Заметное влияние на пулеметное вооружение русской армии оказала 1-я Балканская война 1912–1913 гг., в которой пулеметы применялись весьма интенсивно. В связи с этой войной в России провели учет запасов Военного министерства, причем оказалось, что в мобилизационных запасах не хватало 24 % пулеметов, наличные патроны в большинстве старого образца (с тупоконечной пулей), а запасы новых патронов не обеспечивают даже норм, установленных в 1908 году. Причина малых норм и медленности заготовления патронов крылась, прежде всего, в регулярном урезании ассигнований. Все это пришлось учесть, составляя Программу по усилению армии. «Малая программа», ставшая законом 10 июля 1913 г. и рассчитанная на пять лет, основную долю средств направляла на развитие артиллерии, включая завершение поставок пулеметов по основному плану 1906 года, переделку «тяжелых» пулеметов в «легкие», а также окончание заготовления 3-линейных патронов к винтовкам и пулеметам. 24 июля 1914 г. была принята более масштабная «Большая программа по усилению армии», предусматривавшая доведение годового производства до 1000 пулеметов и 700 станков к ним, но к ее реализации даже не приступили. Уровень производства 1000 пулеметов в год считался предельным — в затрате средств на его увеличение свыше этой нормы просто не видели необходимости. Стоит отметить, что, по-прежнему считая пулемет «артиллерийским» средством, военное руководство России, как и ряда других стран, видело главный и радикальный путь усиления «огневой составляющей боя» в принятии «автоматической» винтовки. Работы Комиссии по выработке образца автоматической винтовки в 1907–1914 гг. дали обширный и ценный материал в плане изучения и разработки автоматического оружия и патронов, вопросов производства автоматического оружия, а намеченное расширение трех оружейных заводов было напрямую связано с этими работами, хотя на ИТОЗ запланировали также создание «двух новых пулеметных мастерских».
Демонстрация облегченного пулемета «Виккерс» в Англии
Однако упование на скорое введение «автоматической» винтовки отвлекло усилия и средства от других типов стрелкового оружия, в частности от пулеметов (спустя четверть века подобная ситуация в несколько ином виде повторится в «пулеметной драме» кануна Великой Отечественной войны).
Здесь стоит сказать о «расширении» Тульского оружейного завода. Вопрос о нем ставился еще во время Русско-японской войны, но по ее окончании власти было просто не до того. Но поскольку при новых нарядах на пулеметы на заводе продолжался выпуск и винтовок, и револьверов, для производства пулеметов требовались отдельные площади. Территория завода была ограничена, и начальник ИТОЗ ходатайствовал перед ГАУ о выделении средств на строительство отдельной пулеметно-сборочной мастерской. Разрешение было получено еще 25 марта 1905 г. 27 июня того же года московская газета «Русское слово» поместила сообщение: «Тульский оружейный завод приступает к постройке отдельного корпуса, предназначенного для изготовления пулеметов. Работы по постройке поручены инженеру Робинзону». Но не все было так быстро. Финансовые трудности после Русско-японской войны и революции 1905–1907 гг. затянули решение вопроса приобретения нового участка. Только 21 мая 1912 г. Тульский Императора Петра Великого оружейный завод с разрешения ГАУ приобрел у «Торгового дома Л.В. Готье» территорию, здания и оборудование «сталелитейного и механического завода». На строительство на этой основе нового пулеметного завода ГАУ выделило 1300 тыс. рублей, проектом занялась московская фирма «Инженерное дело».
Облегченный пулемет «Виккерс» модели 1909 г.
Динамику производства пулеметов, станков, частей к ним, вьюков можно увидеть из следующей таблицы, составленной по работам А.А. Маниковского и B.C. Михайлова.
«Морские» пулеметы «Максим» на кораблях ставились на тумбовые установки с большими углами возвышения. Для флота предлагался также колесный десантный лафет, отличавшийся от полевого разве что меньшей массой, шириной хода (для установки в шлюпку) и меньшими размерами щита, но он не был принят.
ПОДГОТОВКА ПУЛЕМЕТЧИКОВ
«В Москве образуется еще одна пулеметная команда — при Сумском драгунском полку. Теперь в Москве четыре пулеметных команды».
«Русское слово» от 5 сентября 1906 г.
С постановкой собственного производства пулемета «Максим» началось широкое внедрение пулеметов в войска, широкое обсуждение постановки пулеметного дела и активное обучение личного состава пулеметных команд.
