— Иди ты, гребаный извращенец, — фыркает Маня в ответ. — Лучше бы себе загнал серое вещество в мозг, а не шарики в член!
— А ты полная идиотка! Кто трахается с такими психами?
— С тобой же трахалась!
— Я по сравнению с ними просто лапочка, который не связывает людей и не пытает их.
Срабатывает.
Диего зависает, слушая нас, а не связывает.
— Любовь зла, — парирует Маня, а я чувствую прикосновения к рукам.
Стараюсь не показывать, но понимаю, что у нас теперь есть помощник.
— С такой любовью, да ну нахрен!
— Ты что, действительно меня любила? — не верит Мигель, опуская пушку чуть ниже.
Да! Получается.
— Конечно, я тебя любила, придурок, — парирует Маня, пока с веревками на наших руках ловко кто-то орудует.
Хотя я уже догадываюсь, кто такой изощренный.
— А со мной ты тоже трахалась по любви? — не уступаю, зная, что любое промедление закончится нашей смертью.
— О, Боже, избавьте меня от этого придурка!
— Я не Бог, — отвечает Мигель, — но твое желание будет исполнено.
Ребята его пока в стадии «завис», но это недолго продлится.
Я чувствую, как слабеет веревка, и говорю по-русски:
— Маня, сейчас!
Слава тому самому, она реагирует быстро и сразу понимает фронт работы. На ней Мигель, на мне двое парней.
Мы их не сильно выбили, но для эффекта неожиданности хватило.
Маня ногой выбивает у Мигеля пистолет, а я сразу прикрываюсь парнем, который хотел связать нам ноги, а другой, у которого, видимо, привычка палить при любой непонятной ситуации, стреляет в своего же. Живого щита больше нет.
Но тут мне приходит на помощь мадам, которая то ли развязывала, то ли перегрызала нам веревки на руках. Я перекатываюсь за бывший алтарь и говорю почти с любовью:
— Тиана, фас!
Но и моя команда не нужна. Обезьяна прыгает парню на шею и тут же маленькими, но острыми зубами хватает его за ухо.
Отвлекающий маневр снова срабатывает. Пока парень палит куда попало, я смотрю на Маню, которая все-таки смогла обезоружить Мигеля и сейчас пытается уложить его парочкой приемов из джиу-джитсу.
Я, признаться, ненадолго зависаю, глядя на это чудесное действо. Хороша Кровавая Мэри, даже очень. Я готов смотреть и смотреть.
Удар ногой — Мигель падает, а пистолет его уже давно лежит бесхозным. Я его поднимаю и выдаю свой коронный:
— Стоять, бояться — пушки на свет.
Тут мне на плечо прыгает макака и обнимает за шею. А вот это уже любовь.
— У-и-и-и, — выдает Тиана.
— Да, ты мне тоже нравишься, — держа пистолет одной рукой, отвечаю я, второй поглаживая обезьяну.
— Охренеть, — очень вовремя замечает Мигель, но получает по лицу от Мани.
Я вовремя вспоминаю о парне, которого со всей своей обезьяньей отвагой уложила Тиана, и вижу, что он в отключке с разодранной мочкой. Удар был жестким при падении — вот и отключился.
— Что с ним сделаем? — спрашиваю у Мани, кивая на Мигеля.
— Давай веревки, — немного подумав, отвечает она, хотя я понимаю, что желание пристрелить перевешивает.
— Если ты меня не грохнешь, я тебя все равно из-под земли достану. И тебя тоже, — кивает на меня Мигель.
Ох, знал бы он, что меня вот совсем не впечатляет своей угрожающей речью. У меня столько псов на хвосте, одним больше, одним меньше — по барабану.
Когда с руками и ногами Мигеля покончено, второй парень стонет. Пора и им заняться, пока окончательно в себя не пришел. Отдаю Мане пушку и связываю его тоже.
— А дальше что?
Мигель усмехается, хотя вряд ли его радуют перспективы, какими бы они ни были.
— Надо найти телефон, — смотрит на меня Маня.
— Федералам меня сдашь?
— Что ты, зачем посторонних впутывать в наши почти семейные дела?
— Ты его хочешь сдать Матео? — догадываюсь я.
— Папочка еще в строю? — Мигель такого поворота, кажется, не ожидал. — Я вот даже не удивляюсь, что вы успели спеться в Мексике.
