочил в седло. Он провел ночь в конюшне, хотя так привык спать в постели, что чувствовал себя ничуть не отдохнувшим.
Утром он оседлал лошадь и направился к дому Дана Скотта. Остановившись у ограды, он позвал Лори. Когда она вышла, Джон громко сказал:
— Я привезу в город твою мать. Будь готова встретить ее.
Лори хотела что-то ответить, но Джон повернул лошадь и выехал из города.
Дан Скотт видел, как Джон Барлоу вышел из салуна, он был обеспокоен его встречей с Тренчем, Темплтоном и Копперфильдом, но потом решил, что это не его дело.
Он посмотрел в сторону своего дома, где находилась Лори, Дан по прежнему любил ее, несмотря на то, что она, возможно, предала его.
Дан сидел у окна своей конторы и думал о Томе Хоррике. Хоррик вероятно нравился многим женщинам. Он был высокий, смуглый и довольно красивый. Он был спокойным человеком, но как убедился Дан, он мог за себя постоять.
Дан не питал особой ненависти к Хоррику, хотя и очень желал чтобы тот исчез из города с Лори или без нее.
Он встал, вынул винчестер из пирамиды, прочистил его и зарядил. Затем он тоже самое проделал с остальными винтовками. Дан разложил их в разных местах по помещению, превратив офис шерифа в крепость, готовясь к атаке, которая была неотвратима. Теперь он не был уверен, что Эд Майн будет действовать также прямолинейно, как в прошлый раз, после того, как он сам был ранен и потерял Сида Ньюмана.
Дан ожидал, что бандиты постараются проникнуть в город незаметно, не рискуя больше, и если ему не удастся остановить их, они разграбят город и никто больше не помешает им.
Он пытался предусмотреть все, что они могли предпринять, но он был один и никто не прикрывал его сзади.
Его мысли прервал Джуб Темплтон, вошедший в контору. Он был один, но Дан сразу понял, что он выступал не только от своего имени, по тому, как он самоуверенно держался.
— В чем дело? — спросил Дан.
— Джон Барлоу сказал, что банда Майна вернется.
— Я тоже так думаю.
— Мы не хотим, чтобы это случилось. Я целый час разговаривал с горожанами и мы решили не ждать пока ты сам снимешь значок. Мы хотим, чтобы ты это сделал сейчас же.
Дан уставился на него.
— Почему вы так решили, Темплтон? — спросил Дан.
— Ты представляешь для города угрозу не меньшую, чем Майн. Раньше мы думали, что Майн не доставит городу больших неприятностей. Может, кто-нибудь был бы ранен, и на этом бы все и закончилось. Но ты напал на него сам, как только он появился в городе и спровоцировал перестрелку, заставив бандитов уехать. Ты бросил одного из его людей в камеру и этим еще больше усугубил дело. То, что ты убил в перестрелке одного из бандитов, не имеет значения, мы думаем, что этой драки можно было избежать вовсе. Вдобавок ко всему, ты проморгал заключенного по дороге в Таксон и это только доказывает, что ты не можешь справляться с обязанностями шерифа. Поэтому мы хотим, чтобы ты снял значок.
— А если я не сделаю этого, Темплтон?
Джуб Темплтон выпрямился.
— Если ты не сделаешь этого сам, Дан, мы уволим тебя.
Дан нахмурившись посмотрел на него.
— Вы хотите, чтобы я уехал?
— Ты волен поступать как хочешь, но когда Майн вернется, мы сами встретим его и переговорим с ним. Конечно, мы не станем говорить, где ты, но дадим ему понять, что у нас нет желания видеть тебя в городе.
Дан недоверчиво посмотрел на него.
— И вы думаете, что он успокоится и уедет восвояси?
— А почему бы и нет. У него и так было полно неприятностей, он был тяжело ранен и не захочет вновь испытывать судьбу.