Споры о месте пулеметов в вооружении и способах их употребления в бою продолжались. Д.А. Милютин, в бытность которого военным министром успели и принять картечницы на вооружение армии, и снять их с вооружения, в 1909 году писал о пулеметных командах: «По моему мнению, это вполне специальный род оружия, близкий более к полевой артиллерии, хотя и комплектуемый прислугой из пехотинцев». Однако он считал «полезным ввести эти команды в большей соразмерности, чем ныне, и придать их не только пехоте и кавалерии, но также и артиллерии полевой и крепостной, а также войскам инженерным». А в последнем издании «Учебника тактики» генерала Драгомирова, вышедшем в 1906 году, в отдельной главе разбирался вопрос действия пулеметов на основе опыта Русско-японской войны. В частности, указывалось, что продвижение пулеметов в цепи позволит сделать эту цепь реже, не ослабив ее огня и уменьшив потери от огня противника. Отсюда — «при наступлении главная надежда на пулеметы легкого типа», если решен вопрос питания патронами в бою. «При обороне весьма полезно иметь пулеметы, обстреливающие подступы к важнейшим пунктам позиции. Здесь пригодятся и ездящие пулеметы, и пулеметы легкого типа». Пулеметы на позиции необходимо маскировать и «не открывать из пулеметов огня преждевременно». Драгомиров, категорически возражавший против рукояточных картечниц в полевых войсках, теперь требовал от автоматических пулеметов «идти рука об руку» с пехотой и — раньше многих других — вплотную подошел к признанию их принадлежности к пехоте.
Вообще военное руководство признавало, что «пулеметы должны быть принадлежностью войск», и потому пулеметные команды решено было иметь не при дивизиях, а при полках. Но в каком количестве? Одни командиры частей, участвовавшие в Русско-японской войне, выдвигали предложение довести число пулеметов «до одной пулеметной роты (8 пулеметов) на полк», другие — «иметь на каждый полк четыре вьючных пулемета, переносимых одним, а в крайности двумя людьми». Выдвигалось, кстати, и такое предложение: «Необходимо обучать работе при пулеметах всех людей полка». Увы, реализовать его не удалось и много позже.
10 июля 1906 г. Совет Государственной обороны утвердил представление Военного министерства о необходимости иметь в каждом пехотном полку и каждой кавалерийской дивизии пулеметную роту 8-пулеметного состава. В соответствии с этим ГАУ приняло решение довести производство пулеметов на ИТОЗ до 500 штук в год. Пулеметные команды 8-пулеметного состава ввели и в стрелковые полки. Нормы запасов вооружения и боеприпасов устанавливались, исходя из оценки отдельных сражений Русско-японской войны, а также из взглядов Главного Управления Генерального Штаба (ГУГШ), что будущая война продлится 2–6 месяцев, максимум — год. По нормам Мобилизационного управления ГУГШ, утвержденным в январе 1908 г., на один пулемет, находящийся в войсках, полагалось 75 тыс. патронов, в крепостях — 30–50 тыс. Комиссия Военного министерства в 1910 году оставила эту норму запасов военного времени без изменений (хотя многим было ясно, что она занижена), а запас пулеметов установила в 10 % от общего числа в войсках, т. е. 454 пулемета. С собой каждая пулеметная рота должна была возить 70 000 патронов — по 8750 на пулемет.
В связи с реорганизацией армии 1910 года происходили заметные изменения в пулеметном деле. В 1911 году был «высочайше утвержден» «Устав пулеметных команд», а 7 ноября 1912 г. — «Строевой устав пулеметных команд пехоты», последний вводился в действие приказом по Военному ведомству «взамен указаний, данных для сего в Строевом пехотном уставе». Отметим, что в том же 1912 году был принят «Устав полевой службы», с которым русская армия вступила в Первую мировую войну.
Для сформирования пулеметных команд предусмотрели дополнение числа чинов в полках. По штатам и подготовке пулеметные команды по-прежнему напоминали легкие артиллерийские батареи. Личный состав пешей пулеметной команды включал двух офицеров (старшим команды был обычно поручик), нижних чинов, включая ездовых, было около 120. Команда делилась на четыре взвода по два пулемета в каждом, пулеметы в команде нумеровались с 1 по 8. Кроме пулеметных, патронных и хозяйственных двуколок при каждой команде имелась двуколка с шанцевым инструментом для оборудования полевых позиций. Нижних чинов команды по примеру артиллеристов вооружали карабинами обр. 1907 г. и кривыми кинжалами (бебутами) обр. 1907 г.