Маня наклоняется и начинает ощупывать его карманы джинсов, бросив при этом:
— Заткнись.
— Эй, Мэри, полегче. Это не телефон, а твой дружок.
— Может, кастрировать его? — предлагаю я. — Все равно с такой рожей ему никто не даст.
— Вы психи, — Мигель даже обижается.
Тем временем второй парень открывает глаза и со стоном выдает:
— Я увольняюсь.
— А вот это, парень, пожалуй, самая здравая мысль за сегодняшний день, — со знанием дела замечаю я.
Маня находит телефон и чертыхается. Точно, здесь же со связью проблемы. Я поднимаю с земли свой мобильный и с сожалением смотрю на разбитый экран. Вот и как теперь вообще выбираться из этих дебрей? Ориентироваться по солнцу, что ли, которого нет?
И может, Матео нам тачку подгонит? Не люблю общественный транспорт. Тем более в Мексике. Черт возьми! Кажется, я вообще в эту страну больше не поеду. Не самые лучшие ассоциации вызывает она у меня.
— Нам надо выйти к дороге, — говорит Маня. — Забираем наши и их пушки и идем.
— Не оставляйте меня здесь, — почти умоляет парень Мигеля, с опаской глядя на Тиану, которая все еще сидит на моем плече.
— Прости, дорогой, — развожу руками. — Наслаждайся местными красотами, пока есть возможность. Я слышал, в мексиканских тюрьмах далеко не рай.
— Коля, хватит трепаться. Бери фонарь и пойдем.
— Погоди, Маня, — поворачиваюсь к Мигелю. — Слушай, мужик, удовлетвори любопытство, — смотрит на меня с непониманием. — Что у тебя за проблемы с папой? Он тебя бил в детстве? Не подарил пушку на шестнадцатилетие?
— Да пошел ты, придурок.
— Вот и поговорили, — печально вздыхаю.
— Коля! — у Мани заканчивается терпение, а нервировать ее не хочется, я видел, чем это чревато.
Беру фонарь, и только мы выходим, как Маня поворачивается ко мне, хватает за ворот футболки и целует.
— Коля, ты прелесть.
Ничего себе, однако. Только вряд ли она так будет считать через пару дней.
Глава 25 Маня
— Ну что, Коля, наконец-то выбрались, — выдохнула я, присев на обочину.
Оказалось, дорога не так далека, как я думала поначалу. Конечно, в темноте этот путь показался невыносимым. Я подвернула ногу, меня укусила какая-то гадость, пот катился по лицу, дышать было тяжело.
— Будет дождь, — опережает Коля мою мысль.
Выглядит он недовольным, хотя я не понимаю причину. Вроде же все хорошо закончилось, нам даже по пластине ногтя не выдрали. И ни одну татуировку не срезали, что вдвойне прекрасно.
— Сколько до нашей машины? — спрашиваю, оглядываясь.
Вопрос риторический. И я, конечно, сомневаюсь, что она еще стоит открытая посреди дороги. Скорее всего, уже эвакуировали.
— Не будем терять на нее время, — качает Коля головой и еще больше хмурится.
Вот в образе дурачка с имбицильной улыбкой он мне нравился гораздо больше.
— Хорошо, — соглашаюсь я. — Вон там указатель. Мы к утру можем дойти до…
Даже моего знания испанского не хватило, чтобы прочитать это название. Но указатель вел в сторону океана — все-таки эта дорога намного лучше той, что мы проделали. И безопаснее. Я не помню на карте каких-то населенных пунктов, да вроде и Коля говорил, что их нет, когда мы по этой же дороге сваливали от Мигеля. Значит, что-то курортное.
— У тебя есть карта или наличные? — спрашиваю, похлопав по карманам.
Все мои богатства, видимо, выпали при падении вниз из машины.
— Я предусмотрителен, — в который раз поражает меня Коля. — То есть после этой встречи твое дело, до которого мы не доехали, уже не так важно?
— Матео теперь справится сам, — киваю в ответ. — А Мигелю предстоят воспитательные работы.
— Слушай, — Коля опускается на землю рядом со мной, — так что у них за терки? И что у тебя за терки с наркотой, учитывая, что росла ты в Штатах, скажем так, в не самой набожной и социально приемлемой семье? Тем более это вообще странно, учитывая твои… хм, заслуги.
Я хочу по русской привычке сорвать травинку и пожевать, но вовремя понимаю, что в Мексике это опасно.
