— Прости, что перебиваю, но не расскажешь ли о, хм, круге людских стран в целом — и о том, что находится за его границами?
— А разве вам это не… о. Хорошо. В круге людских стран важнейшие, помимо великого княжества Варрского, — это королевства Сурмир, Шельдаг, Марнован, Доэр…
За кадром: «Поистине странно, что так упирает он на равный обмен. Для человека высокого происхождения слишком много в нём от торговца!» — «А ты на его месте не пытался бы задавать ответные вопросы, брат Сульхасий? Тем паче он не пленник нам и не ленится напомнить об этом… и, кстати. Из тех, кого я видел, самый отчаянный торг вели как раз высокородные». — «Оправдываешь чужака, Охотник? Что-то ты слишком уж усердно взялся защищать его. Откуда такое старание?» — «Сначала сам спросил, что я думаю, а теперь укоряешь за честность? Ну так я и помолчать могу. А ты думай, что хочешь, почтенный брат…»
— …и приграничные Степные баронства. Вообще же такие вещи лучше изучать по картам.
— И всё-таки, посвящённый Анира, что насчёт не людских земель?
— Больше всего таких на юге, где засевшие в джунглях остроухие дикари мечут свои отравленные стрелы в людей, как только увидят их. И ещё на западе, в Степном Краю, где сильно укрепились богомерзкие синекожие выродки. Под водительством Ордена Щита мы тесним их уже много веков, но каждый шаг на запад приходится оплачивать кровью…
«Это что же, речь об эльфах и орках? Пошла классическая фэнтези, однако!
Или не совсем классическая. Синяя кожа — это, надо полагать, означает дыхательный пигмент крови на основе соединений меди, а оркам „по классике“ положено иметь кожу зелёную или оливковую…»
— …и в самом круге людских стран немало есть этих… забыл слово… ах да, анклавов нелюдских и полунечисти всякой. В тех горах, что повыше, обитают хальфины, под горами — гномы; в воде рек и озёр встречаются разного рода и обличья рыболюды. На землях людей, особенно в больших городах и по ночам, можно встретить к несчастью своему поганых кровососов, Теней и зверолаков. А, да! Ещё Сумеречные, Тёмные и Чёрные Земли есть, но они не только людям — вообще никому не принадлежат. В Черноземелье, где Грань истончена до неразличимости, даже самые рисковые Охотники стараются не соваться…
«Снова эта Грань? Непонятно, но на будущее учту».
— Напомни ему, — вклинился Сульхасий, — что пора ответный рассказ вести.
— Саорэ Иан-па, — послушно озвучил Анира, — поведайте нам о вашей родине.
— Ну что ж… — «И поведаю. Слогом былинным, как добрым молодцам положено… хе-хе!» — Родился я в великой державе, именуемой Россия. Если брать по размеру земель, нет на моей родине державы большей! Велика она и всякими богатствами природными обильна, вот только с правителями — ну просто беда. Любят люди русские жить весело! Любого захватчика, пришедшего к нам, угощаем тем, с чем пришёл, даже ордынцев в итоге прочь попросили, хотя триста лет на это потребовалось, если учебникам верить, а не Льву Николаевичу. Но вот во времена мирные русские скучают и со скуки начинают дурью маяться: то иноземные порядки перенимают, а то вовсе приглашают чужаков государством порулить. И тогда жизнь снова становится интересной, и кровь в жилах бежит веселее… порой так весело, что прямо-таки брызжет на снег от избытка радости.
— Простите, саорэ Иан-па, я не очень понимаю…
— А не старайся. Потому как давно уже сказал поэт, и сказал верно: умом Россию не понять. Даже в ней родившиеся понимают её через раз, а уж глядящие со стороны — и подавно. По части непоняток с нами разве что китайцы сравнятся, наши соседи юго-восточные. Вот уж загадочные люди! Сами верят, что демоны двигаются только по прямой, и потому любое действие своё и даже мысль любую ведут путями преизвилистыми. До смешного доходит: так порой запутаются в своих хитростях, что зовут русских учёных мужей, чтобы те объяснили, что же именно наворотили предки-китайцы. Ну, это, правда, после Великой Культурной Революции случилось, когда сами же китайцы своих учёных побили да постреляли…
— Зачем?
— А кто их разберёт? Дикий народ, даром что пять тысяч лет цивилизации позади.
— Пять тысяч лет?
— Да, это подтверждённые данные. Китай — страна древнейшая, да к тому же народу в нём — что сельдей в бочке. Полтора миллиарда, а может, уже все два…
— Сколько?
— Полтора миллиарда. Ну, миллиард — это тысячу раз по тысяче тысяч. Понимаешь?
Анира сбледнул с лица: видимо, не привык к таким числам.
— Что он говорит?
— Что в стране, соседствующей с его родиной, людей обитает полторы тысячи раз по тысяче тысяч, — а голосок-то дрожит, дрожит.
— Какая чушь! Такую ораву нипочём не прокормить, это противоестественно!
— Но саорэ Иан-па не лжёт! — именно, Анира. Я и так сумею вывернуться, рассказав много и при этом не рассказав ничего.
Брат Сульхасий сдулся, словно мысли мои прочитал. И от меня его реакция не ускользнула.
Это что же получается — при использовании Взора Толмача нельзя солгать? Точнее, можно, но визави это сразу поймёт?
Ну, тогда тем более врать не стану. Всю правду скажу, как на духу!
— Если ты испугался китайцев, брат Анира, — не бойся. Многолюдность — это ещё не сила, это лишь предпосылка к тому, чтобы обрести силу. У нас бытует рассказ про Давида и Голиафа. Второй был непобедимым бойцом в мощном доспехе, а первый — простым юношей, пастухом. Но когда сошлись Давид с Голиафом, не получилось боя. Давид раскрутил пращу и одним метким броском простого камня убил Голиафа. Мы, русские, не боимся китайцев, и ты тоже не бойся.
— Спроси уже у него, где находится эта его… родная держава. И заканчивайте. Тебе, Анира, ещё дежурить, не забыл?
Пока парнишка заново озвучивал вопрос, я лихорадочно размышлял, что именно скормить моим спутникам. Фиг угадаешь, как здесь относятся к концепции множественности миров, знают ли вообще об этом? А обмануть, пока работает Взор Толмача, не выйдет. Так что хочу, не хочу, а придётся мне извратиться хитрым способом… благо, я даже знаю примерно, как.
— Россия занимает северо-восток материка, именуемого Евразией. Но смысл вопроса, как я понимаю, не в названиях, а в том, далеко ли до моей родины от княжества Варрского?
— Великого княжества, — поправил Анира. — Да, верно.
— Вот в том и беда, что не смогу я тебе ответить. И дело не в том, что ответ этот — тайна, а в том, что невозможно выразить его словами — тут, скорее, головоломные формулы квантовой физики потребны. — Ага. И как парень поймёт словосочетание «формулы квантовой физики», аналогов которым в его языке нет, — уже совсем не моя забота, хе-хе. — Расстояния меряют в том числе временем, нужным, чтобы их одолеть. Но я могу сказать, что до России не добраться, если подобно птице лететь, не сворачивая никуда, хоть тысячу лет — и это будет правдой. Но также могу я сказать, что попал из России сюда, не сделав даже шага, доли мгновения не потратив — и это тоже будет правдой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
