Я знал товарищей, имеющих порядочное количество прыжков, но не способных выполнить затяжной прыжок.
— Почему, — спросил я однажды такого парашютиста, — вы не прыгаете затяжным прыжком?
— Боюсь свободного падения.
В другой раз я слышал такое объяснение:
— В начале свободного падения появляется непреодолимое желание открыть парашют, и ничем его побороть я не могу.
Правда, такие заявления слышать приходится очень редко. Наоборот, все большее количество парашютистов начинает увлекаться затяжными прыжками.
Тренировку надо начинать с прыжков с минимальной затяжкой, а затем постепенно увеличивать время свободного падения.
Ни в коем случае нельзя выполнять затяжной прыжок без задания на время свободного падения. С первых же занятий по затяжным прыжкам парашютист должен научиться держать на счету каждую секунду.
Есть немало парашютистов, которые очень охотно идут на затяжной прыжок. Они могут свободно падать продолжительное время, но на точность не могут выполнить и самых маленьких заданий. Это признак бессистемности и несерьезности в тренировке.
Всякое нарушение задания свободного падения в затяжном прыжке должно встретить решительный отпор. Это парашютное хулиганство, недисциплинированность и лихачество.
Очень важно научить парашютиста правильно считать время свободного падения.
Как-то на площадку, где я производил тренировку инструкторов на точное время падения в затяжном прыжке, приехал командир.
Старый командир дивизии, он увлекся авиацией и поступил в академию на авиационный факультет. После окончания академии он стал командовать нашей авиачастью и пользовался авторитетом у командиров и бойцов. Всякий хотел хоть в чем-нибудь да походить на него.
Он очень интересовался парашютным спортом. Мы с ним довольно часто вели продолжительные беседы о парашютных делах.
На площадку командир приехал, желая познакомиться с прыжками на точность затяжки без секундомера.
Вооруженный биноклем и секундомером, он следил, как выполняется его задание. Парашютисты в честь любимого командира в этот день показали хорошие результаты. Прыгая без секундомера, они открывали парашют с точностью до секунды. А товарищи Гальченко и Петров показали абсолютно точное время. Такой точности в прыжках они добились только благодаря длительной тренировке в счете времени на земле.
Для этого мы пользовались такими словами и цифрами, на произношение которых идет ровно одна секунда, например: 1 301, 1 302, 1 303 и т. д. Последняя цифра дает счет секунд, в течение которых продолжалось падение.
Можно считать и так: падаю секунду раз, падаю секунду два, падаю секунду три и т. д.
Проверяя эти способы счета, я произвел десятки затяжных прыжков на точное время падения. Когда я должен был падать 10 секунд, я падал 10,2 секунды; вместо 15 секунд по заданию, я падал 14,7 и т. д. Расхождение с точным временем никогда не превышало десятых долей секунды. При тщательном внимании можно достигнуть абсолютной точности.
Одновременно с этим парашютист должен тренироваться на лучшую ориентировку при свободном падении на точность расстояния от земли. Для этого в предварительных полетах надо запоминать вид земли со всеми находящимися на ней предметами на высоте примерно 600 метров. Когда глаза начинают видеть уже запомнившийся рисунок земли, можно раскрывать парашют.
13 августа 1935 года, на первом всесоюзном слете парашютистов, состоялись состязания на точность затяжки и одновременно на точность приземления. В состязаниях принимали участие мастера парашютного спорта товарищи Евдокимов, Афанасьев, Лац, Харахонов и др. По условию соревнования, нужно было совершить прыжок с высоты 1 500 метров и сесть в круг размером 150 метров.
Задание не из легких. Пользоваться секундомером не разрешалось. За малейшее опоздание в раскрытии парашюта набрасывалось 10 штрафных очков. Если парашютист не попадал в круг, он терял право принимать участие в дальнейшей программе соревнования.
Тщательно изучив метеорологическую сводку с шаропилотными данными, которые давали скорость и направление ветра на разных высотах, я определил точку, над которой должен был выброситься из самолета.
Отделившись от самолета, я начал вести счет вслух: 1 301, 1 302… 1 313, 1 314.
Приготавливаюсь… 1 315. Мгновенно вытягиваю кольцо. Одна половина задачи выполнена, теперь надо правильно сесть. Скользя на парашюте, я приземляюсь точно в центре круга.
Член жюри слета товарищ Минов и судейская комиссия, проверявшие время свободного падения по секундомерам, установили, что я падал точно 15 секунд и приземлился в центре круга.
Я получил наивысшую оценку — одно очко.
Прыгавший вслед за мной товарищ Лац получил 5 очков, он падал не 15 секунд, а 14,5 секунды.
Товарищ Евдокимов приземлился вне границ аэродрома, на соседних огородах. Участники слета шутя говорили, что Евдокимов не приземлился, а приогородился.
Автомат сам раскроет парашют
После того как парашют был создан и нашел себе широкое применение, стали думать: а нельзя ли создать аппарат, автоматически раскрывающий парашют в точно назначенное для этого время?
Автоматический прибор нужен прежде всего для обучения новых парашютистов. Нетрудно себе представить, что прыгающий в первый раз вдруг растеряется и во-время не дернет кольцо. Это должен сделать за него автоматический прибор.
Нужен автоматический прибор и для сбрасывания грузов. Если с большой высоты спустить груз на парашюте, который раскроется сразу же после отделения от самолета, его отнесет очень далеко от того места, куда груз должен опуститься. Но если парашют раскроется только в 150 метрах от земли, то попадет на место назначения.
В 1934 году такой автоматический прибор был изобретен авиаинженерами Борисовым и Стефановским. Они его испытали на земле, испытали и с грузовыми парашютами. Автомат раскрывал парашют в точно назначенное время. Оставалось только произвести испытания в воздухе с парашютистом. По просьбе изобретателей, осенью 1934 года я совершил прыжок с их автоматическим прибором. Вытяжное кольцо было привязано двумя шелковыми нитками и запломбировано. Автомат, без моего участия, сам должен был раскрыть парашют через семь секунд после отделения от самолета.
Я выскочил из самолета и начал считать. Когда дошел до седьмой секунды, парашют раскрылся.
Автомат системы инженеров Борисова и Стефановского неоднократно испытывался и после моего прыжка, и всякий раз он давал абсолютную точность в раскрытии парашюта и полную безотказность.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
