Быстрая и удобная езда на пароходе после утомительного плавания в лодке казалась необыкновенно приятной, тем более, что дожди, наконец, кончились, наступила хорошая погода и солнце ярко светило с безоблачного неба. Само плавание по узкой, крайне извилистой реке, текущей среди пустынных равнин, имело особенный, оригинальный и привлекательный характер, которого, конечно, нельзя уже нигде найти в Европе.
Всё пернатое население реки, невидимому, нисколько не боялось шума парохода, а только удивлялось, откуда могло появиться такое невиданное чудовище. Многочисленные утки и цапли вылетали чуть не из-под самых колес, бакланы, эти осторожные птицы, подпускали к себе шагов на пятьдесят и уже тогда тяжело поднимались с воды; даже белые китайские журавли, изредка ходившие парами по окрестным болотам, несмотря на всю пугливость, только пристально смотрели на пароход, испускали несколько раз свой громкий крик, но не улетали прочь.
Раза два-три случалось увидать дикую козу возле самого берега, куда она приходила напиться речной воды или, быть может, полежать в прохладной тени густого тальника, которым обросли все берега Сунгачи. Увидав пароход, пугливое животное не знало, что делать от удивления и испуга, и стояло неподвижно, как вкопанное; только через несколько минут, когда первый страх проходил, оно пускалось быстро скакать по высокой траве.
Однажды шагах в двухстах показался даже медведь и, поднявшись из травы на задние лапы, начал смотреть на нарушителя спокойствия в его владениях. Однако пущенная мною в него пуля уразумила мишку, что гораздо лучше убраться подобру-поздорову, чем глазеть хотя на редкую, но не совсем безопасную диковинку.
Через два с половиной дня, по выходе из станицы Буссе, мы прибыли к истоку Сунгачи, и перед нами открылась обширная водная гладь озера Ханка, которое находилось в сильном волнении, так что нужно было ожидать, пока утихнет ветер и можно будет пуститься по широкому водному бассейну на нашем маленьком пароходе.
Наружный вид озера Ханка не имеет в себе ничего привлекательного. Огромная площадь мутной воды, низкие болотистые или песчаные берега и далёкие горы, синеющие на противоположной стороне, - вот всё, что с первого раза представляется каждому, кто видит это озеро от истока Сунгачи.
По своей форме озеро Ханка представляет эллипс, расширенный на севере, суженный к югу и вытянутый большой осью в последнем направлении. Наибольшая длина его от севера к югу около 80, а ширина от востока к западу около 60 вёрст. Окружность простирается до 250 вёрст, а площадь занимает до 3 400 кв. вёрст [68]. Однако, несмотря на такую величину, озеро Ханка чрезвычайно мелко, и хотя подробных промеров еще не было сделано, но наибольшая глубина, которая до сих пор найдена, равняется только 24 фут. [7,2 м], и то около середины. Начиная же от берегов, на полверсты, а часто и того более, глубина не превосходит пяти или шести футов [1,5-1,8 м]. Дно, везде гладкое, как пол, состоит из песка с примесью различных органических остатков.
Такая малая глубина при сильной бурливости служит большим препятствием к развитию судоходства на озере Ханка. Во время сильного ветра, часто налетающего вдруг, порывами, здесь разводится огромное вертикальное волнение, которое мутит воду до дна и делает решительно невозможным плавание на малых пароходах, которые иногда стоят суток по двое у истоков Сунгачи и ждут, пока успокоится озеро.
Впрочем, если со временем, при большем развитии судоходства на озере Ханка, будут большие пароходы, предназначенные специально для плавания по этому озеру, то, за исключением редких случаев, они будут иметь возможность плавать здесь во всякое время.
На северной стороне большого озера Ханка лежит так называемое Малое озеро[69], которое отделяется от большого лесистой рёлкой шириной от ста сажен до полуверсты или немного более. Над уровнем озера эта рёлка возвышена от 3 до 5 и в редких местах до 8 сажен [17 м].
Малое Ханка имеет верст 35 длины и от 5 до 12 ширины. Подобно Большому озеру оно также чрезвычайно мелко, так что в некоторых местах можно, как говорят, перейти вброд с одного берега на другой. За исключением лесистой полосы, разделяющей воды обоих озёр, все берега Малого Ханка болотисты, поросли тростником и трудно доступны.
По всему вероятию, это озеро составляло некогда часть большого, но господствующие юго-западные ветры образовали мало-помалу наносы, которые являлись в виде перешейка, отделившего собою эту часть. Местные китайцы передают слышанное от своих стариков, что на их памяти Малое Ханка было отделено от Большого только рядом островов, которые, увеличиваясь всё более и более от наносов, наконец образовали перешеек.
