Обожествление реки сохранилось и через сто лет после исхода, и через тысячу, и через две… Что видно и в царствование выдающегося князя Киевской Руси Святослава Игоревича, совершавшего походы от Волги до дунайской Болгарии, от Кавказа и Сурожского моря до Вятки. Древнегреческий историк Лев Калойский в своем труде упоминает о жертвоприношении святославовых дружин Дунаю в начале семидесятых годов десятого века. К этому же периоду относятся и события, запечатленные древнерусским сказителем, автором «Слова о полку Игореве», в котором есть сетование, плач княжны Ярославны «на дунаи».
Из этого события можно сделать вывод, что россы не теряли связей со старой дединой, в том числе и на государственном, на княжеском уровне. Реку почитали святой, отчей.
Некоторые детали обряда поклонения святой реке можно найти у автора четвертого века нашей эры Мавра Сервия Гонората: «Авфидий Модест уверял, что он читал, будто у даков есть обычай при выступлении на войну не приниматься за дело прежде, чем известным образом хлебнут воды из Истра на манер освященного вина и поклянутся не возвращаться в родные места, если не перебьют врагов».
Уточним, что даки тут есть россы, а Истр – древнее название Дуная. К имени Истр мы еще вернемся, ибо до сего времени ни один исследователь не удосужился покопаться в русском языке. А ритуал «испить воды шеломом» из реки есть древний обычай.
Откуда пошло имя Дунай? Сами россы оставили про то сказание, по которому жил-был богатырь Дунай, позже его звали Дунай Иванович, вот от крови убитого Дуная и течет Дунай-река. Тут все яснее ясного.
Однако давайте проверим, насколько легенда о реке богатыря Дуная соответствует русской лексике. Д.Мачинский в пространном очерке «Дунай» показал реальность, правда, испугался столь «смелых» выводов. Приведем оба его суждения:
«Употребление лексемы «дунай» в славянских народных говорах: dunai (старопольское) – «далекая, незнаемая река», «море»; dunai (польское) – «глубокие воды с высокими берегами», «стоячая глубокая вода»; «дунай» (украинское) – «лужа», «водный разлив»; «дунай» (русское) – «ручей» (Олон., Кировск). С представлением об отдаленности, запредельности местонахождения «Дуная» сталкиваемся в поговорке «За горами, водами, дунаями» и в зафиксированном в белорусском Полесье представлении о том, что в конце концов все реки впадают в Дунай».
«…славянский Дунай (Дунав) является заимствованием кельто-латинского названия через посредство германского (готского) Donawi».
Просто удивляет, как это наши кабинетные мужи могут заплутать в собственных писаниях. Хотя это простительно – прорваться через флажки, выставленные норманистами-немцами и их влиятельными наследниками, непросто, ой непросто. Нам ли того не знать.
Этот же автор населяет дунайские долины неведомыми язычниками, де славяне малыми вкраплениями появляются на Дунае только с IV по VI век. Да и то это, видимо, чуть ли не пещерные медведи.
Приведем еще цитату, где Д.Мачинский, не осознавая того, сам себя и бьет:
«С VII–VIII вв. до н. э. (то есть почти три тысячи лет назад. – Прим. Бажанова) обычным названием Дуная становится Istros, видимо, заимствованное греками у фракоязычного населения его побережий. В середине I в. н. э. в античной литературе впервые появляются сведения о том, что Дунай в верхнем течении именуется Danuvius. Считается, что название Danubius-Danuvius является кельто-итальянским по происхождению и распространяется на нижнее течение Дуная вместе с римскими колонистами с запада. Плиний Старший (в труде, оконченном в 77 году) продолжает именовать нижнее течение Дуная Истром, а гидроним Danuvius применяет для обозначения верхнего и среднего течения реки. И лишь Тацит в начале II в. н. э. определенно называет нижний Дунай Danuvius, а в «Географии» Кл. Птоломея, написанной во второй половине II в. н. э., нижнее течение Дуная именуется и Danuvios, и Istros, что явно связано с завоеванием в 101–104 гг. задунайской Дакии императором Траяном, последующей колонизацией ее и радикальным увеличением романоязычного населения в нижнем Подунавье».
Начнем разгребать устоявшиеся домыслы. То Мачинский отправляет нас искать истоки имени Дунай к немцам, то пишет «считается» от романоязычного населения. Во-первых, «романские» языки очень молодые (итальянский, испанский, французский, румынский, молдавский), сложившиеся в VI–IX веках, что всеми признано.
