- Ты сказал гость, ребенок! И Дрей решил, что будет праздник. Так что придется подождать с ужином. Так, давайте-ка, помогайте.
Мы похватали сумки и пошли в подъезд, пока Кай отгонял машину.
- Джон, а это ничего, что мы так вот в гости? – Немного нервно спросил Калеб.
- Я же сам пригласил.
Мы зашли в лифт, я нажал на кнопку нужного этажа, и он плавно начал подниматься.
– Да и потом, мы любим гостей. Себастьян, тебе не тяжело?
Мальчик покачал головой. Калеб, вздохнув, отобрал у него сумки, немного грубо проговорив:
- Слишком хрупкий для такой тяжести, неси шоколадки.
Себастьян округлил глаза и заулыбался. Я скрыл свою улыбку. Они были такие странные. Видно же, что Калебу он нравится. Зачем нужно было так все усложнять? Хотя я мог понять мотивацию парня. С такой матерью, как у него, сложно. Но, возможно, я смог бы помочь и ему. Просто потому, что хотел помочь, хотел сделать шоколадные глаза олененка сияющими от счастья. Просто потому, что он сам не знал, как добиться этого самостоятельно.
Я наблюдал за ними. Они были такие забавные. Калеб старался не смотреть на олененка. А вот Себастьян рассматривал его очень внимательно, как будто у него раньше не было возможности это сделать.
Хотя да. Когда же он мог это сделать, если каждый раз его просто били? Я улыбнулся. Во что бы то ни стало, сделаю так, чтобы его глаза больше не наполнялись слезами.
Мы вышли из лифта, и я открыл входную дверь. Нас тут же окутал запах мяса и специй. Дрей вылетел в коридор и повис у меня на шее. Я краем глаза увидел шок Калеба.
- Здравствуй, любимый…
Он впился мне в губы, а я, бросив пакеты на пол, обнял тонкую талию моего Золотого Бога. На нем были кожаные штаны и черная майка. Звякнули браслеты. Дрей сегодня решил нас удивить не только вкусными блюдами, но и видом.
Обычно мое счастье так не одевается. Но, видимо, поняв, кто будет у нас на ужин, он решил удивить мальчишек. Поцелуй прервал вошедший Кай.
- Боже, что вы творите? Они и так в шоке. Дрей!
Но нам было как-то не до морали. Стройная ножка покоилась у меня на бедре, и Дрей вжимался в меня своим возбуждением.
– Так! Все, расцепитесь, пиявки… - Смеясь, растащил нас Кай. – Мальчики, не стойте, берите сумки и на кухню.
Я улыбнулся ребятам, застывшим на пороге, и мы, подхватив сумки, прошли на кухню.
Да, это было грандиозно. На круглом столе, покрытом голубой скатертью, было столько всего, что этот ужин можно было назвать банкетом.
- Дрей, ты не перестарался? – Насмешливо спросил брата Кай.
- Немного, да. – Приложил тонкий пальчик к губам Дрей.
- А по-моему, великолепно. – Восторженно проговорил Себастьян.
- Спасибо, маленький! – Воскликнул Дрей. – А теперь мыть руки, и к столу…
Я повел ребят в ванную. Себастьян улыбался и, по-моему, он расслабился. А вот Калеб чувствовал себя немного не в своей тарелке. Мы с ним быстро помыли руки, и вышли из ванной.
- Ты нервничаешь? – Тихо спросил я.
- Немного. Просто я никогда не видел геев так близко. – Потом, видимо, понял, что сказал и покраснел. – Прости. Я имел в виду, что не ожидал, что у тебя два любовника. Ой.
- Калеб, успокойся. Да, Дрей и Кай мои любовники, и я совершенно не стесняюсь этого.
- Почему? – Неловко спросил он.
- Что почему?
В ванной стихла вода.
- Ты пригласил меня в свой дом.
- Потому что тебе тоже нужно немного расслабиться. И побыть хоть немного самим собой.
Он печально улыбнулся и встряхнул головой, отбрасывая челку.
- Я боюсь, если мне это понравится, у мамы будет еще один повод… - Он замолчал, потому что из ванной робко вышел Себастьян.
Я вздохнул.
- Поговорим чуть позже, а сейчас приглашаю вас к столу. И здесь есть два правила.
Они застыли, я улыбнулся.
– Хвалить Дрея Брауна, не переставая. И ничему не удивляться. Мы привыкли к совместной жизни и совершенно не умеем скрывать свои чувства.
Я замолчал, потому что, войдя на кухню, мы увидели картину маслом. Дрей сидел на кухонном столе и, обхватив ногами талию Кая, упоенно целовал брата. Кай был уже наполовину раздет.
- И кто тут пиявки? – С улыбкой спросил я. Они оторвались друг от друга, улыбнулись. А я пытался тщетно взять себя в руки. Возбуждение было просто нереальное.
- Мы немного увлеклись. – Хрипло ответил Кай. – За стол. – Сделал он приглашающий жест рукой, и одновременно с этим поправил рубашку и до конца развязал галстук, отбросив его на спинку стула.
Мы расселись.
- Это потрясающе. – Себастьян ел неторопливо, но с таким аппетитом, что мы, глядя на него, все вчетвером улыбались.
- Спасибо, Себ. – Обрадованно ответил Дрей.
- Откуда след на щеке, Калеб? – Через несколько минут тишины спросил Кай.
Калеб немного смутился и даже попытался отложить вилку. Я перехватил его руку и сжал.
– Я не хотел смущать, просто вопрос, на который ты можешь не отвечать. Но мне казалось, что мы тут как раз для того, чтобы решить некоторые проблемы.
- Для чего Вам это? Я понимаю, для чего это Джону, он наш учитель, но Вам зачем? – с вызовом.
Кай улыбнулся.
- Возможно, по той причине, что Джон мне дорог. Очень дорог, и я не хочу, чтобы он нервничал и решал проблемы один.
Калеб приподнял бровь в вопросительно-скептическом жесте.
- Я не хотел, чтобы у мсье были проблемы. – Тихо проговорил Себастьян. Я вздохнул.
- Кай не имеет в виду, что у меня появились проблемы, маленький. Он имеет в виду, что не позволит решать их в одиночку. Это называется забота. Поверь, я это понял тоже не сразу.
- Забота? – Ухмыльнулся Калеб. – То есть, лезть в личное пространство - это забота.
- Мы долго к этому шли. – Начал Дрей, откладывая вилку. – Целых пять лет. Почти пять. Но вопрос Кая остался без ответа. Мы хотим помочь вам обоим.
- Почему? – Опять с вызовом.
- Калеб, оставь свой гонор при себе. Мы прекрасно знаем, что такое семнадцать лет. – Серьезно ответил Кай. – Поверь, мы сами прошли через это. Непонимание, отрицание, самовлюбленность. Но часто так бывает, что все это лишь маска, а за ней слабость. Которую так и хочется спрятать, но порой она все равно выходит наружу. По глазам можно понять очень многое…
