— Как такое может быть?
— Не проси объяснить. Я — не мудрец и не учёный. В столь глубокие тайны пространства я не посвящён.
На том разговор благополучно закончился. Анира сам снял своё заклятие, так что обошлось без таких жутковатых последствий, как в прошлый раз. Бледность место имела и голова у него явно трещала по швам, но ни закатившихся глаз, ни судорог не наблюдалось — вот и славно, вот и хорошо. Некоторое время брат Сульхасий ещё пытался выжать из мага подробности разговора, но сравнительно быстро свернул допрос. Возможно, сделав неприятный для меня вывод, что я валял дурака и каким-то хитрым способом обошёл-таки невозможность прямой лжи при таком способе общения, как Взор Толмача.
Вот, кстати, ещё вопрос вопросов. Магия магией, но возможна ли для меня сейчас, скажем, телепатия? Или хотя бы эмпатия простейшая? В теории-то должна быть возможна, а как оно на практике получится? Надо бы проверить… полезные это навыки, весьма способствующие моему выживанию и преуспеянию. Даже очень полезные.
Вот только стрёмно испытывать эти навыки на моих спутниках. Анира — маг, вполне может заметить неладное. Братья Сульхасий и Маррех постоянно окружены этаким туманом в сферах ментала и эмоций — видимой формой того странного антимагического поля, которым, похоже, обязаны обладать все члены Ордена Щита. Ну а Мирг… что-то не хочется мне проверять, на что способен Охотник и кто он вообще такой, если Сульхасий держит его (в отличие от подчинённого мага!) за почти-равного.
Ладно. Подожду с новыми экспериментами. Пока мне с избытком хватит и тренировок по освоению уже опробованных возможностей.
«Холодная», без костра, ночёвка прошла на удивление спокойно. И хорошо: Ухобой лютой ненавистью ненавидел любые сюрпризы, приключающиеся на отрешённых землях. Эта ходка по Сумеречью вообще оказалась спокойной, если не считать встречи с саорэ Иан-па. Чем-то судьба закроет баланс? Какой гадостью приголубит?
Фух. Чем о таком думать, лучше смотреть в оба глаза и слушать в оба уха. Тогда, глядишь, и гадость, коли приключится, то переживётся без особых последствий.
Встали, собрались, пошли. Только держались поплотнее, чем вчера, далее пяти шагов друг от друга не отходили. Оглядываясь, Мирг видел, как на побледневшем лице Марреха без звука шевелятся губы, как сосредоточен Анира, готовый сплести чары со всей возможной скоростью. Одному только чужаку всё как будто нипочём. Идёт спокойненько, снова свою диковинную куртку через плечо перекинув. На лице слабая улыбка, глаза… вот тут Ухобой чуть не споткнулся. В глазах у чужака на миг почудилась ему сосредоточенность великая, сродни молитвенному отрешению или ярости предсмертной. Да только саорэ Иан-па сам разрушил впечатление, сделав улыбку чуть шире и подмигнув Охотнику.
Тьфу! Привидится же…
Меж тем солнце карабкалось всё выше, теней становилось меньше, и страхи людские мало-помалу отступали. Где-то часа через полтора или два после начала движения небосклон заволокло быстро уплотняющейся пеленой облаков. Поглядывая вверх, Мирг чуть не улыбался: вот славно бы вышло, коли судьба за покой и безопасность нынешнего похода всего лишь дождь послала! Это, можно сказать, наималейшая цена из возможных. Всего-то придётся тетиву с лука снять и рассчитывать, случись что, на один только длинный нож боевой да на порастраченную с годами ловкость… хм… может, дождь будет лишь глашатаем, а беда следом за ним явится куда хуже?
Спаси-пронеси, избави да огради! Что за мысли такие поганые в грудь лезут? С чего бы такое, да на пустом месте? Или… не на пустом? Но Знак молчит, разве что став самую малость холоднее, и сигли предупреждений о магии не посылают…
Сзади раздалась негромкая, но смутно внятная команда. Ухобой обернулся и обнаружил, что чужак встал на месте, да ещё и глаза закрыл.
— Что случилось?
— А кто ж его знает… поди, расспроси его, что он заметил…
— По сторонам смотрите, — напомнил Мирг. — И потише там. Не дома.
Сам Охотник собственному совету последовал без промедлений. Не особо доверяя своим спутникам, точнее, их опыту и бдительности, чуть на месте не вертелся, норовя всю окружность охватить одним взглядом. А потому не сразу уловил момент, когда Иан-па снова начал чудить. Открыв глаза, чужак обвёл строгим взглядом всех четверых, по очереди указывая на них своей раскрытой ладонью, потом ткнул ею же вниз, словно командуя «на месте стой!»… и пошёл прочь, под прямым углом к направлению, в котором двигалась по следам Ухобоя вся группа.
— Это чего он вдруг…
— Тише! В оба-два смотреть, оружие наголо!
Даже брат Сульхасий проникся моментом и приказы Мирга оспаривать не стал, здраво рассудив, что Охотнику с его опытом виднее. Четверо сгрудились почти спина к спине, Анира забормотал что-то такое, отчего сигль Жизни ожил и задрожал…
Ох! Гильдейский Знак дохнул холодом: резко, сильно. Ухобой даже не побледнел, а просто побелел: в последний раз столь же внятное предупреждение Знак ему посылал, когда его занесло без малого к середине одной из самых поганых Тёмных Земель.
— Опасность вокруг, — прошипел Охотник, — высокая… нет, очень высокая! Анира, пускай уже свои чары, пока не стало поздно!
Маг послушался. Сигль напротив сердца рвануло так, словно само сердце возжелало вдруг выпрыгнуть вон из груди, и эхом вторил ему сигль на правом плече, уловивший вмешательство стихии Света. Руки и ноги налились силой, зрение замглилось на миг, но почти сразу прояснилось — как бы не втрое против прежнего. И не только прояснилось. Изменилось! Поэтому Мирг сумел наконец… нет, не увидеть неведомую угрозу, но… эти колебания под деревьями, как будто дрожь воздуха над костром, но слабее, смертельный холод Знака…
А меж тем отошедший уже шагов на сорок чужак снова остановился. Протянул руку. И Ухобой, глянувший в ту сторону, вытаращился так, что даже бегущий по жилам страх как-то незаметно отодвинулся прочь, выцветая.
Контуры, ставшие от прикосновения саорэ Иан-па чуть определённее. Ладонь с пальцами, согнутыми и шевелящимися вполне однозначно…
— Клянусь престолом Высочайшего и Пресветлого! — прохрипел брат Маррех, от взора которого, усиленного светлым заклятьем Анира, также не ускользнуло невозможное зрелище. — Да он никак Гончую Тени за ушком чешет?!
Однако Охотник уже взял себя в руки и солидарности не проявил. Хотя ошалел ничуть не меньше Марреха, говоря по правде.
— Вообще-то Гончих вокруг бегает не менее пяти штук. А скорее, вся дюжина… или того больше. И сами знаете, что будет, если на нас кинется стая. Не расслабляться!
— Расслабишься тут, в кольце смерти стоя…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