Во-вторых, славяно-россы, которых называли то фраками, то гетто-даками, то смешивали со скифами, жили по всему течению Дуная, что видно по топонимике от Брегов и Россека у истоков реки и до устья. Видно это и по миллионам чехов, сербов, болгар и других славянских народов, которых норманисты и романо-язычные не знают куда спрятать и как объяснить их существование на Дунае уже многие тысячелетия. Вроде бы их нет, и реку поименовать некому было, пока в начале второго тысячелетия не пришла римская орда. Сплошные нестыковки.
Греческий писатель Арриан (приблизительно 95-175 гг. н. э.) оставил трактат «Индия», приложение к его труду «Поход Александра». Древний автор сам бывал на «скифском Истре» и сравнивает эту реку с реками Индии и египетским Нилом. Он говорит об Истре, по берегам которого живут славянские племена. Проверим по Страбону, который писал во II веке н. э., используя труды более древних авторов. В его «Географии» (издание 1994 г., Москва) написано, что в истоках Дунавия «живут дакийцы» (даки). И еще: «Нижнее течение реки, вплоть до Понта (Черного моря. – Прим. Бажанова), где река течет мимо страны готов, называется Истром. Даки и геты говорят на одном языке» (стр. 279).
Люди одного языка – русского – именовали Истр и Дунаем. Даки и геты – этнографические группы одного народа, одного языка с фракийцами (стр. 278). Люди, поименовавшие горы Родопы, Россек, реки Родан, Истр, Дунай, Бреги, город Старая Русса и т. д., говорили на одном языке! Очень важный вывод. Без сомнений, язык этот русский!
Да и посмотрите на немецкие традиции. Немцы-переселенцы, приглашенные в Россию русскими царями, создали у нас свои многочисленные поселения, привезли свои названия, новые «базели», «цюрихи»… А «Дунаев» они не привезли. Нет.
Зато у русской истории все логично, понятно и вполне доказуемо. Блуждания академических историков и их молодой поросли вполне объяснимы. За флажки норманистов и прочих «истов» – ни-ни, а то дядя доцент пальчиком погрозит, а дядя доктор зачет не поставит.
Потому прорывы в «законопаченной» российской истории совершают зачастую писатели, краеведы, археологи, инженеры… Но это пока. Дальше за нами нырять под шнур с флажками будет больше и больше других людей, включая историков.
Итак славяно-россы на Балканах, на Дунае жили еще до н. э. и много «наследили» в топонимике и в гидронимах, и до сих пор сами тут живут.
А как давно живут? Отчасти ответ дается и в последней ссылке, где говорится, что название Истр заимствовано греками у фракоязычного населения. Истр – древнее название Дуная, и более русское имя и придумать трудно. Но отметим, что имя известно как минимум с VIII века до н. э. И это только то, что дошло до наших дней сквозь толщу времени, что из тленных «свитков» удалось сохранить.
А сколько исчезло разного рода табличек!
Дунай – имя более позднее. Очевидно, связано с выдающимся древним витязем Дунаем, Дунаем Ивановичем. Это вполне укладывается в русский эпос. Сопоставим с Вольгой Святославовичем, Доном Ивановичем, Ильей Муромцем… Почти все эти богатыри, сказочные герои имели своих прототипов, некоторые из них (позднейших) даже к лику святых причислены православной церковью, кости их хранятся как святыни. Хоть многое и утрачено во времена атеизма.
Пример тому и Волга с ее древним именем РУ (Русь – Рось), но в силу исторических условий ставшая Вольгой, Волгой. (См. главу «Волга»).
Опять же нам ничего не известно об имени Дунай ни в Италии (итальянских), ни в Испании (испанских), ни во Франции (французских). Нет – и все тут. Зато такое имя и таких топонимов, гидронимов, имен полным-полно на русской земле, что и будет показано дальше.
Только этнографические группы русского народа сохранили названия Истр (Дунай) в местах своего проживания. По названию Истр, Истра можно видеть регионы проживания россов в далекой древности. Да и как не сохранить, если тут все завязано на древние священные ведические обряды. Вот и сохранились и Истр, и Истра и мужского, и женского рода.
Древние россы молились родникам, ключам, предпочтительно вытекающим из-под бел-горюч камня Алатырь. Многие сакраментальные реки, по древним былинам и песням, начинали свое течение в священных местах:
«Из-под дуба, дуба, дуба сырого,Из-под того камешка с под яхоптоваВыходила-выбегала мати Волга-река;»«Из-под белого горючего с-под камешкаВыбегала мать Непра – река…»
(песнь «Соловей Будимирович»).
Был ли тут камень Алатырь (см. главу «Алатырь») – вопрос не главный, главное, что священные реки непременно связаны со священным камнем…