Однако по временам и теперь ещё возобновляется сообщение между Большим и Малым озёрами. Таким образом, сильные дожди, шедшие в июле 1866 года, до того переполнили [70] Малое Ханка, что оно сделало в перешейке прорыв, через который излишняя вода вылилась в Большое озеро. Прорыв этот, шириною около полуверсты, существовал два года, но потом его опять забросало наносами, так что теперь воды обоих озер снова разобщены между собою.
Из притоков, питающих озеро Ханка [71], самые большие находятся на южной и западной его сторонах. С востока же и с севера вливается только по одной небольшой речке, именно: с севера - Казанка, а с востока - Сандахэза. Затем, по порядку с юга на запад, в Ханка впадают следующие реки: Лэфу - самая большая из всех; Mo - вторая по величине; Сиян-хэ, Грязная, Усачи и, наконец, Тур, или Белен-хэ.
Из всех этих рек только по одной Лэфу могут плавать небольшие пароходы, вёрст на 40 от её устья, но подобная возможность не представляет никакой выгоды, о чём подробно будет изложено в VIII главе настоящей книги [72].
Таким образом, с первого взгляда кажется странным, что озеро, принимая восемь рек, из которых четыре - Лэфу, Mo, Сиян-хэ и Тур - довольно значительны, выпускает только одну, и то сравнительно небольшую, Сунгачу [73]Следует заметить, что Сунгача вытекает из озера Ханка двумя устьями, из которых меньшее, известное под именем Малой Сунгачи, выходит из озера 12 верстами южнее истока главного рукава. Затем верстах в семи (если считать напрямик) от озера оба рукава соединяются между собою… Но если принять во внимание огромную площадь самого озера, то станет ясно, что излишек привлекаемых вод уравновешивается испарением. Притом же и Сунгача, имея значительную глубину и довольно быстрое течение при истоке [74], отливает большую массу вод из озера Ханка и тем ежегодно их обновляет.
Переходя затем к описанию характера берегов озера Ханка, следует сказать, что весь южный и восточный берега Большого озера состоят из сплошных болот, которые на северной стороне огибают Малое Ханка и, продолжаясь по западную его сторону, переходят, наконец, в холмистую степь, раскинувшуюся по обе стороны пограничной речки Белен-хэ.
Эти болота, составляющие непрерывное продолжение сунгачинских низменностей, изобилуют небольшими, тенистыми, неглубокими озёрами и по большей части совершенно не доступны.
На всей южной стороне озера и на восточной до истока Сунгачи [75] они подходят вплоть к самому берегу, поросшему тростником [76]. Начиная же от истока Сунгачи, далее к северу, болотистые равнины отделяются невысокою береговою редкою, или так называемым береговым увалом, от песчаного берега Ханка, который имеет несколько сажен ширины.
Узкий береговой увал, начавшийся от самого истока Сунгачи, соединяется затем с несколькими другими подобными же увалами, идущими среди болота [77] и мало-помалу превращается в более широкую (от 1/4 до 1/2 версты) и высокую (от 2 до 5, иногда до 8 сажен) [от 4-10 до 17 м] береговую полосу, которая наполняет собою весь перешеек между Большим и Малым озёрами, а затем тянется до устья реки Белен-хэ.
Верстах в 20 севернее истока Сунгачи, на береговой полосе, сплошь покрытой лиственным лесом, вдруг появляется сосна (Pinus sylvestris), которую нигде нельзя встретить на Уссури и очень редко даже в Сихотэ-Алине. Достигая весьма крупных размеров, это дерево растёт довольно густым лесом вёрст на 40 по берегу Ханка, а затем разбросанными группами встречается в горах западной его стороны.
По болотистым низменностям восточного берега Ханка (собственно к северу от устья Сунгачи) тянутся, как сказано выше, узкие и невысокие, но иногда очень длинные рёлки, известные у местных жителей под именем увалов. Подобные же увалы встречаюся по равнинам среднего и нижнего течения Сунгачи, а также на северо-восточной стороне Малого Ханка.
Судя по направлению этих увалов, их незначительной ширине и высоте [78], а также по песчаному наносному грунту, из которого они состоят, можно с достоверностью полагать, что названные увалы были некогда берегами озера Ханка, которое занимало в то время нынешние сунгачинские равнины и, быть может, простиралось до самой Уссури.
